Сергей И. Милов
Вступающим в брак

«Вступающим в брак»: Благовест; Москва; 2012
ISBN 978‑5‑9968‑0177‑0

Аннотация 

Данная работа предлагает читателю познакомиться с особенностями христианского Таинства Брака, как в его духовно‑нравственном смысле, так и в практических целях и задачах. Подробный разбор всех основных этапов браковенчания поможет тем, кто готовится освятить молитвой и Божиим благословением свой брачный союз.

Вступающим в брак
Составитель C. Милов 

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви (ИС 12–120–2127) 

© Издательство «Благовест», 2012

Предисловие

В Православной Церкви, от первых веков ее земного бытия, существует семь основных Таинств, в которых человек имеет возможность получить благодать, помощь и освящение от Самого Господа Бога. Однако в большинстве этих Таинств священнослужитель, который призван к их совершению, вступает в общение с человеком один на один. В этом момент только один Господь незримо присутствует при его совершении. Лишь одно Таинство Церкви объединяет Господа Бога, Его посредника – священника и союз мужчины и женщины – это Таинство Брака. Именно мужчина и женщина (в своем единении) являются главными участниками этого Таинства. Поэтому данная работа, в первую очередь, предназначена именно тем, кто намеревается вступить в законный и освященный Самим Господом Богом брачный союз: мужчине, – который должен стать главой семьи, ее защитником и хранителем, и женщине, – будущей хозяйке дома, хранительнице очага и матери.
Данная книга будет посвящена самым главным моментам, которые требуется знать людям, готовящимся ко вступлению в брак. Во‑первых, в книге рассмотрен вопрос о зарождении и развитии института брака, начиная с самых истоков человеческого бытия. Здесь также рассматриваются и догматические обоснования Таинства Брака, так как именно догматы являются основой неискаженной и истинной веры Церкви. Однако, при рассмотрении данного вопроса, затрагивается не только институт брака, но также и другой путь человеческого земного бытия – это путь девства. Во‑вторых, здесь рассказывается о Таинстве Брака, учитывая все то, что должно ему сопутствовать: государственная регистрация брака, подготовка к венчанию, Таинство, последующие обряды и традиции. Далее излагаются основные стороны семейной жизни с христианской точки зрения – это вопросы христианского семейного быта, рождения и воспитания детей, обязанностей мужа и жены по отношению друг к другу и к своим детям и т. п. В завершение работы говорится о значении института брака как такового. Чем является брачный союз мужчины и женщины для современного общества, как относились к нему в различные исторические эпохи и как относятся в наши дни. Особенно отмечена при этом роль Христианской Церкви в вопросе сохранения ценности и святости Таинства Брака. Также данная работа включает ряд приложений, которые должны помочь готовящимся к Таинству правильно понять его смысл и значение, как в жизни Христианской Церкви, так и его значение для светского общества.
Актуальна ли тема христианского брака в современном обществе? Как ни странно, но именно значение Таинства Брака становится в наше время одним из самых важных вопросов и тем сегодня. Во‑первых, эта тема имеет важное значение для самих православных христиан, готовящихся соединить свои жизни в едином союзе. Дело в том, что, к сожалению, даже многие из тех людей, которые считают себя христианами, на практике очень часто слабо разбираются в основах своей веры, в ее догматах, в понимании смысла Таинств. Часто складывается ситуация, когда люди, считающие себя последователями Христа, очень редко участвуют в Таинствах Его Церкви. Все это, к сожалению, является результатом недостаточного воцерковления и слабого понимания сущности христианской веры.
Именно поэтому подробный рассказ об одном из Таинств Православной Церкви будет полезен, в первую очередь, самим христианам. Особенно тем, кто готовится вступить в брак. Во‑вторых, рассказ о Таинстве Брака будет, несомненно, полезен и тем, кто только делает свои первые шаги на пути собственного духовного роста и на пути к Господу Богу. Понять смысл существования Церкви, а также существования определенных Таинств внутри Церкви является необходимым условием для человека, который хочет стать ее членом, ведь, став христианином, человек должен будет и сам участвовать в них, понимая при этом всю глубину их смысла. В‑третьих, актуальность данной темы не менее важна и для тех, кто лишь внешне интересуется христианством, но пока не готов его принять. Несмотря на это, внимательное постижение смысла христианских Таинств, учения Церкви, ее догматов, а также Священного Писания может привести к истинной вере и того, кто изначально смотрел на нее со стороны.
В целом, необходимо отметить, что значение той темы, которая будет рассмотрена в данной работе, невозможно переоценить, ведь она касается практически каждого человека. Практически, потому что есть и иной путь, нежели брак, – это путь девства. Об этом подробно рассказывается в основной части работы. Однако для тех, кто избрал путь брачного союза в лоне Церкви, тема христианского брака и, в частности, Таинства Брака, должна быть одной из первостепенных. Это связано с тем, что Таинство Брака – это не только определенные действа и обряды, но это и последующая совместная жизнь, и рождение детей, их воспитание и многие другие вопросы. Все это и показывает нам важность рассмотрения данной темы. При этом не будем забывать и того мистического значения Таинства Брака, о котором нам сообщает Священное Писание и которое должно стать отправной точкой брачного союза для каждой христианской пары. Эти слова произнесены Самим Господом Иисусом Христом и обращены ко всем, кто соединен узами брака: Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью, так что они уже не двое, но одна плоть (Мк. 10: 7–8).

Сергей Милов 

Догматико‑исторические основы института брака

Два пути: девство и брак

Первым вопросом, который мы должны рассмотреть в нашем исследовании, является вопрос о догматическом обосновании и историческом развитии института брака. То есть нам необходимо понять, на основании какой части Божественного Откровения основан брак мужчины и женщины. Что говорит нам об этом Священное Писание, что доносит до нас Священное Предание Христианской Церкви? Важно также понять и то, как это отразилось на учении Церкви о Таинстве Брака. Помимо догматического аспекта нам также будет важно проследить исторический процесс развития института брака, причем это можно сделать с двух позиций. С одной стороны, можно попытаться проследить этот процесс внутри христианской Церкви, а с другой стороны – в жизни светского общества. Рассматривая эти вопросы, мы обязательно столкнемся с вопросом о совершенно ином способе человеческого пути, который, с одной стороны, противоположен пути брачного союза, но с другой, при более внимательном рассмотрении, также содержит в себе идею брака – брака духовного. Это путь девства земного ради последующего духовного сочетания в браке с Небесным Женихом – Господом Иисусом Христом. Таким образом, мы поговорим о двух путях жизни человека. Вполне очевидно, что, не рассмотрев со всей тщательностью всех названных тем, мы не сможем перейти и к практической стороне вопроса о христианском браке и Таинстве Брака в частности. То есть, не узнав и не поняв теории (учения) Церкви, мы будем не готовы воспринять и ее практику.

* * *

Когда мы начинаем разговор на какую‑либо, тему так или иначе связанную с христианством, мы всегда должны начинать его с основополагающих понятий. Нам необходимо четко понимать, Кто является центром всего христианства, так как именно от этого зависит все наше дальнейшее обсуждение темы.
Итак, по учению христианской Церкви, основанному на Божественном Откровении, Творцом всего видимого и невидимого (духовного) бытия является Бог – Пресвятая Троица. Абсолютно все является именно Его благим творением, в том числе и человек. Единственное, что не является творением Божиим – это зло и грех, но эти понятия не являются чем‑то имеющим свою личную сущностную основу, они лишь результат свободного выбора ангелов или человека. Именно поэтому Бог не причастен злу. Однако это несколько иная тема. Господь Бог открывается человеку, в первую очередь, через Свое Божественное Откровение, которое выражается в текстах Священного Писания, а также в Священном Предании Церкви. Поэтому все то, о чем учит или что совершает Православная Церковь, мы можем найти в Священном Писании или Предании. Касается это и темы брачного союза между мужчиной и женщиной. Именно в Священном Писании мы встречаем все самые важные слова Самого Господа Бога об этом Таинстве, а далее видим, как это обетование развивается в истории жизни Церкви. Как правило, именно на Божественном Откровении строится вся догматика христианской Церкви, вся ее вероучительная, сакраментальная (таинственная, мистическая) и практическая части. Можно сказать даже больше: все бытие Церкви строится на Божественном Откровении. Что же говорит нам Священное Писание о Таинстве Брака?

Ветхий завет

Вначале мы обратим свое внимание на Священное Писание Ветхого Завета, который является неотъемлемой частью Библии и Божественного Откровения в целом. Уже в первых главах самой первой книги Священного Писания Ветхого Завета – книги Бытия, – мы встречаем целый ряд указаний на освящение брака между мужчиной и женщиной Самим Богом. Так, в 1‑й главе книге Бытия мы читаем следующее: И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле (Быт. 1: 27–28). В этих строках Священного Писания мы видим не только рассказ о сотворении Богом мужчины и женщины, но и слышим то благословение, которое Бог дает первым людям. Более того, в словах «плодитесь и размножайтесь» мы видим прямое указание на законность и позволительность отношений между мужчиной и женщиной. Конечно же, эти отношения должны быть основаны на взаимной любви и верности. Только на такие взаимоотношения и дарует Свое благословение Господь Бог. В следующей, 2‑й главе книги Бытия мы еще раз, но уже более подробно, читаем о сотворении Богом женщины в качестве помощника для мужчины, а также о том, что они предназначены друг для друга от начала. Вот слова Священного Писания: И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему… И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из ребр его, и закрыл то место плотию. И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку. И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа. Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть (Быт. 2: 18, 21–24). Как видим, слова, которые произносит Адам, являются поистине пророческими, так как в тот момент, в саду Эдема, конечно же, еще не существовало ни отцов, ни матерей. Эти слова были направлены на все последующее существование человеческого рода и обозначали собой границы взаимоотношений мужчины и женщины, а именно, опять же, указывали на значение брачного союза. Комментируя данный отрывок из книги Бытия, протоиерей Серафим Слободской дает, в том числе, и такое пояснение: «Бог благословил первых людей в раю… Сотворив жену из ребра первого человека, Бог указал нам, что все люди происходят от одного тела и души, должны быть едиными – любить и беречь друг друга» [35, с. 123]. В данном пояснении о. Серафим говорит о том, что благословение было дано Богом не только Адаму и Еве, но в их лице и всему роду человеческому, то есть всем последующим поколениям. Более того, о. Серафим интерпретирует это благословение как Божий призыв к любви по отношению к своему ближнему в целом, обращенный к каждому из нас.
Два приведенных отрывка являются первыми и одними из самых важных свидетельств Церкви, указывающих на то, что установление Таинства Брака имеет под собой серьезное обоснование – прямое указание Священного Писания. Подтверждая данную мысль, протопресвитер Михаил Помазанский пишет: «О том, что брак имеет над собой Божие благословение, говорит Священное Писание неоднократно» [20, с. 362].
Как мы знаем из Священной истории, в результате диавольского искушения первые люди пали и были изгнаны из райского сада. Однако они не были оставлены Богом, и тем более, Господь Бог не отменял Своего благословения на совместную жизнь мужчины и женщины. Поэтому даже после изгнания люди продолжают жить в брачном союзе, а институт брака в целом продолжает развиваться и укрепляться. Стоит особенно отметить тот момент, что освященный Самим Богом брак между мужчиной и женщиной со временем приобретал все более фиксированные формы, он становился единственной формой человеческого существования. В последующих книгах Пятикнижия пророка Моисея мы видим особые повеления Самого Господа Бога о правилах жизни в браке, обращенные к народу избранному. Для чего же нужны были эти особые повеления? Дело в том, что после человеческого грехопадения в раю человечество начинает все более и более отдаляться от Бога, причиной чему была пораженная и искаженная грехом человеческая природа. Эта природа человека, которая отныне и до прихода в мир Спасителя, Господа Иисуса Христа, была полностью парализована грехом, начинает вовлекать человека в различные искажения и нарушения установленных Богом принципов человеческого бытия. Так, например, появляются различные языческие религиозные верования, культы, ритуалы, магия и т. п. Все эти практики несли в себе лишь малую частицу истинного знания о Боге, которое еще сохранялось в помутненном человеческом разуме. Однако эти знания были минимальны, а в некоторых культах они полностью исчезли. Все это необходимо понимать для того, чтобы знать, почему в Священном Писании Ветхого Завета Господь Бог так строго регламентирует жизнь в браке для народа Израиля. Это было связано с тем, что в тех языческих культах, которые окружали народ избранный, наряду с другими искажениями нормальной жизни, существовали, в частности, и искажения во взаимоотношениях между мужчиной и женщиной. Сюда можно отнести и многоженство, и наложничество, и распущенность нравов и многое другое. Более пространно, но и необходимо полно, об этом пишет протоиерей Николай Малиновский: «Господь, изливая дары спасительной благодати, необходимые каждому человеку в отдельности для спасения и вечной жизни, благословил установить особое таинство для тех из чад… которые вступают в брачный союз, дабы чрез благословение и освящение их союза они могли осуществить закон брака в истинном его существе и достигать определенных волею Творца целей брака, а брачный союз оградить от влияний греха, искажений и злоупотреблений» [13, с. 247]. Именно поэтому, чтобы сохранить чистый образец брачного союза среди Своего избранного народа, Господь Бог и дает такие строгие наказы относительно чистоты взаимоотношений между мужчиной и женщиной. Посмотрим внимательнее, какие именно повеления дает Господь Бог Своему народу.
Основные повеления, касающиеся правил брачной жизни, мы находим в тех книгах Ветхого Завета, в которых Бог дает полный свод заповедей и повелений относительно всех сфер жизни народа избранного. Именно потому, что древние евреи сохранили чистоту веры, Бог и обращается к ним и именно им дает Свое Откровение. Повеления Бога, касающиеся правил семейной жизни, являлись, таким образом, одной из частей общего закона для народа Израиля.
Как нам известно из Священного Писания, Господь Бог начинает открывать Свой закон народу избранному на горе Синай, по его исходу из Египта. Центром этого закона стал Декалог , то есть десять заповедей, высеченных на каменных скрижалях. Однако, помимо них, Господь открывает далее и другие Свои заповеди, которые в целом составили из себя огромный свод различных повелений и указаний, касающихся религиозной, бытовой и других сфер жизни древнего еврея. И вот уже в первых десяти заповедях мы встречаем повеления Бога, которые непосредственно касаются темы брачного союза.
Во‑первых, это, конечно же, седьмая заповедь Декалога – Не прелюбодействуй , которая прямо направлена на ограждение брачного союза мужчины и женщины от каких‑либо распутных действий. Этой заповедью Бог запрещает человеку иметь какие‑либо связи определенного характера вне своего брака, так как иначе это уже распутство, духовное и нравственное разложение, которое ведет за собой разрушение не только конкретной семьи, но и оскверняет освященный Богом брачный союз, саму идею святости брака. Поясняя данную заповедь касательно супружеских взаимоотношений, протоиерей Серафим Слободской пишет: «Этой заповедью Господь запрещает мужу и жене нарушать взаимную верность и любовь» [35, с. 190]. Таким образом, данная заповедь не предполагает каких‑либо отступлений или исключений. Святость брачного союза должна быть неприкосновенна.
Во‑вторых, по сути, это же повеление повторяется и в десятой заповеди, которая полностью звучит так: Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего (Исх. 20: 17). Как видим, среди всего прочего, есть указание и на жену, то есть Господь Бог предостерегает человека от опасности супружеской измены. Тем самым, Господь Бог еще раз указывает на святость и чистоту брачных отношений между мужчиной и женщиной. С другой стороны, чаще всего данную заповедь считают запрещающей завидовать своему ближнему, и это тоже верно. Однако мы должны понимать, что зависть может быть не только по отношению к материальным благам, но в том числе и по отношению ко второй половине человека, к его детям, в целом к его семье. Именно поэтому десятую заповедь можно также отнести к заповедям, охраняющим святость и непорочность брачного союза. Частично это подтверждает и о. Серафим Слободской: «Заповедь эта запрещает завидовать чужому добру и повелевает довольствоваться тем, что имеешь. От зависти рождаются недобрые желания, а от недобрых желаний – и все недобрые злые дела» [35, с. 190]. Священная история учит нас, что от зависти по отношению к чужой жене может совершиться грех прелюбодеяния. Этому греху подпал даже царь и пророк Давид, когда посягнул на жену своего военачальника Урии, Вирсавию. Десятая заповедь как раз и устанавливает нормы поведения по отношению к своему ближнему, его семье, дому и хозяйству.
Далее, после десяти основных заповедей идут все остальные законы, которые пророк Моисей должен был оглашать народу Израиля у горы Синай в течение определенного времени. Среди них мы находим уже более конкретные повеления Бога о браке и чистоте брачных взаимоотношений. Таких повелений достаточно много, и они затрагивают разные аспекты жизни людей в браке. Для примера приведем некоторые из законов, которые изложены в книге Исход, второй книге Пятикнижия Моисеева. Так, например, в 22‑й главе книги Исход есть следующее повеление: Если обольстит кто девицу необрученную и переспит с нею, пусть даст ей вено и возьмет ее себе в жену… (Исх. 22: 16). Этим повелением Господь Бог запрещает мужчинам и женщинам вступать в близкие отношения вне брака или до брака. Если же такая ситуация происходит, то по закону, данному Богом, мужчина должен был заплатить выкуп за женщину, но при этом и взять ее себе в жены. То есть он должен был также освятить свои отношения брачным союзом, так как только в браке Бог дозволил людям жить в близких отношениях. Стоить добавить, что по закону Творца брак может быть только строго между мужчиной и женщиной. Как мы помним, этот союз освящен Богом еще в райском саду. В 34‑й главе книги Исход мы видим следующее повеление Бога: Не бери из дочерей их [язычников – С. М.] жен сынам своим, дабы дочери их, блудодействуя вслед богов своих, не ввели и сынов твоих в блужение вслед богов своих (Исх. 34: 16). В этом повелении Господь Бог запрещает мужчинам Израиля брать себе жен из языческих стран, так как это могло привести (и приводило) к отпадению евреев в различные языческие культы. Здесь стоит сделать особое пояснение. Дело в том, что Священное Писание Ветхого Завета неоднократно приводит нам примеры того, когда народ Израиля (как в лице своих царей, так и простых людей) подпадал влиянию своих соседей‑язычников, каковых в его окружении было немало. В связи с этим Ветхий Завет строго запрещал связи с язычниками. В одной из работ по исследованию Ветхого Завета мы читаем следующее: «Наиболее яростно Книга Левит выступает против… идолопоклонничества. Библия осуждает все виды идолопоклонничества, любое преклонение перед божеством, которое предстает в виде реального подобия человека, животного или составного существа» [2, с. 150]. Очень часто такие связи сязычеством происходили как раз на уровне брачных союзов. В результате таких смешанных браков и происходило отпадение евреев в язычество. В качестве примера приведем историю царя Соломона, сына царя Давида, который, обладая великой мудростью, в то же время в конце своей жизни подпал под влияние своих жен‑язычниц. В 3‑й книге Царств мы читаем об этом следующее: И полюбил царь Соломон многих чужестранных женщин, кроме дочери фараоновой, Моавитянок, Аммонитянок, Идумеянок, Сидонянок, Хеттеянок, из тех народов, о которых Господь сказал сынам Израилевым: «не входите к ним, и они пусть не входят к вам, чтобы они не склонили сердца вашего к своим богам»; к ним прилепился Соломон любовью… и развратили жены его сердце его. Во время старости Соломона жены его склонили сердце его к иным богам, и сердце его не было вполне предано Господу Богу своему, как сердце Давида, отца его. И стал Соломон служить Астарте, божеству Сидонскому, и Милхому, мерзости Аммонитской. И делал Соломон неугодное пред очами Господа и не вполне последовал Господу, как Давид, отец его. Тогда построил Соломон капище Хамосу, мерзости Моавитской, на горе, которая пред Иерусалимом, и Молоху, мерзости Аммонитской. Так сделал он для всех своих чужестранных жен, которые кадили и приносили жертвы своим богам (3 Цар. 11: 1–8). Читая эти строки Священного Писания, мы понимаем, насколько важны заповеди Божии, касающиеся чистоты брачных взаимоотношений. По сути, они были положениями, регулирующими жизнь в браке, который, в свою очередь, являлся охранителем истинной веры. Это еще раз подтверждает нам важность Таинства Брака, как хранителя веры, духовности и нравственности, это показывает нам его жизненную необходимость.
Помимо книги Исход, повеления Бога, относящиеся к жизни народа, изложены также в книгах Левит, Числа и Второзаконие . Книга Левит посвящена этому почти полностью, а Второзаконие (что и отражено в ее названии) является лишь повторением Закона, для лучшего его усвоения евреями. Это книги, в которых мы уже мало найдем более общих фраз и высказываний, но зато в них очень много конкретных указаний по тому или иному вопросу. Что касается темы брака, то книги Левит и Второзаконие говорят нам уже о конкретных вещах, которые посвящены семейной жизни, то есть в них регламентируются различные моменты супружеской жизни и даются определенные указания. Так, например, вся 12‑я глава книги Левит посвящена вопросу рождения ребенка, дням очищения матери и порядка посвящения ребенка Богу. В 15‑й главе книги Левит даются указания Бога относительно соблюдения телесной чистоты, как мужчиной, так и женщиной, в том числе состоящих в браке. Это связано с тем, что по закону Божиему, даже будучи единой семьей, супруги все равно должны соблюдать определенные нормы совместной жизни, в том числе в ее связи с жизнью духовной. Так, например, Господь ограничивает связи мужа и жены в период постов или других важных событий в жизни. В дальнейшем такое понимание брачных взаимоотношений найдет себе место и в Христианской Церкви. 18‑я глава книги Левит является одной из наиболее откровенных по своему содержанию и одной из самых строгих по вопросам о допустимых и недопустимых отношений между людьми (в том числе, между мужчиной и женщиной). Во многом именно на данных повелениях Господа Бога, раскрытых в этой главе, строились нравственные и межличностные отношения внутри народа избранного. В дальнейшем, все эти заповеди полностью перешли и в учение о нравственности и браке Христианской Церкви. Предупреждая об опасности нарушения установленных законов, Господь говорит: Чтоб и вас не свергнула с себя земля, когда вы станете осквернять ее, как она свергнула народы, бывшие прежде вас (Лев. 18: 28). Относительно добрачной чистоты и запрета на внебрачное сожитие в 19‑й главе книги Левит есть особое указание Божие, данное родителям: Не оскверняй дочери твоей, допуская ее до блуда, чтобы не блудодействовала земля и не наполнилась земля развратом (Лев. 19: 29). Как мы помним из первой книги Священного Писания, а именно книги Бытия, именно за такие грехи и был уничтожен мир в результате потопа, когда только праведный Ной и его семья были спасены Самим Богом. Вспомним причины уничтожения жизни водами потопа: И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время (Быт. 6: 5). После потопа Господь обетовал, что больше ни разу Он не уничтожит жизни таким способом, однако и человек не должен был больше впадать в грех распутства и телесно‑духовного разложения. Предостерегая Свой народ от возможных подобных катастроф, Господь и дает вышеуказанную заповедь. Часть следующей 20‑й главы также посвящена теме сохранения чистоты брачного союза, а также перечислению тех преступлений против брака, за совершение которых в ветхозаветные времена полагалось побиение камнями. Так, например, один из стихов данной главы гласит: Если кто будет прелюбодействовать с женой замужнею, если кто будет прелюбодействовать с женою ближнего своего, да будут преданы смерти и прелюбодей и прелюбодейка (Лев. 20: 10). Как видим, ветхозаветный закон, данный Самим Богом, был очень строг к нарушителям чистоты брачного союза. Однако, именно благодаря этой строгости народ древнего Израиля, в своей основе, смог сохранить себя от того разлагающего влияния, которое оказывало язычество на другие народы. В 21‑й главе книги Левит даются законы сынам Аароновым, то есть священнослужителям, так как именно из рода Аарона, брата пророка Моисея, по повелению Бога, должны были быть все священнослужители. Часть этих законов, опять же, посвящены теме брака, так как священнослужители должны были быть женатыми. Так вот, в первой части 21‑й главы даются подробные повеления Божии о том, кого и как должен был брать священник себе в жены. В частности, мы встречаем такое повеление Господа Бога: В жену он [священник – С. М.] должен брать девицу. Вдову, или отверженную, или опороченную, или блудницу не должен он брать, но девицу из народа своего должен он брать в жену; он не должен порочить семени своего в народе своем, ибо Я Господь, освящающий его (Лев. 21: 13–15). Таким образом, священник, как особый служитель Божий, должен был быть образцом для простого народа во всех сферах жизни, в том числе и в браке. Он мог жениться только на деве (девственнице). Указание Господа Бога на то, что Он освящает священника Своею благодатью, можно также отнести и к священническому браку, а следовательно, и к законному браку каждого человека. Здесь опять мы видим указание на недопустимость нечистого, неосвященного Богом брачного союза. Вообще, тема святости брака, важности его чистоты и целомудрия настолько связана с темой веры и богослужения в Ветхом Завете, что становится очевидным, что брак – это действительно Таинство, установленное и освященное Самим Господом Богом, а не являющееся просто делом рук человеческих. Это действительно тайна общения мужчины и женщины, сравнимая с тайной богослужебной, о которой святой апостол Павел сказал, что она велика есть (Еф. 5: 32). Необходимость достижения состояния святости в брачной жизни настолько велика, что в Ветхом Завете священникам постановлялось содержать в чистоте отношений даже своих детей, если они хотели служить Богу и дальше. Так, в книге Левит даются особые повеления, говорящие о том, как необходимо вести себя дочерям священника, если они выходят замуж за постороннего или находятся в разводе. Например, будучи замужем за посторонним, дочь священника не имела права питаться от стола отца (Лев. 22: 12), чтобы не осквернять таким браком святыни священнослужения. Из всего вышеприведенного мы можем заключить, что книга Левит содержала в себе достаточно много постановлений относительно брачной (семейной) жизни древнего еврея. Через всю книгу проходит идея важности соблюдения Божиих постановлений и Божия освящения Таинства Брака данного в раю. Однако такие постановления и законы имеются и в других книгах Ветхого Завета, а именно, в Пятикнижии пророка Моисея, книги которого являются законоучительными , то есть обучающими закону Божию.
Приведем примеры из четвертой книги Пятикнижия – книги Чисел. Так, уже в 5‑й главе этой книги говорится о том, что необходимо делать, если обнаруживается измена жены пред мужем. Господь Бог повелевает совершить определенный обряд и исполнить закон о ревновании (Чис. 5: 12–31).
В 30‑й главе книги Чисел Господь Бог дает еще ряд указаний людям, живущим в браке. Эти повеления Божии касаются права мужа утвердить или отвергнуть любой обет, данный женой перед Богом. Это достаточно яркое указание на те довольно широкие права, которыми люди наделены в браке Самим Богом. Господь Бог наделяет мужа правом, которым обладает Сам, как Творец всего сущего, то есть человек удостаивается от Бога особой чести, особой милости. Приведем слова Священного Писания: Если жена в доме мужа своего дала обет, или возложила зарок на душу свою с клятвою, и муж ее слышал, и промолчал о том, и не запретил ей, то все обеты ее состоятся, и всякий зарок, который она возложила на душу свою, состоится; если же муж ее, услышав, отвергнул их, то все вышедшие из уст ее обеты ее и зароки души ее не состоятся: муж ее уничтожил их, и Господь простит ей (Чис. 30: 11–13). Эти строки книги Чисел, если в них внимательно вчитываться, раскрывают перед нами, насколько серьезно и важно относились к браку в ветхозаветные времена в обществе Израиля. Одно только то, что Сам Бог обещает простить грехи и обет жены, если его не примет муж, говорит нам о том, что брак, а значит, и все его составляющие аспекты, – это дар Божий людям, освященный Его благодатью, который имеет особую, таинственную природу своего бытия в этом мире. Муж наделяется правами Бога, а это значит, что его роль главы семьи соотносится с Богом, как Главой всего видимого и невидимого мира. Несомненно, что и ответственность за такие широкие права была соответствующей.
Последней книгой Пятикнижия Моисеева является Второзаконие, в котором, как мы говорили выше, Господь Бог повторяет Свой Закон народу Израиля, для еще большего его утверждения и предостережения от его нарушений. Также этот Закон был повторен еще и для того, чтобы его могли услышать все те, кто родился и вырос после его дарования на горе Синай, то есть он был оглашен для молодого поколения. Есть еще и третья причина повторения Закона для народа избранного. Дело в том, что к этому моменту евреи уже подошли к тем землям, которые были обещаны им Самим Богом. Однако они были населены различными языческими племенами, с очень сильными религиозными взглядами. Народ Израиля, к сожалению, как мы уже неоднократно о том говорили, был подвержен постоянному отпадению в язычество. Именно поэтому Бог повелевает Моисею, перед тем как войти в Землю Обетованную, еще раз повторить людям Свой Закон. Народ должен был помнить, что он делать может, а что делать категорически запрещено, ради его же собственной пользы. Касалось это, в том числе, и брачных взаимоотношений.
Итак, на общем фоне законов мы снова встречаем повеления Божии относительно жизни в браке. Еще раз напомним, что в этих книгах мы не найдем постоянного повторения Богом благословения или освящения брачного союза, так как оно уже было дано в раю и не может быть изменено. В этих книгах мы встречаем только повеления относительно непосредственной жизни в браке, относительно конкретных межличностных вопросов, касающихся отношений между мужем и женой. Книга Второзакония начинается словами о том, что за Иорданом, в земле Моавитской, начал Моисей изъяснять закон (Втор. 1: 5). Не будем забывать, что именно на этих законах во многом выстроено и учение о браке Православной Церкви. По крайней мере, Христианская Церковь вобрала в себя все самые важные и основные законы Ветхого Завета, касающиеся Таинства Брака, да и сам Ветхий Завет является в полном объеме неотъемлемой частью Священного Писания Церкви. Что же говорит нам эта книга о правилах жизни в браке? Во‑первых, снова повторяется Декалог, а значит и заповеди о супружеской верности: не прелюбодействуй (Втор. 5: 18) и не желай жены ближнего твоего (Втор. 5: 21). Скорее всего, даже после первого дарования Закона, народ все равно периодически отпадал в различные языческие культы. Именно поэтому пророк Моисей начинает чтение Закона именно с Декалога и предостерегает: Смотрите, поступайте так, как повелел вам Господь, Бог ваш; не уклоняйтесь ни направо, ни налево (Втор. 5: 32). Мы снова видим строгое предостережение о запрете вступать в брак (так как это Таинство освящено Самим Богом) с язычниками, которые извратили понятие о браке в своих различных культах. По этому поводу мы читаем следующее: не вступай с ними [язычниками – С. М.] в родство: дочери твоей не отдавай за сына его, и дочери его не бери за сына твоего; ибо они отвратят сынов твоих от Меня, чтобы служить иным богам, и тогда воспламенится на вас гнев Господа, и Он скоро истребит тебя (Втор. 7: 3–4). Вот так вот строго охранялась чистота брачных уз в ветхозаветном обществе, что в очередной раз свидетельствует о том, что брак священен от начала своего установления в саду Эдема. Он напрямую связан с темой диалога человека с Богом, с темой жизни человека в Боге (о чем мы скажем позднее), и поэтому так строго охранялась его чистота. В 17‑й главе Второзакония мы встречаем еще одно интересное повеление. Так, Господь Бог, разрешая народу Израиля избирать себе в Земле Обетованной царя, говорит, в том числе, следующее: Только… чтобы не умножал себе жен, дабы не развратилось сердце его (Втор. 17: 16–17). В этих словах Господь Бог утверждает моногамность брака, то есть наличие у мужа одной жены. При этом мы также можем заметить, что Господь Бог делает в этой заповеди и определенное пророчество. Смысл его заключается в том, что в случае, если царь Израиля все же будет иметь несколько жен и/или наложниц, то это неминуемо приведет его к духовному падению и разложению (дабы не развратилось сердце его ). В Древнем мире вообще была широко применима практика, когда правитель того или иного царства имел несколько жен и наложниц, хотя титульной (то есть для внешнего мира) могла быть и одна жена. Как правило, такие обычаи были опять же у народов языческих. Именно поэтому, в преддверии входа народа избранного в Землю Обетованную, Господь Бог предостерегает его от этого искушения. Так как царь Израиля должен был быть образцом для своего народа и ответчиком за него перед Богом, то именно поэтому и устанавливается этот закон. Как мы знаем из последующих книг Священного Писания, именно эта проблема встала в свое время перед царем Соломоном, когда его многочисленные жены (будучи еще и язычницами) увлекли его в идолопоклонство. Случалось похожее и с другими царями народа Израиля. Так, например, царь Ахав также впал в грех идолослужения, пойдя на поводу у своей жены Иезавели, которая была язычницей от рождения. Об этом читаем в 3‑й книге Царств следующее: делал Ахав, сын Амврия, неугодное пред очами Господа более всех, бывших прежде него. Мало было для него впадать в грехи Иеровоама, сына Наватова; он взял себе в жену Иезавель, дочь Ефваала царя Сидонского, и стал служить Ваалу и поклоняться ему. И поставил он Ваалу жертвенник в капище Ваала, который построил в Самарии. И сделал Ахав дубраву, и более всех царей Израильских, которые были прежде него, Ахав делал то, что раздражает Господа Бога Израилева (3 Цар. 16: 30–33). Как видим из вышеприведенного отрывка, снова чистота брачных взаимоотношений играет определяющую роль в вопросе о почитании истинного Бога. В 21‑й главе Второзакония дается целый ряд указаний о браке. Во‑первых, даются указания о том, как брать жену из числа чужого народа, взятого в плен (Втор. 21: 10–14). Во‑вторых, дается повеление о том, как поступать мужу, если у него есть две жены (такое все же случалось), одна из которых любимая, а вторая – нет (Втор. 21: 15–17). Стоит заметить, что данные повеления – это все же больше снисхождение Господа Бога к человеческим немощам, так как мы помним, что при первом даровании Закона евреям запрещалось иметь связи с чужими народами, а также иметь несколько жен. Однако, так как народ Израиля все теснее входил в контакт с чужеземцами (которые все были язычниками), а также готовился войти в Землю Обетованную, населенную различными народами (где у каждого был свой религиозный культ), то пророк Моисей и дает дополнительные пояснения. Эти заповеди были направлены на то, чтобы максимально сохранить святость и чистоту взаимоотношений мужчины и женщины в браке. Одной из самых строгих в этом плане является 22‑я глава книги Второзакония. В этой главе даются повеления относительно того, что делать семье невесты, если от нее отказывается муж, что делать в случаях, когда происходит супружеская измена и другие схожие ситуации. Опять же мы должны отметить очень строгие виды наказаний за нарушение Божиих заповедей: от больших штрафов до побиения камнями (см. Втор. 22: 13–30). В следующей главе мы видим, как Господь Бог относится к результату незаконного сожительства людей, когда они живут вне брака. От таких взаимоотношений пострадают не только эти люди, но и их дети: Сын блудницы не может войти в общество Господне, и десятое поколение его не может войти в общество Господне (Втор. 23: 2). Неосвященная в брачном союзе жизнь мужчины и женщины приводила к тому, что не только они получали наказание – их дети изгонялись из общества (социума), то есть переставали быть полноценными членами народа избранного. Это становилось своеобразным проклятием рода, ведь запрет распространялся до десятого поколения. Проклятый род становился настоящим изгоем в Доме Израилевом и не мог претендовать на уважительное к нему отношение со стороны других родов. Освященный Богом брак был единственной формой совместной жизни для мужчины и женщины в древнем Израиле. По этому поводу в 23‑й главе есть еще одно вполне ясное повеление: Не должно быть блудницы из дочерей Израилевых, и не должно быть блудника из сынов Израилевых (Втор. 23: 17). Этой же заповедью запрещалось участие членов народа избранного в торговле своим телом, в любом ее проявлении, что уже в Древнем мире было достаточно широко распространено. Здесь мы снова должны сделать небольшое отступление. Дело в том, что у подавляющего большинства языческих народов Древнего мира торговля человеком (чаще женщиной) своим телом являлась не только разрешенной, но в определенных сферах жизни и обязательной традицией. Так, например, это часто было связано с исполнением различных религиозных культов и практик. Существовали даже особые «жрицы любви», работа которых и заключалась в исполнении определенных функций соответственного рода. И все это считалось определенной нормой поведения. В качестве наглядного примера приведем отрывок из работы известного египтолога Уоллиса Баджа. Рассказывая о практиках храмовых ритуалов соответствующего содержания, он приводит пример поклонения богине Кетеш (Кетшу, Кент), которая считалась покровительницей храмовых «жриц любви». Уоллис Бадж пишет следующее: «Кетеш, или Кетшу, сирийско‑финикийская богиня, олицетворение любви и красоты, которую в Египте идентифицировали с Хатхор, Исидой и другими богинями луны… Имя Кетеш, возможно, связано с еврейским кадеш , храмовая проститутка… Если так, мы можем считать ее блудницей богов» [37, с. 239]. Вот именно от таких традиций, от такого духовно‑нравственного падения и заповедует Господь Бог защищаться народу избранному. Именно от этого ограждает его и упомянутая заповедь Божия.
В начале 24‑й главы дается еще одно повеление, касающееся того, как поступать женщине, если ее оставляет супруг (см. Втор. 24: 1–4). Здесь, кстати, впервые упоминается разводное письмо , которая женщина получала от бросившего ее мужа. Именно такое письмо давало ей право снова выйти замуж. Комментируя повеление Божие относительно закона о разводе, блаженный Феофилакт Болгарский пишет следующее: «Моисей повелел, чтобы возненавидевший жену свою развелся с нею, чтобы не случилось чего‑нибудь худшего, потому что возненавиденная могла быть и убита. Но таковой обязан дать разведенной разводную, так чтобы отпущенная уже не возвращалась к нему и не произошло смуты, когда он стал жить уже с другою» [7, с. 87]. В 5‑м стихе этой главы говорится о праве мужа остаться дома даже в случае войны, если он совсем недавно женился, цель этого – быть рядом с супругой и не оставлять ее одну. Муж имел право быть рядом с женой в течение года. 25‑я глава книги Второзакония повествует нам о знаменитом законе левирата, когда жена, у которой умер муж, но был брат, должна была ради восстановления рода выйти замуж за него. В этом законе был определенный практический смысл; однако это один из тех примеров ветхозаветного закона, который не перешел в жизнь Христианской Церкви. В 27‑й главе Второзакония описывается, как пророк Моисей поставляет левитов на двух горах – друг против друга – и они произносят определенные слова: одна группа левитов произносила благословения на народ Израиля, а другая – проклятия тем, кто нарушит заповеди Господа Бога. Среди тех дел, которые достойны проклятия, большая часть связана с нарушением правил жизни в браке, нарушение чистоты законных отношений между мужчиной и женщиной (см. Втор. 27: 13–26). За соблюдение закона Божия Господь обещает многие благости, достаток, жизнь. За нарушение закона – проклятие, разорение, запустение, смерть. Дальнейшая история народа избранного не раз доказывала истинность этих слов.
Из приведенных примеров становится вполне очевидным, что все Пятикнижие Моисеево (а это главная, законоучительная часть Ветхого Завета) достаточно серьезно рассматривает вопрос брачного союза мужчины и женщины. Однако стоило ли нам так пристально разбирать все эти примеры, ведь мы живем уже в иных исторических, культурных и нравственных реалиях? Да и в вопросе веры: мы – православные христиане, а Закон был дан иудеям. Ответ на этот вопрос представляется все же довольно простым – эти примеры не только можно, но и необходимо рассматривать. На это имеется несколько причин.
Во‑первых, как мы знаем, Ветхий Завет является неотъемлемой частью Священного Писания Христианской Церкви. Это означает, что он так же важен для нас в своих постановлениях, законах и предписаниях, ведь все они даны нам Самим Богом. Конечно же, в ветхозаветных писаниях мы можем встретить такие указания, которые для христиан уже не являются необходимыми к исполнению. Это связано с тем, что после прихода в мир нашего Спасителя, Господа Иисуса Христа, часть постановлений Ветхого Завета теряют свою значимость (пример: ежедневные кровавые жертвоприношения животных). При этом Сам Господь Иисус Христос исполнил весь Закон, как Он Сам и объявил в начале Своего служения: Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить (Мф. 5: 17). По этому поводу блаженный Феофилакт Болгарский замечает: «Так как Он намеревался ввести новые законы, то, чтобы не почли Его противником Божиим, Он в отвращение такой мысли говорит: «Не нарушить пришел Я, но исполнить»… Он исполнил его совершением всего сказанного о Нем пророками… Он исполнил закон и в том смысле, что восполнил его…» [7, с. 80–81]. Однако всем верующим в Него Христос даровал Новый Завет, то есть новый закон человеческого бытия. Этот закон уже во всей полноте призывает и помогает человеку на его пути к Богу. Ветхий Завет, в свою очередь, был лишь приуготовлением к приходу Спасителя и дарования Им Нового Завета. Об этом нам говорит и святой апостол Павел в своем Послании к Галатам: Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим дано было по вере в Иисуса Христа. А до пришествия веры мы заключены были под стражею закона, до того времени, как надлежало открыться вере. Итак, закон был для нас детоводителем ко Христу, дабы нам оправдаться верою (Гал. 3: 22–24). При этом мы также должны понимать, что многие постановления Ветхого Завета касались непосредственно народа Израиля, так как Господь особенно заботился об их духовно‑нравственной чистоте, которую они должны были хранить, в связи с тем, что именно они являлись хранителями веры в истинного Бога и должны были стать тем народом, из которого родится Спаситель. Но все же большая часть постановлений Ветхого Завета имела отношение и к жизни Христианской Церкви, особенно в его законоучительной части. Таким образом, все это показывает нам важность учения Ветхого Завета о браке.
Во‑вторых, если рассматривать Ветхий Завет с точки зрения духовно‑нравственной ценности, то и здесь мы видим его несомненную важность. Во всех своих постановлениях и предписаниях относительно жизни в браке Ветхий Завет призывает человека к сохранению той благодати, святости и духовной чистоты, которая была дана Самим Богом первым людям в райском саду. В своих нравственных и моральных положениях ветхозаветный Закон направлен на то, чтобы оградить людей от той распущенности, которая вошла в жизнь людей после грехопадения. Об этом людям говорит и Сам Господь Бог: Освящайте себя и будьте святы, ибо Я Господь, Бог ваш, свят (Лев. 20, 7).
В‑третьих, мы должны обратить свое внимание и на то, как конкретно Ветхий Завет защищал народ избранный от духовно‑нравственного и морального разложения. Из Священной истории мы знаем, что народ Израиля постоянно находился в окружении разных языческих племен. Все эти племена отличались достаточно распущенными нравами, наличием в своих религиозных культах различных непотребных действий и ритуалов. Несомненно, что все это могло повлиять (и, к сожалению, иногда влияло) на духовно‑нравственную жизнь народа избранного. Именно поэтому Ветхий Завет так строг в отношении установленных наказаний за нарушения правил жизни в браке. Именно поэтому Господь Бог уничтожает руками народа избранного все эти нравственно разложившиеся племена, о чем и Сам заповедует: Прогоните от себя всех жителей земли, и истребите все изображения их, и всех литых идолов их истребите, и все высоты их разорите (Чис. 33: 52). Таким образом, народ избранный становится судом Божиим для тех народов, которые впали в идолопоклонство, которые развратили понятие о браке и любви. Самым ярким примером из Ветхого Завета, иллюстрирующим то, как Господь Бог наказывает за духовную и нравственную распущенность, является история городов Содома и Гоморры (см. Быт. 19).
В‑четвертых, как результат всего вышесказанного, мы можем заключить, что основа христианского учения о браке, формирование чина Таинства Брака, нравственное богословие Христианской Церкви и многие другие аспекты этого вопроса в немалой своей степени основаны именно на ветхозаветных постановлениях и законах. В первую очередь, конечно же, на том благословении, которое Господь Бог дал первым людям в раю. Поэтому не представляется возможным для христианина отделять ветхозаветные заповеди от заповедей Нового Завета и учения христианской Церкви в целом.
Что касается дальнейшего догматико‑исторического развития института брака, то здесь можно выделить следующее. На протяжении всей своей истории после входа в Землю Обетованную народ Израиля жил по данному ему законодательству. Возможные отступления от закона – это, скорее всего, частные случаи, так как мы уже знаем, что наказание за нарушение было достаточно строгое. Однако, если случались какие‑либо грубые нарушения или массовые отступления от Закона, то Господь посылал к народу Своих пророков, которые обличали грехи и призывали людей к покаянию. Касается это и вопроса о чистоте взаимоотношений между мужчиной и женщиной. Одним из наиболее ярких примеров в этом вопросе является история царя Давида и Вирсавии (см. 2 Цар. 11: 2–12). В целом же институт брака в среде народа избранного не претерпевал каких‑либо серьезных изменений.
Завершая рассказ о ветхозаветном периоде развития института брака, отметим, что параллельно тому процессу, который шел в жизни народа избранного, в языческом мире шли процессы прямо противоположные. Понятие о браке у языческих народов было также искажено под воздействием грехопадения, как и остальные сферы жизни. Подчас это приводило к формированию совершенно противоестественных традиций и ритуалов. Причиной же всего этого было то, что эти народы служили, поклонялись и молились не истинному Богу, Творцу мира, а различным богам и стихиям мира земного, которые, по учению Церкви, считаются падшими духами. О таком морально‑нравственном и духовном разложении древнего языческого мира (в том числе, в брачных взаимоотношениях) свидетельствует известный исследователь Джеймс Д. Фрэзер, который в одной из своих работ, в частности, приводит следующие примеры: «На Кипре… обычай… требовал, чтобы перед замужеством все женщины отдавались чужестранцам в святилище богини (носила она имя Афродиты, Астарты или какое‑нибудь еще). Подобные обычаи господствовали во многих частях Западной Азии. Каковы бы ни были причины существования этого обычая, придерживавшиеся его народы не рассматривали этот обычай как уступку похоти, а видели в нем неотъемлемый религиозный долг» [10, с. 348]. Однако вскоре в мир приходит Спаситель, Господь Иисус Христос, Который призвал все народы изменить свою жизнь и прийти к истинному пониманию и жизни в Боге.

Новый завет

Как мы уже отметили, очередным этапом развития христианского института брака можно считать приход в мир Господа Иисуса Христа и рождение христианской Церкви. Смысл этого развития заключался не столько в каких‑либо кардинальных изменениях основ института брака, сколько в новом раскрытии этой темы в рамках учения Нового Завета, учения об отношениях человека с Богом и с ближним, а также в рамках тех отличий, которые в целом отличают христианство от религии древнего Израиля. Можно сказать, что в новозаветный период учение о браке сформировалось уже именно как Таинство Христианской Церкви, а также получило свое дополнительное раскрытие, особенно в речах Господа Иисуса Христа и посланиях святого апостола Павла.
Центральной частью всего учения Христианской Церкви о браке является учение Господа Иисуса Христа, а также те Его действия, которые были связаны с этим Таинством. О том, что говорит нам об этом Священное Писание Церкви, мы и будем говорить в данной части работы.
Первым действием, которое связано с Таинством Брака, совершенное Господом Иисусом Христом, является Его посещение брачного пира в Кане Галилейской. Более того, это связано и с первым чудом, которое Господь сотворил в Своем земном служении – чудом претворения воды в вино. Об этом событии нам повествует Евангелие святого апостола Иоанна Богослова. Приведем отрывок из Евангелия, повествующий нам об этом событии: На третий день был брак в Кане Галилейской, и Матерь Иисуса была там. Был также зван Иисус и ученики Его на брак. И как недоставало вина, то Матерь Иисуса говорит Ему: вина нет у них. Иисус говорит Ей: что Мне и Тебе, Жено? еще не пришел час Мой. Матерь Его сказала служителям: что скажет Он вам, то сделайте. Было же тут шесть каменных водоносов, стоявших по обычаю очищения Иудейского, вмещавших по две или по три меры. Иисус говорит им: наполните сосуды водою. И наполнили их до верха .
И говорит им: теперь почерпните и несите к распорядителю пира. И понесли. Когда же распорядитель отведал воды, сделавшейся вином, а он не знал, откуда это вино, знали только служители, почерпавшие воду. Тогда распорядитель зовет жениха и говорит ему: всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее; а ты хорошее вино сберег доселе. Так положил Иисус начало чудесам в Кане Галилейской и явил славу Свою; и уверовали в Него ученики Его (Ин. 2: 1–11). Что же говорит нам этот отрывок об отношении Господа к Таинству Брака и его установлению в жизни Своей Церкви? В первую очередь, мы должны, конечно же, обратить внимание на слова Евангелиста о том, что Иисус был зван на брак вместе со Своими учениками. Это означает, что и жених, и невеста, и их родные были не только рады видеть Его на своем празднике, но и приняли в своем сердце то учение, которое Господь открывал народу Израиля. При этом мы должны понимать, что часть гостей, возможно, могла прийти на брак и сама, ибо такова была традиция всех восточных народов, когда гость считался самым главным в доме, в том числе и на свадьбе, и принимался с радушием. Здесь же мы видим, что Господь был именно зван, то есть был среди самых почетных гостей свадьбы. Уже одно это обстоятельство может служить свидетельством того, что брак – это особое, сокровенное, мистическое соединение мужчины и женщины, Благословителем которого является Сам Господь. Однако мало просто быть званым на брак, важно и прийти на него по собственной воле. Господь Иисус Христос приходит на брак и освящает его Своим присутствием. Именно этот момент считается в христианской Церкви одним из главных свидетельств и прообразов установления Таинства Брака в новозаветной Церкви Самим Господом. По этому поводу блаженный Феофилакт Болгарский пишет следующее: «Господь не отвергает приглашения и приходит, потому что Он смотрел не на собственное достоинство, а на то, что полезно и благотворно для нас. Тот, кто не счел низким быть между рабами, тем более не мог счесть низким пойти на брак» [4, с. 60]. Ключевыми словами для нас здесь могут служить то, что полезно и благотворно для нас . Своим присутствием и участием на брачном пире Господь подтверждает то, что брак – это освященный Богом союз мужчины и женщины. Он абсолютно законен и является спасительным средством, которое помогает людям противостоять многим страстям. Соответственно с этим, брак и является для людей полезным и благотворным . Об освящающем действии Таинства Брака – присутствием на нем Господа Иисуса Христа – говорят все отцы Церкви. Приведем некоторые высказывания современных нам богословов. Протопресвитер Михаил Помазанский пишет: «Господь Иисус Христос освятил брак Своим присутствием на браке в Кане Галилейской и здесь сотворил первое Свое чудо» [20, с. 363]. Достаточно ясно говорит нам об особом освящении Господом брачного союза, как особого Таинства (на примере Каны Галилейской), и протоиерей Николай Малиновский: «Поставляя брачное сочетание в прямую зависимость от Бога, сообщающего ему характер нерасторжимости, И. Христос тем показал, что брачные дела, начиная с заключения брачного союза до расторжения в исключительных случаях, подлежат не кесареви или власти гражданской, а к тому, что было Божиим (Мф. 22: 21) и имело подлежать ведению Церкви. Это, особенно в связи с тем, что Господь Своим личным присутствием почтил и, конечно, благословил брак в Кане Галилейской (Ин. 2: 1–11), приводит к предположению, что Ему благоугодно было установить в Своей Церкви для преподания брачующимся необходимого благословения Божия и благодати особое священнодействие» [13, с. 248].
Но и это еще не все. Господь не только присутствует на браке, не только освящает его Своим присутствием, Он совершает здесь Свое первое чудо во время земного служения – претворяет воду в вино, необходимое для праздника. Само это действие является уже чудом, однако Господь не только претворяет воду в вино – это вино лучше прежнего, которое было на празднике до этого. Об этом пишет в своем комментарии и блаженный Феофилакт: «Господь не просто сотворил из воды вино, но вино прекрасное. Ибо чудеса Христовы таковы, что гораздо превосходнее того, что совершается природою» [4, с. 65]. Претворение воды в вино в христианстве имеет множество значений, мы укажем лишь на некоторые из них. Об одном нам говорит блаженный Феофилакт Болгарский: «…Какое чудо совершает Господь при таком браке и при таком соединении Бога с душою. Он претворяет воду в вино, наполняет шесть каменных водоносов наших. Под «водою» ты можешь разуметь нашу водянистость, влажность и расслабление в жизни и мнениях; под пятью водоносами – пять чувств, которыми ошибаемся мы в делах; под шестым водоносом разум – которым мы колеблемся в мнениях. Итак, Господь наш Иисус Христос, евангельское Слово, врачуя наши падения, в деятельной ли то жизни, в умственной или созерцательной, жидкое и нетвердое в нас прелагает в «вино», то есть в жизнь и учение, вяжущее и веселящее, и, таким образом, шесть наших водоносов наполняются сим прекрасным напитком» [4, с. 63–64]. Это скорее аллегорическое значение данного чуда. Более глубокое значение данного чуда нам раскрывает епископ Кассиан (Безобразов), считая его определенным знамением: «Знамение в Кане заключается в том, что в нем дано ученикам предзрение Страстей, скажу больше: предвкушение Страстей… Вино есть образ крови. Совершенное Господом знамение и потому еще знаменательно, что наводит на мысль о крови. Евхаристической Крови мы причащаемся в вине» [12, с. 60]. Есть и практическое (литургическое) значение чуда с водой и вином. Так, отчасти основываясь именно на данном евангельском сюжете, вино вошло в чинопоследование Таинства Брака Православной Церкви. Об этом подробнее мы будем говорить ниже.
Теперь обратимся к тем речам Господа Иисуса Христа, в которых Он, в том числе, затрагивал и тему брачных взаимоотношений. Именно на этих словах Господа Православная Церковь и сформировала учение о христианском браке, его задачах и целях.
Одной из первых речей Господа, в которой Он затрагивает тему брачных отношений, является знаменитая Нагорная проповедь. Что же говорит Господь в Своей проповеди о браке?
Свою речь Господь ведет по принципу сравнения. Сначала Он говорит о заповеди, которая дана в законе Моисеевом, а потом дает ей Свое объяснение. Однако помимо простого объяснения ветхозаветной заповеди Иисус Христос привносит в нее и новый – новозаветный – смысл, возводит каждую заповедь на новый уровень. Господь не просто повторяет закон Моисея, Он Его обновляет с учетом того, что теперь в мир пришло спасение; теперь каждый человек (а не только еврей) имеет возможность войти в Царство Небесное, исправив свою жизнь и исполняя закон Нового Завета Бога с человеком. Может показаться, что те заповеди, которые дает Господь (в том числе и по вопросу брака) трудноисполнимы, а может, не выполнимы в принципе. Однако это не так. Смысл данных Господом обновленных заповедей заключается в том, что, исполняя их, человек поднимается на совершенно иной уровень своего духовно‑нравственного бытия, рождается в новую жизнь. Можно сказать, что новозаветные заповеди Христа – это именно тот универсализм христианства, который позволяет каждому человеку достичь Дома Божия. По сути, жизнь по заповедям Господа Иисуса Христа – это путь святых, но именно к такому пути и призван каждый христианин.
Первое, что говорит Господь относительно отношений мужчины и женщины – это новое раскрытие заповеди, запрещающей прелюбодеяние. Господь говорит: Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем (Мф. 5: 27–28). Как видим, Господь углубляет смысл ветхозаветного запрета на прелюбодеяние. Иисус Христос говорит людям о том, что не только физическое действие может быть нарушением заповеди, но даже действие разума, мысли, чувства, в конечном счете, души – все это также является нарушением закона, все это является грехом. Дело в том, что человек сотворен не только по плоти, но также и по своим личным качествам. Ему дарована Творцом свободная воля, разум, чувства и бессмертная душа. Именно эти характеристики определяют личность. Следовательно, если эти части личности человека поражены грехом, то, значит, человек грешит так же, как если бы делал это только физически, только по плоти. Можно даже сказать, что грех помышлением не менее серьезен, чем поступком, так как изначально грех поражает именно разум, чувства и волю человека, поражает его душу, а уже потом все это реализуется плотью. Именно поэтому Господь и делает акцент на греховном помысле, как начале человеческого падения. Архиепископ Аверкий (Таушев) так поясняет слова Господа: «Недостаточно одним внешним образом исполнять 7 заповедь закона Божия: «не прелюбодействуй», ограждая себя от грубого нарушения ее впадением в грех самым делом. Возвышая эту заповедь, Господь учит, что не только внешнее действие прелюбодеяния есть преступление, но и внутреннее вожделение, взгляд на женщину с вожделением» [1, с. 127]. Теперь мы видим новое содержание ветхозаветной заповеди. Если раньше человек мог считать грехом только поступок, теперь он должен считать грехом и свои противозаконные мысли, а это, несомненно, поднимает его на новый уровень своего духовного‑нравственного развития. Теперь человеку требуется прикладывать больше сил для того, чтобы оградить от греха всю полноту своей личности. Блаженный Феофилакт Болгарский толкует слова Господа о сердечном прелюбодеянии так: «…Кто останавливается, всматривается и зрением воспламеняет похоть, потом снова смотрит с большим желанием удовлетворения похоти, тот уже совершил грех в сердце своем. Правда, он не исполнил его делом: что до того? Он не мог, а если бы мог, тотчас сделал бы грех самим делом» [7, с. 86]. Однако имеют ли приведенные слова Господа отношение к Таинству Брака? Несомненно, имеют. Во‑первых, Господь говорит о грехе прелюбодеяния, то есть грехе с замужнею женщиной, хотя, конечно же, Его слова относятся к любому виду страсти блуда. Во‑вторых, эта заповедь Божия призвана оградить семьи от возможных искушений прелюбодеяния, ведь именно супружеская измена является одной из главных проблем внутрисемейных отношений. Для того чтобы оградить человека от малейших поползновений к греху, Господь и дает нам новое понимание уже известной заповеди. Более того, Господь делает прибавление к заповеди, говоря достаточно резкие слова о том, что должен сделать человек, если его искушает страсть: Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну (Мф. 5: 29–30). Для людей внецерковных эти слова Господа могут показаться даже противоестественными; однако Христианская Церковь давно дала свой ответ на все недоумения. Блаженный Феофилакт пишет: «Слыша о глазе и руке, не подумай, что здесь говорится именно о сих членах. В сем случае Он не присовокупил бы «правый глаз и правая рука». Здесь говорится о людях, которых любим и бережем, как правый глаз и правую руку, но которые препятствуют нам делать дела Божии. Так, например, юноша, если имеет распутных друзей и терпит от них душевный вред, должен оставить, бросить их. Сим, может быть, спасешь и их, если придут в чувство, а если не спасешь их, то, по крайней мере, спасешь себя. Но если будешь продолжать к ним любовь, то погибнешь и ты, и они, то есть все тело» [7, с. 86–87]. Приведем и толкование о. Аверкия: «В случае соблазна на грех нужно проявлять такую решимость к пресечению соблазна, чтобы не пожалеть ничего самого дорогого, каковыми являются для человека собственные члены – члены его тела, глаз или рука. В данном случае глаз или рука указываются здесь как символы всего драгоценного для нас, которым мы должны жертвовать ради того, чтобы искоренить страсть и избежать впадения в грех» [1, с. 127]. Таким образом, мы видим, что данные слова Господа относятся более к нашим внутренним греховным чувствам и стремлениям, с которыми мы и призваны бороться, отсекая их от себя, и никто не требует от нас физического членовредительства, ведь как мы помним, тело человека есть храм Духа Святого.
Далее Господь затрагивает тему развода, так как она тоже являлась актуальной в те времена и продолжает оставаться таковой и в наши дни. Сразу заметим, что сам по себе развод является, несомненно, трагедией в жизни семьи. Господь не желает этого никому, и Его Церковь призвана всеми силами хранить христианские семьи от этой беды. Однако в случае, когда развод неизбежен, Господь говорит следующее: Сказано также, что если кто разведется с женою своею, пусть даст ей разводную. А Я говорю вам: кто разводится с женою своею, кроме вины прелюбодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать; и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует (Мф. 5: 31–32). В этих словах Господа мы вновь видим новое осмысление, новое раскрытие уже, казалось бы, известной народу избранному заповеди. По ветхозаветному закону, муж при разводе должен был дать жене разводное письмо, чтобы она могла выйти замуж еще раз, а также для решения других социальных вопросов. Однако по какой причине допускался развод, данная заповедь не говорила. Архиепископ Аверкий (Таушев) поясняет: «Господь в другом месте (Мк. 10: 2–12) говорит, что разрешение разводиться с женой дано Моисеем евреям «по их жестокосердию», что изначально было не так, что брак установлен Богом как союз нерасторжимый. Он расторгается сам собою только в случае прелюбодеяния одного из супругов» [1, с. 127]. Теперь же Господь раскрывает ее в полном ее значении. Он указывает на то, что в семейной жизни есть только одна причина для разрыва отношений – это прелюбодеяние, то есть измена. Причина этого кроется в том, что в результате супружеской измены семьи как таковой уже и не остается, разрываются внутренние связи, нарушается тайна супружеского бытия, освященная в Таинстве Брака. Именно поэтому Господь и говорит, что в случае прелюбодеяния муж может дать развод своей жене (естественно, это может быть и по отношению жены к мужу). Однако Господь добавляет, что в иных случаях разводное письмо может служить поводом к прелюбодеянию, то есть, если развод дается без особых для того причин. В этом случае дающий развод толкает свою вторую половину на грех прелюбодеяния и сам может впасть в тот же грех. Блаженный Феофилакт Болгарский добавляет: «Господь не нарушает Моисеева закона, но исправляет его и запрещает мужу ненавидеть свою жену без вины. Если он оставит ее по уважительной причине, то есть за прелюбодеяние, не подлежит осуждению, а если не за прелюбодеяние, то подлежит суду, потому что, если бы никто не взял ее, она, быть может, возвратилась бы к прежнему мужу и покорилась бы ему. А христианину должно быть миротворцем и для чужих, тем более для своей жены, которую Бог совокупил с ним» [7, с. 87–88]. Таково отношение Господа Иисуса Христа к разводу и супружеской измене. Вслед за Господом это понимание приняла и Христианская Церковь. Именно на словах Господа она и основывает все свои положения.
Следующий евангельский момент, связанный с учением Господа о браке, произошел тогда, когда Иисус Христос отвечал на вопросы книжников и фарисеев. Приведем этот отрывок: И приступили к Нему фарисеи и, искушая Его, говорили Ему: по всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женою своею? Он сказал им в ответ: не читали ли вы, что Сотворивший вначале мужчину и женщину сотворил их? И сказал: посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает (Мф. 19, 3–6). Эта первая часть ответа Господа ясно показывает нам то единство, в котором существует Пресвятая Троица. То, что заповедал Бог в саду Эдема, спустя тысячелетия повторяет Сын Божий – Второе Лицо Пресвятой Троицы. Это заповедь о муже и жене, которые суть одна плоть. Слова Божиего обетования повторяются Господом снова; Он даже и не добавляет ничего нового, ибо эта заповедь вечна. Единственные слова, которые Господь добавляет, касаются недопустимости человеческими силами разлучить освященный Богом союз: Что Бог сочетал, того человек да не разлучает . Этими словами Господь Иисус Христос прообразует то Таинство, которое в дальнейшем сформируется в лоне христианской Церкви. Комментируя ответ Господа, архиепископ Аверкий (Таушев) заключает: «Господь указывает на образ творения Богом мужа и жены, данный в Писании, раскрывая тем истинный смысл брака как богоустановленного учреждения… Бог сотворил одного мужчину и женщину, следовательно в намерении Творца было, чтобы мужчина имел лишь одну жену и не оставлял бы ее. Эта связь супружеская ближе и теснее, чем кровная связь… Два человека становятся как один по мыслям, чувствам, намерениям, действиям – они должны быть одним существом. А если они так соединены по первоначальному Божественному установлению, то и не должны разлучаться» [1, с. 229–230]. Во второй части Своего ответа фарисеям Господь повторяет то же, что Он уже сказал в Нагорной проповеди: …Я говорю вам: кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, тот прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует (Мф. 19: 9). Спаситель снова делает акцент на том, что есть только одна причина для развода; все остальное, наоборот, повод для прелюбодейства. В тот момент Господь отвечал фарисеям на их искусительные вопросы, которыми они хотели уловить Господа в противоречии Закону или обмане. Сделать этого им не удалось, так как Господь и есть Тот, Кто дарует людям закон. Для нас же Его слова являются основой нашей христианской (в том числе и семейной) жизни. В отличие от того, что Господь говорил в Нагорной проповеди, здесь Он делает одно добавление. Он особо подчеркивает, что закон Моисеев разрешал расторгать брак только лишь из‑за «жестокосердия» евреев, то есть из‑за их духовных слабостей и немощей. В идеале же брак не должен быть расторжим ни при каких обстоятельствах, тем более что зачастую за эти обстоятельства отвечают сами люди. Архиепископ Аверкий подтверждает эту мысль следующим комментарием: «Моисей позволил развод лишь «по жестокосердию», вследствие того, что мужья мучили и истязали нелюбимых ими жен, т. е. допустил меньшее зло ради избежания большего. Христос же восстанавливает первоначальный закон брака, утверждая его нерасторжимость» [1, с. 230]. Здесь мы можем отметить, что, действительно, со времен Моисея и до времени прихода Христа нравственность в иудейском обществе существенно ослабла, многие заповеди относительно духовной чистоты выполнялись лишь номинально, а многие и попирались. Именно поэтому Господь восстанавливает тот закон о браке, который был дан Богом посредством Своего пророка Моисея – народу избранному. Помимо восстановления этого закона, Господь, опять же, наполняет его более глубоким духовно‑нравственным смыслом. Эпизод, который мы сейчас рассмотрели, описывается также в Евангелии от Марка (ср. Мк. 10: 2–12) и частично у евангелиста Луки (ср. Лк. 16: 18). Также в Евангелии от Марка мы встречаем еще один эпизод, связанный с искусительным вопросом Господу от саддукеев на тему брака. Приведем этот отрывок полностью: Пришли к Нему саддукеи, которые говорят, что нет воскресения, и спросили Его, говоря: Учитель! Моисей написал нам: если у кого умрет брат и оставит жену, а детей не оставит, то брат его пусть возьмет жену его и восстановит семя брату своему. Было семь братьев: первый взял жену и, умирая, не оставил детей. Взял ее второй и умер, и он не оставил детей; также и третий. Брали ее за себя семеро и не оставили детей. После всех умерла и жена. Итак, в воскресении, когда воскреснут, которого из них будет она женою? Ибо семеро имели ее женою? Иисус сказал им в ответ: этим ли приводитесь вы в заблуждение, не зная Писаний, ни силы Божией? Ибо, когда из мертвых воскреснут, тогда не будут ни жениться, ни замуж выходить, но будут, как Ангелы на небесах (Мк. 12: 18–25; ср. Мф. 22: 24–30; Лк. 20: 28–36). Разбирая этот момент и, в частности, ответ Господа, мы должны сразу же отметить два важных момента. Во‑первых, речь здесь идет, преимущественно, о ветхозаветном правиле левирата (о котором мы говорили выше), который позволял брату умершего мужа брать себе в жены его овдовевшую супругу. Это было законно и часто практиковалось в среде евреев. Во‑вторых, прекрасно зная причины и сущность данного правила, саддукеи, тем не менее, задают его Господу, надеясь на неправильный или противоречащий Закону Моисея ответ. Если бы такой ответ был дан, то саддукеи могли бы легко обвинить Господа в нарушении религиозного законодательства, смущении народа или богохульстве. Задавая свой вопрос, саддукеи умышленно извращают саму идею левирата. Блаженный Феофилакт Болгарский объясняет: «Как люди коварные, они выдумывают такую повесть с тем, чтобы ею ниспровергнуть истину Воскресения. Они дают вопрос о том, чего никогда не бывало, да и быть не может. А что семь мужей брали (один после другого) одну и ту же жену, это они выдумали для большего посмеяния над Воскресением» [6, с. 133]. Однако Господь не дает им возможности насмешки. Как видно из вопроса, он уже изначально был не честен, так как, спрашивая о воскресении мертвых, сами саддукеи в это воскресение не верили. Тем не менее, что же отвечает Господь, и какое отношение Его ответ имеет к христианскому учению о браке? Христос, отвечая на вопрос, сначала обличает самих саддукеев в том, что они не знают Священного Писания, а также не верят в силу Божию. Не знают Писания, так как, если бы они его знали, то знали бы и всю сущность закона о левирате. Не верят же в силу Божию (а значит и в Самого Бога), так как, если бы верили в Его силу, то не сомневались бы в Его могуществе и способности восстановить законный порядок отношений. Конечно же, саддукеи знали Писание, поэтому Господь говорит и том, что они не понимают его истинного смысла, искажают его. Что касается учения о браке, то нам важна вторая часть ответа Господа: Когда из мертвых воскреснут, тогда не будут ни жениться, ни замуж выходить, но будут, как Ангелы на небесах . В этих словах Господь приоткрывает нам тайну будущей жизни людей в Царствии Небесном. Мы видим, что, по слову Господа, в Царствии Божием уже не будет браков, не будет разводов и других подобных отношений. Почему такое может быть? В первую очередь, это связано с тем, что сама жизнь человека, по его воскресении, будет совершенно иной, нежели нынешнее земное существование. В этой жизни (о которой мы можем говорить лишь приблизительно, гадательно) люди будут находиться в преображенном состоянии, как по плоти, так и по духу; да и сама жизнь будет иметь иные цели, иные ориентиры. Именно об этом и говорит саддукеям Христос. Блаженный Феофилакт толкует слова Господа Иисуса Христа следующим образом: «По Воскресении… состояние воскресших будет не чувственное, но богоподобное, и образ жизни Ангельский. Ибо мы уже не будем подлежать тлению, но будем жить вечно… Ныне брак существует по причине смертности, чтобы, поддерживаясь преемством рода, мы не изгибли. Но тогда, подобно Ангелам, люди будут существовать без посредства брака, никогда не умалятся в числе и пребудут всегда без убыли» [6, с. 134]. Подтверждая мысль о том, что саддукеи не понимали сущности Писаний, духа учения о воскресении, архиепископ Аверкий (Таушев) пишет: «Господь дал саддукеям мудрый ответ, обличив их в том, что они не понимают будущей вечной жизни, в которой уже не будет ничего чувственного, и люди будут жить иною жизнью, духовною, ангельскою, «как Ангелы Божии на небесах» [1, с. 266]. Что касается учения Христианской Церкви о браке, то слова Господа можно прокомментировать так. Да, в жизни вечной уже не будет привычных для нас земных отношений, не будут заключаться браки, не будет семейных и бытовых вопросов. Однако при этом мы не должны умалять значения Таинства Брака, ибо, даже будучи земным, оно освящается в Таинстве Самим Богом, а значит, имеет отношение и к жизни вечной. Мы можем лишь предполагать о том, как супружеские права будут реализовываться в жизни вечной, в каком отношении будут находиться супруги друг к другу и к окружающим. Отметим, что на эти вопросы Церковь никогда не давала однозначного ответа, так как, по слову святого апостола Павла, тайна сия велика. И опять же, обращаясь к святому апостолу Павлу, мы должны заметить, что по многим вопросам нашего будущего состояния после всеобщего воскресения (в том числе и по вопросу супружеских взаимоотношений) Церковь старается говорить осторожно, прикровенно, так как сейчас мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан (1 Кор. 13: 12).
Мы рассмотрели те речи Христа, в которых Он обращается к теме супружеских взаимоотношений, тем самым устанавливая новозаветное учение о браке. Теперь обратимся к другим примерам. Мы рассмотрим те места в Евангелиях, в которых Господь либо затрагивает тему брака в разговорах с простыми людьми, либо приводит образ брака в Своих притчах.
Одним из самых ярких примеров, когда Господь говорит о браке с простым человеком, можно считать Его беседу с самарянкой. Об этом нам повествует Евангелие от Иоанна. Сама беседа касалась нескольких тем, мы же приведем ту ее часть, в которой Христос затрагивает тему брака: Иисус говорит ей [самарянке – С. М.]: пойди, позови мужа твоего и приди сюда. Женщина сказала в ответ: у меня нет мужа. Иисус говорит ей: правду ты сказала, что у тебя нет мужа, ибо у тебя было пять мужей, и тот, которого ныне имеешь, не муж тебе; это справедливо ты сказала (Ин. 4: 16–18). Прося самарянку привести своего мужа, Господь побуждает ее к признанию того, что в своей супружеской жизни она уже давно преступила все нравственные основы института брака. Именно поэтому, когда женщина говорит, что у нее нет мужа, Господь подтверждает это. Однако Иисус Христос, являясь воплощенным Сыном Божиим – Вторым Лицом Пресвятой Троицы, естественно, знает жизнь каждого человека. Поэтому Он знал, что у самарянки было уже несколько мужей, и в момент беседы она жила с очередным мужчиной (вне брака), что является грубым нарушением заповеди о запрете прелюбодеяния. Господь раскрывает самарянке ее нравственное состояние и свидетельствует о том, что ее брачный союз уже действительно не существует. Так и Православная Церковь, если супружеский союз распался, может засвидетельствовать, что люди уже не любят друг друга, не являются одной плотью. Подтверждая отсутствие законных супружеских отношений у самарянки, Господь Иисус Христос тем самым предостерегает всех нас от таких противоестественных отношений. Как мы будем говорить далее, Православная Церковь признает только три первых брака, при этом считая второй и третий браки лишь сильной уступкой немощи человеческой. Вполне очевидно, что, будучи в отношениях с шестью мужчинами, самарянка не могла претендовать на то, чтобы ее можно было назвать женой, а ее сожителя – мужем. Тем более нельзя было назвать такие взаимоотношения освященным Богом брачным союзом. Далее беседа Господа с самарянкой переводится в несколько иное русло, затрагивая тему Его мессианства и обращения людей к истинному Богу. Соединяя две эти темы, епископ Кассиан (Безобразов) пишет: «В беседе с Самарянкою… слова Христовы действительно имеют значение перелома. Господь обличает ее грешную жизнь и тем самым является ей как пророк (ср. ст. 19). С пророком и идет ее дальнейшая беседа» [12, с. 78]. Об обличительном свойстве ответа Господа (несомненно, с пользой для самой самарянки) говорит и о. Аверкий: «Желая дать понять самарянке, что она разговаривает не с обыкновенным человеком, Господь сначала приказывает ей позвать своего мужа, а затем прямо обличает ее в том, что она, имев пять мужей, живет теперь в прелюбодейной связи» [1, с. 101]. Еще раз отметим, что, с практической стороны, этот эпизод беседы Господа с самарянкой несет для нас предостерегающее, оградительное значение.
Еще одним примером беседы Господа о важности соблюдения закона о браке может служить история о пойманной блуднице. В Евангелии от Иоанна читаем следующее: …Книжники и фарисеи привели к Нему женщину, взятую в прелюбодеянии, и, поставив ее посреди, сказали Ему: Учитель! эта женщина взята в прелюбодеянии; а Моисей в законе заповедал нам побивать таких камнями: Ты что скажешь? Говорили же это, искушая Его, чтобы найти что‑нибудь к обвинению Его. Но Иисус, наклонившись низко, писал перстом на земле, не обращая на них внимания. Когда же продолжали спрашивать Его, Он, восклонившись, сказал им: кто из вас без греха, первый брось на нее камень. И опять, наклонившись низко, писал на земле. Они же, услышав то и будучи обличаемы совестью, стали уходить один за другим, начиная от старших до последних; и остался один Иисус и женщина, стоящая посреди. Иисус, восклонившись и не видя никого, кроме женщины, сказал ей: женщина! где твои обвинители? никто не осудил тебя? Она отвечала: никто, Господи. Иисус сказал ей: и Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши (Ин. 8: 3–11). В этом отрывке мы снова видим, как книжники и фарисеи, пытаясь уловить Христа, приступают к Нему с искусительным вопросом, прилагая к этому вполне конкретный пример – женщину, уличенную в прелюбодеянии. Конечно же, учителя народа знали, что за измену, по Закону Моисееву, полагалось побиение камнями. Однако, желая уличить Господа Иисуса Христа в какой‑нибудь ошибке (найти что‑нибудь к обвинению Его), они приходят с этим вопросом именно к Нему. В этой ситуации Господь являет нам Собой образец кротости, мудрости и любви. Как Сама Кротость, Христос не вступает с обличителями в спор, не пытается им что‑либо доказать, а смиренно выслушивает их законные, на первый взгляд, доводы. Как Сама Мудрость, Господь разрешает эту ситуацию с пользой для каждого ее участника. Не отрицая Закона Моисеева, Он лишь призывает исполнить закон того, кто сам не имеет на себе греха. Однако без греха был только Сам Христос. После этих слов, чувствуя их истинность и не видя при этом противоречия Закону Моисея, обличители уходят. Толкуя этот эпизод, о. Аверкий (Таушев) поясняет: «Слова Господа произвели потрясающее действие на не совсем еще уснувшую совесть фарисеев. Вспомнив каждый свои собственные грехи, по‑видимому, однородные с грехом этой женщины, они, обличаемые совестью, стали уходить один за другим… Господь, как мы видим, в ответ на коварство фарисеев премудро перенес вопрос осуждения этой женщины из области отвлеченно‑юридической в область нравственную и тем поставил самих обвинителей в положение обвиняемых перед их совестью» [1, с. 199–200]. И, наконец, как Сама Любовь Господь – милостиво прощает грех женщине. Важно отметить, что Иисус Христос не оправдывает греха, не отменяет закон, но лишь превосходит его Своей любовью. Не делая милости греху и злу, Он снисходит с милостью к сотворившей грех, зная, под какой тяжестью страстей находятся люди со дня первого грехопадения. Тем не менее, отпуская женщину, Христос заповедует ей: Впредь не греши . Снова приведем комментарий о. Аверкия: «В этих словах, конечно, нельзя видеть неосуждение греха. Господь пришел не осуждать, но взыскать и спасти погибших… Он осуждает грех, но не грешников, желая расположить их к покаянию. Поэтому слова Его, обращенные к грешнице, имеют такой смысл: «И Я не наказываю тебя за твой грех, но хочу, чтобы ты покаялась: иди и впредь не греши» – вся сила в этих последних словах» [1, с. 200]. Здесь мы видим, что, с одной стороны, Господь милует, исполняя Свою заповедь о любви, а с другой стороны, предостерегает от дальнейшего повторения грехов. Этот евангельский эпизод вновь отчетливо свидетельствует нам о том, что Господь Иисус Христос охраняет чистоту брачных взаимоотношений, не дозволяя нарушать целостность этого Таинства.
Теперь остановимся на тех притчах, которые Господь часто использовал для объяснения народу Израиля основ духовной жизни. В частности, рассматривая тему брака, обратим внимание на две из таких притч. Так, в 22‑й главе Евангелия от Матфея Иисус Христос рассказывает притчу о Царствии Небесном, используя для этого образ брачного пира (см. Мф. 22: 2–14). Сама эта притча посвящена раскрытию сущности Царствия Небесного, а также того, кто и как в него может войти, а кто войти не сможет. Притча это является научительной, то есть призвана помочь простым людям понять учение Господа о Царствии Божием. Используя простые и понятные для всех образы, Иисус Христос призывает каждого человека действовать по подобию тех, кто, в конечном счете, становится участником брачного пира. Особенно Господь предостерегает людей избегать участи тех людей, которые на этот пир не пришли или были изгнаны с него. Для нас же, в данном контексте, важно именно то, что Господь использует образ брачного пира, то есть еще раз освящает и сам брак, и его празднование, как важное и освященное Богом Таинство. Если бы брак в своей сущности был бы делом греховным или недостойным, Господь никогда бы не использовал его в качестве положительного примера. Подтверждая данную мысль, блаженный Феофилакт Болгарский отмечает, что брачная радость в причте символизирует собой воскресение, «жених – Христос, а невеста – Церковь и чистая душа» [7, с. 290]. Таким образом, мы еще раз видим, как участники Таинства Брака соотносятся с Самим Богом и Его Церковью. Ничего выше этого быть не может.
В Евангелии от Луки мы встречаем еще одну притчу Христа, в которой Он использует образ брака. Приведем этот отрывок полностью: Замечая же, как званые выбирали первые места, сказал им притчу: когда ты будешь позван кем на брак, не садись на первое место, чтобы не случился кто из званых им почетнее тебя, и звавший тебя и его, подойдя, не сказал бы тебе: уступи ему место; и тогда со стыдом должен будешь занять последнее место. Но когда зван будешь, придя, садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подойдя, сказал: друг! пересядь выше; тогда будет тебе честь пред сидящими с тобою, ибо всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится (Лк. 14: 7–11). В этой притче раскрывается тема страсти гордыни и противостоящим ей добродетелям кротости и смирения. Господь снова приводит образ брака, брачного пира, хотя здесь он используется, больше как легко воспринимаемый фон, так как смысл притчи в ином. Тем не менее, само использование образа брачного пира еще раз освящает это действие вниманием Божием. Комментируя речь Господа, о. Аверкий (Таушев) добавляет: «Этими словами Господь не думал давать, конечно, лишь обыкновенное правило благоразумия: здесь речь идет о внутреннем расположении сердца» [1, с. 222].
Завершая рассказ о том, что привнес в учение о браке Господь Иисус Христос, отметим следующий момент. Как можно заметить, Господь не меняет закон о браке коренным образом; Он лишь дополняет его, обновляет и насыщает новым духовно‑нравственным смыслом. В результате этого, учение о браке открылось для евреев в новом свете, а для христиан стало одним из основополагающих Таинств. Таким образом, освященный Богом брак приобретает свойство универсализма, то есть становится доступным для каждого человека. По большому счету, он возвращается в мир в том первозданном виде, в котором и был заповедан Богом первым людям. Почему же он становится универсальным? Дело в том, что после грехопадения людей, а в дальнейшем и разделения народов, только у народа избранного сохранилось истинное понимание сущности брака. Другие же народы, которые пребывали в состоянии язычества, это понимание исказили, либо совершенно утратили. Лишь с приходом в мир Спасителя, Который обновил и наполнил новым смыслом понятие о браке, оно снова становится доступным для каждого. Воплощение этой доступности стало возможно благодаря тому, что Господь основывает Свою Церковь, в лоне которой теперь каждый человек имеет возможность освятить свой брак в Таинстве.
После того, как земное служение Господа Иисуса Христа завершилось Его славным Воскресением и Вознесением, на земле остается основанная Им Церковь. В лице апостолов Господь даровал ей право самой (но при незримом водительстве Духа Святого) вести людей к истинной вере и наполнять их жизнь добродетелями. Протоиерей Николай Малиновский комментирует: «Так как хранить и утверждать в мире все повеленное Господом и Его апостолами призвана Церковь, то… заключение супружеств между христианами должно быть совершаемо при участии Церкви, при ее одобрении и утверждении, а это одобрение и утверждение может выражаться в церковном благословении их» [13, с. 249]. Поэтому, как и все остальные аспекты христианской жизни, учение о браке продолжает свое формирование уже в лоне христианской Церкви. Основу этого составили послания апостолов, а далее – святых отцов христианства.

* * *

О том, как развивалось Таинство Брака в новозаветной истории, в ее послеапостольский период, мы скажем позднее, в соответствующей части работы, здесь же мы более подробно остановимся на раскрытии учения о браке, изложенном в посланиях апостола Павла, а также других апостолов из числа двенадцати. В первую очередь, именно в посланиях святого Павла учение о браке приобрело во многом те формы, по которым оно и вошло в жизнь Христианской Церкви. Это отразилось и на духовно‑нравственном учении Церкви, и на ее богослужебной практике; а это значит, что оно имеет не только теоретический смысл, но и практический. Рассмотрим наиболее характерные места из посланий святого апостола Павла, связанных с темой христианского брака.
В I Послании к Коринфянам апостол Павел поднимает очень важную тему – тему чистоты супружеских отношений, а также вопрос о том, как подобает себя вести христианину в браке. Дело в том, что апостол Павел всегда затрагивал самые насущные и актуальные вопросы тех христианских общин, к которым он обращался. В коринфской общине появились проблемы именно на этой почве, и поэтому апостол Павел затрагивает данную тему. Так как апостол Павел вышел из среды книжников, то он очень хорошо знал и исполнял ветхозаветный закон. В связи с этим он легко мог определить, что является грехом, а что таковым не является. Так вот, в коринфской общине произошел случай, связанный со страстью блуда. По этому поводу апостол Павел был вынужден очень строго предупредить коринфских христиан (а вместе с ними и нас) о том, что христианин должен быть максимально удален от этой опасной и губительной страсти. По слову апостола, человек, пораженный этим грехом и нарушающий святость брачных уз, не может войти в Царство Небесное. Архиепископ Аверкий (Таушев) комментирует обличения апостола Павла в 5‑й и 6‑й главах послания: «Вся пятая глава посвящена обличению блудника‑кровосмесника, который взял себе в жену «жену отца своего», то есть, надо полагать, мачеху. Св. Павел укоряет коринфян, что они возгордились «вместо того, чтобы лучше плакать», то есть – не следовало бы коринфянам высоко о себе думать, если возможны среди них такие гнусности… вторая половина [6‑й главы – С. М.] содержит обличения страстной жизни вообще… и блуда в частности» [1, с. 589–590]. Итак, апостол наставляет: не знаете, что неправедные Царства Божия не наследуют? Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи… Царства Божия не наследуют (1 Кор. 6: 9–10). Более того, используя слова из книги Бытия, которыми Господь Бог благословил первых людей на совместную жизнь, апостол Павел делает следующее предостережение: не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею? ибо сказано: два будут одна плоть. А соединяющийся с Господом есть один дух с Господом. Бегайте блуда; всякий грех, какой делает человек, есть вне тела, а блудник грешит против собственного тела (1 Кор. 6: 16–18). При этом апостол Павел не только обличает или предостерегает христиан от страсти блуда, он также объясняет важность сохранения чистоты плоти (в том числе в виде законного брака), а также призывает к определенным действиям по прославлению Бога: Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои? Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших, и в душах ваших, которые суть Божии (1 Кор. 6: 19–20). Как мы можем заметить, апостол Павел не просто дает указание, как это было в Ветхом Завете, но и раскрывает нам смысл своих слов через призму христианского новозаветного учения. А уже в следующей главе апостол Павел подробно разъясняет правила взаимоотношений мужчины и женщины, делая особый акцент на отношениях в брачном союзе. О. Аверкий (Таушев) дополняет: «С седьмой главы начинается вторая часть послания, содержащая наставления в нравственной христианской жизни. В связи с последней обличительной речью о блуде св. апостол прежде всего дает наставления, касающиеся брака» [1, с. 591]. Можно сказать, что 7‑я глава I Послания к Коринфянам является одной из основополагающих в вопросе о христианском браке, которая затрагивает не только догматические вопросы, но и дает супругам‑христианам практические рекомендации. В этой главе апостол Павел говорит нам и о необходимости сохранения чистоты брачных отношений, и о правах мужа и жены, по отношению друг к другу, и об условиях, при которых возможен развод, дает советы вдовам, девицам, а также говорит о другом пути – пути девства. Самое важное, что мы должны отметить, так это особое указание апостола на то, что все, что он говорит супруга – эти слова еще ранее сказал Господь: вступившим в брак не я повелеваю, а Господь (1 Кор. 7: 10). В одном из современных православных пособий по изучению Нового Завета дается такое толкование этих слов апостола: «Здесь подтверждается неразрывность брачного союза, охраняемого евангельским законом, повелением Самого Господа: Мф. 5: 32; 19: 6» [14, с. 339]. Затрагивает апостол Павел и такой острый для всех христиан вопрос, как возможность брака с иноверцем. Конечно же, в идеале, оба супруга должны быть христианами, так как только в союзе двух христиан может произойти полноценное общение во Христе. Однако апостол Павел не отрицает возможности брака христианина с иноверным. Дело в том, что в первые века христианства проблема заключения таких браков была очень острой, так как Церковь только еще формировала свое учение о браке. Апостол Павел достаточно ясно говорит о возможности таких браков и даже указывает на их спасительное значение. Приведем этот отрывок полностью: если какой брат имеет жену неверующую, и она согласна жить с ним, то он не должен оставлять ее; и жена, которая имеет мужа неверующего, и он согласен жить с нею, не должна оставлять его. Ибо неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим. Иначе дети ваши были бы нечисты, а теперь святы… Почему ты знаешь, жена, не спасешь ли мужа? Или ты, муж, почему знаешь, не спасешь ли жены? (1 Кор. 7: 12–16). Как видим, Церковь изначально очень серьезно относилась к вопросу о браке христианина с иноверным. Архиепископ Аверкий так поясняет слова апостола: «Смысл этого… изречения тот, что брак не должен быть расторгаем в том случае, если только один из супругов уверовал, а другой остался язычником… ибо воля Господа вообще такова, чтобы всякому оставаться в том звании, в каком кто призван к христианству» [1, с. 591]. Спустя несколько глав апостол Павел вновь возвращается к теме жизни христиан в браке. На этот раз он делает особый акцент на теме главенства мужа и подчиненности жены. Следует заметить, что апостол Павел не просто давал указания или устанавливал законы. Как апостол Христа, он, прежде всего, всё соотносил с учением Господа и все вопросы рассматривал через призму человеческого спасения. Именно поэтому апостол насыщает каждый аспект учения о браке особым богословским, даже догматическим смыслом. Так, в словах о главенстве мужа над женой он показывает ту связь, которая существует в христианском браке и является ее основой: Хочу также, чтобы вы знали, что всякому мужу глава Христос, жене глава муж, а Христу глава Бог (1 Кор. 11, 3). Далее апостол Павел дает супругам‑христианам непосредственные практические рекомендации относительно вопроса о покрытии головы при обращении к Богу (см. 1 Кор. 11: 7–10). Это повеление относится к женам‑христианкам и заключает в себе не только практический, но и серьезный духовно‑нравственный смысл. О целях такого распоряжения апостола архиепископ Аверкий (Таушев) пишет следующее: «…В те времена женщины‑язычницы ходили в свои капища открыто, с нечистыми целями, и обнажение головы для женщины считалось знаком ее бесстыдства… Св. апостол, находя это [хождение жен с непокрытой головой – С. М.] неприличным для христиан, требует от жен, чтобы они покрывали свои головы, в знак своего подчиненного положения относительно мужа» [1, с. 595]. Таким образом, мы видим, что апостол Павел дает здесь повеление с двумя целями: оградить жен‑христианок от образа язычниц, а также напомнить им о главенстве в семье мужа. Именно из этого традиция покрытия женщиной головы в храме (а в идеале и в повседневной жизни) сохранилась в Православной Церкви на все последующие века.
Одним из центральных текстов Священного Писания Христианской Церкви, касающихся темы любви (в том числе любви мужчины и женщины, а значит и жизни в браке), несомненно, является известный Гимн любви . Этот гимн представляет собой 13‑ю главу I Послания к Коринфянам, которая полностью посвящена самому главному свойству Христианской Церкви – любви. Любовь здесь понимается как самый высший идеал христианства, ведь Любовь – это сущность Самого Бога, по слову святого апостола Иоанна Богослова: Бог есть любовь (1 Ин. 4: 16). Нас же, в данном случае, интересует любовь как высшее чувство человека по отношению к своей второй половине в освященном Боге брачном союзе. Вполне очевидно, что все те свойства, которые присущи настоящей любви, можно отнести и к необходимым чувствам для христиан, живущим в браке. То есть все то, что характеризует истинную любовь, должно относиться и к любви супругов‑христиан по отношению друг к другу. Именно такой, какой описана любовь у апостола Павла, и должна быть любовь в браке. Процитируем центральную часть Гимна любви: Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится (1 Кор. 13: 4–8). Вот именно такой и должна быть настоящая христианская любовь, как к Богу, как к ближнему своему, так и ко своей второй половине, в освященном Самим Богом Таинстве Брака. Архиепископ Аверкий (Таушев), комментируя гимн апостола Павла, удивительно точно показывает, что стяжание всех свойств любви способно сделать каждую семью счастливой в Боге и оградить ее от различных нестроений. О. Аверкий пишет: «Свойства любви таковы, что она поистине является исполнением всего закона… Это – долготерпение, милосердие, отсутствие зависти, хвастовства, гордости, духа бесчинства, бескорыстие, негневливость, забвение обид и оскорблений, отсутствие радости при несчастиях других, любовь к правде, полная вера, твердая надежда и готовность переносить всякие скорби» [1, с. 598]. При этом стоит особо отметить, что апостол Павел не рассуждает отвлеченно, оторвано от реальной жизни, наоборот, его слова – это именно призыв к действию, можно сказать, практическое руководство для каждого христианина, в том числе и для живущих в браке. Ценность апостольских посланий в том и заключается, что они именно практические , хотя при этом они могут содержать и богословские, и догматические, и нравственные положения. Однако, в первую очередь, это именно практические предписания для христиан. Неслучайно, как мы увидим далее, Церковь очень активно использует в своей богослужебной практике многочисленные отрывки из апостольских посланий, в том числе и в тех текстах, которые используются при совершении Таинства Брака. Именно поэтому в своем рассказе об историко‑догматическом развитии института христианского брака нам так важно рассмотреть хотя бы в общих чертах тексты апостольских посланий, а также дать для них некоторые пояснения. Рассматривая и сравнивая тексты Ветхого и Нового Заветов, мы уже можем увидеть тот процесс развития института брака, который происходил в течение целого ряда веков в иудейском (а затем и в христианском) обществе. Здесь мы можем отметить, что институт брака развивался по возрастающей – начиная от Божиего благословения первых людей в саду Эдема и заканчивая полным своим раскрытием в Новом Завете Господа Иисуса Христа. Рассмотрение вопроса о том, как развивалось учение о браке на протяжении всей Священной истории, важно еще и в том плане, что, исходя из этого мы можем лучше понять то, как этот процесс повлиял на формирование чина Таинства Брака в Православной Церкви.
Завершая обзор I Послания апостола Павла к Коринфянам, еще раз выделим те аспекты православного учения о браке, которые разбираются и утверждаются в этом послании:
• освященный Богом союз между мужчиной и женщиной, или брак, непременно должен быть «о Господе», то есть освящен особою церковною молитвою. Освященный в Таинстве брак нерасторжим; исключением может быть только прелюбодеяние (супружеская измена) – 1 Кор. 7: 10, 39 ;
• целью установления Богом Таинства Брака является умножение и сохранение рода человеческого, взаимное вспомоществование супругов друг другу и борьба с греховными похотями и страстями – 1 Кор. 7: 1–2 ;
• разбирается вопрос о том, имеет ли право жена выходить после смерти мужа еще раз замуж – 1 Кор. 7: 7–9, 39–40 ;
• Таинство Брака, как образ духовного союза Господа Иисуса Христа со Святой Церковью, является честным, безгрешным, святым и спасительным – 1 Кор. 7: 10–11, 14: 28, 38 .
Еще одним важным посланием апостола Павла, касающимся учения о браке, является Послание к Ефесянам . Это небольшое послание, обращенное к эфесской общине, включает в себя в том числе и слова апостола о должных взаимоотношениях мужчины и женщины, находящихся в брачных узах. И снова мы видим здесь все самое необходимое: это и богословие апостола Павла, и практические указания, основанные на учении Господа Иисуса Христа. Раскрывая духовно‑нравственное значение этого послания для христианских семей, архиепископ Аверкий (Таушев) пишет: «…Нравственная часть учит [супругов – С. М.] единству веры и единодушию в нравственной деятельности, вооружая на духовную брань» [1, с. 632]. Из шести глав этого послания теме брака апостол посвящает 5‑ю главу, тексты которой, опять же, во многом перешли в богослужебную практику Церкви и в ее учение о Таинстве Брака. В практическом плане, в этом послании апостол Павел призывает супругов‑христиан к повиновению и смирению, сохранению должной телесной чистоты, а также к максимально возможной любви друг к другу. В догматическом плане, в этом послании апостол Павел развивает мысль о необходимости соответствия жизни супругов в брачном союзе тем взаимоотношениям, которые существуют между Господом Иисусом Христом и основанной Им Церковью. Первая половина 5‑й главы посвящена больше общим нравственным наставлениям, а вот вторая половина – более частным вопросам супружеской жизни. Апостол Павел пишет: Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела. Но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем. Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего‑либо подобного, но дабы она была свята и непорочна. Так должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя (Еф. 5: 22–28). Как видим, апостол Павел обращается не только к женам с призывом повиноваться своим мужьям, но и мужьям заповедует любить и хранить своих жен, как Христос любит Свою Церковь и отдает за нее Свою жизнь. Несомненно, что эти слова апостола оказали сильнейшее влияние на развитие богословия относительно Таинства Брака Православной Церкви и являются важным подспорьем для каждого христианина, живущего в браке. Толкуя слова апостола Павла, святитель Феофан Затворник пишет следующее: «Дал женам заповедь и пример повиновения, дает… мужьям заповедь и пример любви – в любви Христа Спасителя к Церкви. В брачном союзе главная обязанность жены – повиноваться мужу, главная обязанность мужа – любить жену. Но, как в муже не исключается обязанность слушаться разумных советов и желаний жены, так в жене – обязанность любить мужа. У них все должно быть взаимообразно» [30, с. 542]. В целом можно сказать, что в 5‑й главе Послания к Ефесянам апостол Павел достигает высшего понимания значения брака в жизни христианина, а также того, как освященный брачный союз между людьми взаимосвязан с жизнью в Церкви и во Христе. Этот смысл он передает каждому из нас. Завершая эту главу, апостол Павел произносит одно из наиболее своих известных выражений относительно взаимоотношений Господа Иисуса Христа со Своей Церковью, а в более широком значении и относительно тайны брачного союза мужчины и женщины: Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви (Еф. 5: 31–32). Относительно этих таинственных слов апостола Павла, по поводу которых было немало предположений, протоиерей Николай Малиновский дает следующее толкование: «Великою тайной апостол в этих словах называет не союз Христа с Церковью, хотя он и есть по существу своему союз таинственный, а союз супружеский (соединение мужа и жены в плоть едину). При этом апостол разумеет союз именно между мужем и женой – христианами , ибо называет их членами тела Христова (30 ст.) и излагает обязанности христианских супругов (22–25 ст.). Отсюда следует, что, называя брак тайною великою по отношению ко Христу и Церкви, он называет его так в том именно смысле, что в христианстве супружеский союз является отображением союза Христа с Церковью» [13, с. 248]. Таким образом, слова о «тайне великой» являются связующим звеном между образом христианского брака и союзом Господа Иисуса Христа с Церковью, соединяя эти образы воедино. Вполне очевидно, что для соединения этих реалий необходимо определенное освящающее действие Церкви. Об этом мы читаем следующее: «Апостол разъясняет… сущность тайны; так, например, излагая обязанности мужа и жены, он указывает основание этих взаимных обязанностей в сходстве супружеского союза с союзом Христа с Церковью… Такое глубокое значение брака уже предполагает особое священнодействие, через которое он освящается благодатию Христовою… Выражение «только в Господе» , естественно, приводит к мысли, что брак христианский еще при апостолах, в отличие от других брачных союзов, заключался «только в Господе», или во имя Господне, то есть был делом веры и Церкви и, следовательно, освящался и запечатлевался через какое‑либо видимое священнодействие…» [14, с. 338–339]. Эта истина должна всегда оставаться главенствующей в жизни каждой христианской семьи.
Главные аспекты христианского учения о браке, которые разбираются апостолом Павлом в Послании к Ефесянам следующие:
• освященный Богом в Таинстве Брак является «тайной великой» – Еф. 5: 31–32 ;
• христианский брак подобен духовному союзу Господа Иисуса Христа и Церкви – Еф. 5: 23–24 .
В относительно небольшом Послании к Колоссянам апостол Павел также затрагивает тему брачных отношений. Это вообще достаточно отличительная черта трудов святого апостола: всем своим общинам он хоть немного, но говорил о необходимости сохранения чистоты брачных отношений. Есть этому и свое объяснение: во всех этих общинах, которые делали самые первые шаги в своей новозаветной жизни, остро стоял вопрос о браке, о семье и жизни мужа и жены в единении со Христом. Так как апостол Павел, по преимуществу, был апостолом язычников, то, соответственно, большая часть новоначальных христиан в основанных им общинах ранее были язычниками. Во многом, этим людям было еще сложно принять новые нормы духовно‑нравственных отношений в семейной жизни. В связи с этим, в этих общинах время от времени могли возникать проблемы, касающиеся вопросов нравственной чистоты в брачных взаимоотношениях между супругами. Именно поэтому апостол старается каждой своей общине сказать хоть несколько слов по этому вопросу. Так, колоссянам апостол опят же указывает на необходимость соблюдать ту иерархию отношений, которую установил в раю Сам Господь Бог: Жены, повинуйтесь мужьям своим, как прилично в Господе. Мужья, любите своих жен и не будьте к ним суровы (Кол. 3: 18–19). Комментируя содержание 3‑й главы Послания к Колоссянам, о. Аверкий (Таушев) пишет: «С третьей главы начинается нравоучительная часть послания. Здесь св. апостол сначала представляет христианскую жизнь, какою она должна быть сама по себе (3: 1–17), а потом указывает, какою она должна быть в христианах при разных внешних их положениях и состояниях (3: 18–25 с продолжением до 4: 6)» [1, с. 659–660]. Отметим, что к уже привычному для нас повелению, обращенному к мужьям, апостол добавляет новые слова: Не будьте… суровы . К сожалению, именно эта черта мужей часто приводит к охлаждению чувств в семье, к расстройству супружеских отношений, естественно, когда эта суровость необоснованна. Апостол не оставляет без внимания ни одного аспекта супружеских отношений. Это еще раз показывает нам, как серьезно и ответственно Христианская Церковь относится ко всем сферам земного бытия человека.
Интересное замечание апостола Павла мы встречаем в I Послании к Тимофею. Так, во 2‑й главе этого послания апостол, объясняя, почему муж является главой семьи, а жена у него в подчинении, и призывая исполнять этот закон каждой семье, пишет следующее: Ибо прежде создан Адам, а потом Ева; и не Адам прельщен; но жена, прельстившись, впала в преступление … (1 Тим. 2: 13–14). В этих словах апостол Павел снова искусно сочетает богословие и практическую сторону жизни: он объясняет сущность отношений супругов‑христиан исходя из Священной истории и Божиего постановления. Архиепископ Аверкий (Таушев) также дает пояснение этим словам апостола: «То, что женщина должна находиться в подчиненном положении и не претендовать на главенство, св. апостол выводит из истории сотворения первых людей и их грехопадения: сначала был сотворен Адам, а потом Ева, и не Адам первым согрешил, а жена его. Еще в книге Бытия 2: 18, 20, 22 сказано, что жена сотворена как помощница мужу, а помощник, естественно, занимает второстепенное значение после того лица, которому он назначается в помощь. Из того, что жена первой согрешила, апостол делает вывод о большей удобопреклонности жены ко греху, а потому и о неспособности ее главенствовать. Надо, конечно, иметь в виду, что апостол разумеет здесь не отдельных женщин и мужчин… а целый женский и мужской пол» [1, с. 693–694]. Таким образом, та иерархия отношений, которая принята в жизни христианских семей, сложилась из двух обстоятельств: действия Божия и действия человеческого, а это значит, что она является сложившейся и не должна нарушаться по одному человеческому своеволию.
Важное пояснение, повлиявшее на развитие института брака христианских священнослужителей, апостол Павел делает в 3‑й главе I Послания к Тимофею. В частности, он говорит о том, какие качества должны быть у кандидатов в епископы и диаконы, в том числе и в брачной жизни (муж одной жены) , а также призывает соответствовать определенным условиям и самих жен (Равно и жены их должны быть честны) . Здесь мы должны отметить, что в первые века христианства епископы также зачастую были женаты, и лишь с формированием института монашества епископское служение стало соотноситься с безбрачием, как наивысшим состоянием единения во Христе. Поэтому постепенно в Православной Церкви выработалась практика, когда женатыми должны быть представители первых двух ступеней священства – диаконы и пресвитеры (священники), а епископы должны были быть вне брака и принимать монашеский постриг. Однако во времена апостола Павла эта традиция еще не установилась, так как сам институт монашества зародился только в III–IV веках по Рождеству Христову. Поэтому апостол и дает такое повеление относительно епископского служения. Так как епископ был духовным наставником, отцом конкретной христианской общины, то, соответственно с этим, он должен был быть образцом для своих духовных чад во всем, в том числе и в супружеских отношениях. Это же относится и к диаконам, и к пресвитерам. Архиепископ Аверкий (Таушев), комментируя слова апостола Павла, объясняет развитие христианской традиции следующим образом: «В апостольской древности и в первые века христианства безженство не было безусловно обязательным для епископов потому… что в те времена трудно было найти между обращенными иудеями и язычниками людей, проводящих строгую девственную жизнь… Но когда с возрастанием и расширением Церкви Христовой стало умножаться число девственников, отказывавшихся от брака ради Царствия Небесного (согласно Мф. 19: 11–12), тогда епископов стали избирать преимущественно из девственников, что окончательно узаконил VI Вселенский Собор своим 12‑м правилом» [1, с. 695]. Что касается пресвитеров (священников), то по поводу них апостол Павел пишет в послании к Титу. Он перечисляет необходимые требования по браку к кандидату в пресвитера. По словам апостола, пресвитером может быть только тот, кто непорочен, муж одной жены, детей имеет верных, не укоряемых в распутстве или непокорности (Тит. 1: 6). Как видим, требования ко всем степеням священнослужителей абсолютно одинаковы. Еще раз отметим, что в раннехристианский период епископы, как правило, должны были также быть женатыми, в отличие от современной практики. В послании, которое является последним в корпусе Павловых трудов, а именно в Послании к Евреям, апостол еще раз говорит о правилах жизни в браке, причем делает он это вполне категорично. Вот слова апостола: Брак у всех да будет честен, и ложе непорочно; блудников же и прелюбодеев судит Бог (Евр. 13: 4). Эти слова апостола Павла не дают возможности для создания каких‑либо спекуляций на тему христианского брака, которые, к сожалению, все чаще появляются в наши дни, даже в среде номинальных христиан.
В целом, во всех вышеупомянутых посланиях (кроме I Послания к Коринфянам и Послания к Ефесянам, о которых мы сказали отдельно), можно выделить следующие аспекты христианского учения о браке, которые Церковь восприняла в свою практику:
• Таинство Брака освящено Самим Богом и не может быть расторгнуто, за исключением случаев прелюбодеяния (супружеской измены) – Рим. 7: 2 ;
• вопрос о возможном количестве браков и праве вдовы на второй брак – Рим. 7: 1–3; 1 Тим. 5: 14 ;
• брак, как Таинство, является действием честным, святым, безгрешным и спасительным – Евр. 13: 4; 1 Фес. 4: 3–7; 1 Тим. 2: 15 .
На этом можно закончить обзор мыслей апостола Павла по теме христианского брака. Частично тема брачного союза затрагивается и другими апостолами Господа в их посланиях к христианским общинам. Однако, как мы уже говорили ранее, апостол Павел является первенствующим из тех апостолов, кто писал на тему брака. Тем не менее, рассмотрим слова о браке в посланиях еще одного апостола Господа Иисуса Христа – святого Петра.
В I Послании апостола Петра имеются слова, относящиеся к обязанностям мужа и жены. Апостол Петр пишет: Вы, жены, повинуйтесь своим мужьям, чтобы те из них, которые не покоряются слову, житием жен своих без слова приобретаемы были, когда увидят ваше чистое, богобоязненное житие. Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом. Так некогда и святые жены, уповавшие на Бога, украшали себя, повинуясь своим мужьям. Так Сарра повиновалась Аврааму, называя его господином. Вы – дети ее, если делаете добро и не смущаетесь ни от какого страха. Также и вы, мужья, обращайтесь благоразумно с женами, как с немощнейшим сосудом, оказывая им честь, как сонаследницам благодатной жизни, дабы не было вам препятствия в молитвах (1 Пет. 3: 1–7). Как видим, в приведенном отрывке апостол Петр преимущественно обращается к женам‑христианкам, давая им целый ряд назиданий. Апостол говорит не только о духовном призвании супруги, но рассматривает и чисто практические вопросы. Особенно стоит отметить тот момент, в котором апостол говорит о примере благочестия, который жены должны являть своим мужьям. Это важно, так как в раннехристианские времена очень часто складывалась ситуация, когда в семье жена была христианской, а муж – язычником. Именно поэтому апостол говорит о том, как женам надо себя вести, чтобы их мужья возрастали духовно (если они христиане), либо вообще пришли ко Христу (если язычники). При этом апостол Петр приводит в пример ветхозаветные образы (брак Авраама и Сарры) для подтверждения своих мыслей. По этому поводу о. Аверкий пишет: «…Св. апостол дает нравственные наставления женам, мужьям… Женам апостол заповедует, чтобы они повиновались своим мужьям. Здесь имеются в виду особенно жены‑христианки, бывшие замужем за мужьями‑иудеями или язычниками, не принявшими Христовой веры. Положение таких жен было, конечно, весьма тяжелым» [1, с. 527]. После этих слов апостол Петр дает наставление и мужьям, в котором призывает их оберегать и любить своих жен, указывая на то, что жены также причастны благодатной жизни, являясь второй половиной в браке. О. Аверкий добавляет: «Тягостное положение женщины, как в древнеязыческом мире, так и у евреев, побуждает апостола дать наставления и мужу относительно жены, дабы наставление о повиновении жены не подало мужу повода злоупотреблять этим повиновением. Муж должен обращаться с женой бережно, как с «немощнейшим сосудом» (ст. 5–7)» [1, с. 527–528]. Как и апостол Павел, святой Петр также обращает внимание на права и обязанности обоих сторон в браке, так как счастье семьи зависит от усердия каждого из супругов.

* * *

За апостольским периодом в жизни Церкви наступает период мужей апостольских, то есть тех, кто был ближайшим учеником апостолов. После периода мужей апостольских Церковь вступает в новые стадии своего земного бытия, однако принципы ее существования уже более‑менее сформировались. В дальнейшем они лишь закреплялись, а если было необходимо, то и защищались. Нам важно здесь отметить, что те основы учения о браке, которые были изложены в Священном Писании и которые перешли в учение христианской Церкви, стали той опорой, на которой в дальнейшем и сформировалось Таинство Брака.
Чтобы понять, как формировалось Таинство Брака в период после апостолов, скажем об этом несколько слов.
Сначала скажем о развитии чина обручения . Как отмечает протоиерей Геннадий Нефедов: «Церковное обручение возникло из естественной потребности вступающих в гражданский брак утвердить свой союз церковным благословением и молитвами» [15, с. 159]. В первые века христианства, вплоть до IV века, в Церкви еще не существовало строгой определенности в чинопоследовании обручения. Непосредственно форма чина обручения зависела, как правило, от решения епископа или священника, который совершал этот чин.
Далее, в период с V–VI веков до VII века, чинопоследование обручения также не имело строгой структуры. В основном этот чин состоял из краткой молитвы (точно не определенной), благословения колец и формулы обручения, возможно, похожей на ныне существующую.
Также стоит отметить, что вплоть до X–XI веков чин обручения во многом был в воле самих новобрачных. Обручение могло совершаться в доме, куда приглашался священник, а не в храме. Как поясняет протоиерей Геннадий Нефедов: «Император Лев Философ (IX в.) начал, а Алексий Комнин (XI в.) окончил реформу гражданских законов о браке, постановив для всех обязательным не только венчание в Церкви, но и церковное обручение. Вступление в брак с этого времени было связано, согласно закону, с совершением церковного обручения вступающих в брак» [15, с. 160]. Таким образом, официально только примерно с X века чин обручения входит в практику Церкви как неотъемлемая часть Таинства Брака. Именно в этот период вошло в практику и еще одно новшество – чин обручения стал совершаться одновременно с венчанием. Об этом нам свидетельствует святитель Симеон Солунский.
Стоит отметить, что к X–XI векам в состав различных чинов обручения входили примерно одинаковые части службы: молитвенное благословение священника, обмен кольцами, соединение рук жениха и невесты. Интересно, что в этот период обручальные кольца изготавливались из различных материалов: для жениха – обычно из золота, а вот для невесты – из железа или меди. Это был символ подчиненности жены мужу. С XI века начинает распространяться практика, когда невеста обручается серебряным кольцом.
Что касается богослужебной практики Русской Православной Церкви, то до XVIII века чин обручения молодых и чин венчания были разведены во времени, причем этот разрыв мог достигать немалых сроков. В 1702 году царь Петр I постановил определить необходимый промежуток между обручением и венчанием в шесть недель (но не меньше), для того чтобы жених и невеста имели возможность подумать. По этому закону молодые имели возможность расторгнуть церковное обручение, так как это еще не связывало их в полноценном Таинстве Брака. Через некоторое время, а именно в 1775 году, Святейший Синод постановил совершать чин обручения вместе с чином венчания, собственно эта практика сохраняется в Русской Православной Церкви и поныне.

* * *

Теперь кратко скажем о развитии чина венчания . Как пишет протоиерей Геннадий Нефедов по поводу этого чина: «Чин венчания тоже не был в древности тем устойчивым, неподвижным в своем составе последованием, каким является в настоящее время. Его обрядовая сторона слагалась постепенно, принимая в зависимости от обстоятельств различные формы» [15, с. 160].
Как и ряд других Таинств (например, Таинство Крещения), в древней Церкви Таинство Брака (собственно, чин венчания) совершалось совместно с литургией. Однако впоследствии произошло разделение, и венчание обособилось в отдельный чин. В связи с этим, мы можем выделить два основных этапа формирования чина венчания.

Первый этап

Этот этап включает в себя период с первых веков вплоть до IX–X столетий. На этом отрезке чин венчания развился в своей начальной части – вплоть до чтения Апостола и Евангелия. Также сюда можно включить чтение ектении «Рцем вси». Вторая же часть чина венчания была сформирована еще не так четко. В упоминаемый период она включала в себя преподание общей чаши (по окончании литургии) и особую молитву, которую предварял целый ряд литургических молитв. Собственно, это все, что касается первого этапа развития чина венчания.

Второй этап

Этот период охватывает время с X по XV века и характеризуется отделением чина венчания от литургии и формированием второй части службы от ектении «Рцем вси » и до троекратного обведения венчающихся вокруг аналоя с пением тропарей.
В X–XI веках в состав первой части чинопоследования венчания добавляется практика вручения жениху и невесте свечей. Возложение брачных венцов сопровождается славословием: «Христос венчает» , а также чтением молитвы: «Боже, славою и честию венчавший святых Твоих…» Также при соединении рук молодых добавляется фраза: «Христос присутствует» .
В XIII веке в чинопоследование включается тайносовершительная формула, которая сохраняется и поныне: «Венчается раб Божий… », а при соединении рук – фраза, которая обращена к жениху: «Возьми ее (жену) из храма Господня» . Также добавляется троекратное знаменование жениха и невесты со словами: «Отец благословляет, Сын венчает, Дух Святый освящает» .
Вторая часть чина венчания развивалась в связи с наличием традиции причащения новобрачных. К чину венчания помимо причащения добавились ектении «Заступи, спаси» , возглас «Сподоби нас, Владыко », а также молитва «Отче наш ». В XIII веке в чин венчания вносится обращение к жениху и невесте после принятия ими общей чаши: «Будьте живы, новобрачные, Святая Троица да сохранит вас в единении» .
Однако, наверное, одним из самых важных добавлений ко второй части чина венчания является троекратное обведение жениха и невесты вокруг аналоя с пением тропарей: «Исаие, ликуй», «Святии мученицы » и «Слава Тебе, Христе Боже» . О введении этой традиции, ссылаясь на святого Симеона Солунского, протоиерей Геннадий Нефедов пишет следующее: «У святого Симеона Солунского находим указание: тотчас после приветствия «Братие, всегда радуйтесь о Господе» священник, взяв новобрачных за руки, ведет их и, делая круг в веселии о Христе, поет с певчими песнь: «Святии мученицы» и др. Зерном, из которого развился этот обряд, можно считать обращенное к брачующимся приветствие при наполнении общей чаши: «Радуйтесь о Господе». Для наглядного выражения этой радости впоследствии был присоединен круг – символ веселия. Приветствие и круговое движение имеют общее содержание, и потому они находятся вместе: за первым следует второе» [15, с. 161]. Также имеет свой смысл и добавление в чин венчания тропарей, которые поются при обхождении священника и брачующихся вокруг аналоя. По святому Симеону Солунскому, эти тропари по своему внутреннему содержанию соответствуют моменту радости чина венчания.
Еще один характерный пример, показывающий историю формирования современного чина венчания, касается обряда снятия венцов. Так, по раннехристианской традиции, вплоть до X века снятие венцов и чтение молитвы «Боже, Боже наш, пришедший в Кану Галилейскую» совершались не в храме, а дома у новобрачных. Однако, так как священнослужитель не всегда мог присутствовать на этом действе в доме, то и была применена практика снимать венцы в храме. Поэтому в XV–XVI снятие венцов начинает практиковаться в храмах, там же читалась и соответствующая этому обряду молитва. В этот же период в чин венчания включаются молитва главопреклонения «Отец, Сын и Божественный Дух» , слова священника при снятии венцов «Возвеличишеся, женише» и «И ты, невесто» 
Стоит отметить, что при завершении формирования чина венчания часть прежних действий и текстов из него были исключены. Так, например, из чина венчания исчезли приветствия: «Радуйтесь о Господе», «Будьте живы, новобрачные» , а также приобщение новобрачных Святыми Христовыми Таинами с соответствующими возгласами. Однако, как отмечает протоиерей Геннадий Нефедов, причащение новобрачных все же оставалось еще возможным: «Памятники XV века говорят о сохранившейся практике причащения новобрачных, но с оговорками: «Если они постились», «если достойны», даже «если желают» [15, с. 162]. Окончательно же чин венчания получил свой современный вид в XVI веке.

* * *

Когда мы начинаем говорить о христианском браке, мы должны также сказать и о втором возможном пути в жизни человека, а именно о девстве. Дело в том, что, начиная еще с ветхозаветного периода, в среде избранного народа стали появляться люди, которые предпочитали жить вне брака. Этот путь они выбирали вполне осознано, это было их внутреннее личное решение. При этом нельзя сказать, что Священное Писание или Священное Предание отрицают или запрещают такой путь. Наоборот, если разобрать священные тексты, то мы можем заметить, что путь девства является не менее достойным, чем путь семейной жизни. На это есть свои основания. Однако, прежде чем рассмотреть учение Священного Писания о девстве, а также привести конкретные места из Библии, посмотрим, кто же выбирал для себя путь безбрачия. К выбравшим путь девства в Ветхом Завете мы можем отнести тех людей, которые решили посвятить себя Богу. Во‑первых, к таким людям мы можем отнести назореев . Назореями (с иврита – посвященный Богу ) в ветхозаветный период назывались люди, которые принимали на себя определенные обеты и посвящали себя служению Богу. Такой обет назорей мог принять как на определенное время, так и на всю жизнь. Как правило, наиболее серьезные представители этого течения держали пожизненный обет. Принявший обет должен был соблюдать определенные правила поведения: не пить виноградного вина (и вообще не употреблять винограда), не стричь волос, не прикасаться к умершим и, в том числе, не вступать в брак. Если же назорей не сдерживал своего обета, то тогда он должен был остричь свою голову, принести жертву в Иерусалимском храме и начать свой обет сначала. По сути, эта группа людей включала в себя тех, кто выбрал второй путь жизни в мире – путь девства, так как для них это было главной возможностью приблизиться к состоянию святости, вступить в общение с Богом. В одной из работ дается следующее описание назореев: «Иудей, давший обет не есть винограда, не пить вина, не стричься и не подходить к мертвому телу (см. Чис. 6: 1–12). Назорейский обет известен в иудаизме с древнейших времен… Многие назореи проповедовали и пророчествовали. Незадолго до начала новой эры в Палестине существовали влиятельные общины отшельников‑назореев…» [8, с. 345]. О назореях мы узнаем из целого ряда ветхозаветных книг; есть о них упоминания и в Новом Завете. В ветхозаветных текстах мы встречаем следующие указания о назореях. Так, в 6‑й главе книги Чисел Господь Бог дает подробные повеления для тех людей, кто решил принять обет назорейства. Давая Свои повеления, Господь Бог предупреждает, что человек, давший этот обет, должен быть предельно внимательным к самому себе, так как во все дни назорейства своего свят он Господу (Чис. 6: 8). В книге Судей мы имеем указания на то, что известный судия Сампсон был назореем. О назорействе Сампсона мы читаем следующее – это слова Бога матери Сампсона: Ты зачнешь и родишь сына, и бритва не коснется головы его, потому что от самого чрева младенец сей будет назорей Божий (Суд. 13: 5). Также есть версия, что ветхозаветный пророк Самуил был назореем. Об этом нам говорит I книга Царств. На эту мысль нас наводят слова матери Самуила, Анны, которая дала следующий обет Богу: Господи Саваоф! если Ты призришь на скорбь рабы Твоей и вспомнишь обо мне, и не забудешь рабы Твоей и дашь рабе Твоей дитя мужеского пола, то я отдам его Господу на все дни жизни его, и бритва не коснется головы его (1 Цар. 1: 11). Как видим, здесь есть указание и на посвящение ребенка Богу (на все дни жизни его) , и на то, что он не будет обрит. Есть еще одно важное указание. Это слова Самого Бога, которые Он говорит через Своего пророка Амоса. В этих словах Господь Бог обращается к народу Израиля, говоря следующее: Из сыновей ваших Я избирал в пророки и из юношей ваших – в назореи; не так ли это, сыны Израиля? (Ам. 2: 11).
Что касается новозаветного периода, то в нем мы тоже встречаем указание на существование этой группы людей. Так, например, по Преданию Христианской Церкви, святой пророк Иоанн Креститель был назореем. В обетовании о рождении святого пророка Ангел Божий говорит его отцу следующее: он будет велик пред Господом; не будет пить вина и сикера, и Духа Святого исполнится еще от чрева матери своей (Лк. 1: 15). Объясняя обетование, данное отцу Иоанна Крестителя, Захарии, архиепископ Аверкий (Таушев) пишет: «Ангел успокоил его [Захарию – С. М.], сказав, что… сын его всех превзойдет своим необыкновенным строгим воздержанием и будет от рождения исполнен особых благодатных даров Св. Духа» [1, с. 53]. Именно такими чертами и отличались назореи: строгое воздержание с целью достичь особых благодатных даров от Бога. В каком‑то смысле, в этом видны некоторые черты, которые будут характерны и для христианского монашества – отречение от мира ради стяжания особой благодати Божией. Из более поздних источников о назореях упоминают иудейского историка Иосифа Флавия, а также еврейский Талмуд. Правда, стоит отметить, что в Талмуде к назореям несколько негативное отношение из‑за их слишком строгого образа жизни. Еще раз скажем о том, что назореи избирали девственный образ жизни с целью собственного духовного и телесного очищения и приближения к Богу. В Евангелии мы встречаем эпизод, когда Самого Господа Иисуса Христа сравнивают с назореем. Правда это может быть связано и с местом Его земного рождения: Пилат же написал и надпись, и поставил на кресте. Написано было: Иисус Назорей, Царь Иудейский (Ин. 19: 19).
Еще одной группой людей ветхозаветного периода, которые выбирали путь девства, были ессеи . Ессеи были более замкнутой религиозной группой в среде народа Израиля, в отличие от назореев, но их образ жизни был также ориентирован на сохранение девства. Время появления ессеев обычно относят примерно ко II веку до Рождества Христова, а время их исчезновения – к первым векам по Рождеству, когда их уничтожили римские войска. В отличие от назореев ессеи вели даже более строгий образ жизни; причем это касалось всех сфер их существования. Одной из первых заповедей их устава была заповедь о почитании Бога. Несомненно, что и остальные заповеди их общины были направлены на сохранение в себе духовной и телесной чистоты, на очищение себя от грехов и страстей, а также на приближение себя к Господу Богу. Свою численность ессеи пополняли за счет того, что брали к себе в общину чужих детей и воспитывали их в своих традициях. Что касается учения о браке, то считается, что ессеи (как мы уже говорили) жили безбрачно, причем это было связано с тем, что безбрачие они считали выше брака, но сам брак при этом не отрицали. Эта часть их учения очень близка учению Христианской Церкви о девстве, когда сам брак не отрицается, но при этом безбрачие считается лучше. Однако есть сведения, что ессеи все же могли вступать в брак, но как только жена беременела, муж покидал ее. Объяснялось это тем, что жизнь в браке была необходима для воспроизведения потомства, а не ради удовольствия. Частично это также нашло свое отражение в учении о браке Христианской Церкви. Среди исследователей есть мнение, что многие из ессеев активно принимали христианство, в том числе и из‑за его учения о браке и девстве. Об общине ессеев в свое время писали такие древние авторы, как Филон Иудейский, Иосиф Флавий, Плиний Старший. В уже упоминавшейся работе о ессеях читаем следующее: «Ессеи жили монашескими общинами, в которые, как правило, не допускались женщины. Вся собственность была общей; жизнью общины управлял глава…» [8, с. 200]. Как видим, некоторые черты внутренней жизни ессеев очень схожи с христианским пониманием аскетизма. Это связано с тем, что в основе истинного желания отречься от мира ради достижения духовного единения с Богом, ради стяжания иного состояния духа лежат одни и те же принципы. О частных моментах вероучения и жизни ессейских общин читаем далее: «…Ессеи строго соблюдали Закон Моисея, чтили субботу и выполняли ритуалы очищения . Они также исповедовали веру в бессмертие и божественное воздаяние за грехи… Новоиспеченные члены… клялись чтить Бога, быть справедливыми к людям, ненавидеть ложь, любить истину и строго соблюдать все догматы ессеев» [8, с. 200]. Мы можем отметить целый ряд черт в жизни ессеев, которые, пусть и в несовершенном еще виде, но присутствовали, а в дальнейшем пришли и в жизнь христианского монашества. Это, например, совершение молитвенного правила или обетов при вступлении в общину. В христианском монашестве эти действия приобрели новый, более глубокий смысл и стали органичной частью всей аскетической практики в целом.
Помимо назореев и ессеев существовала еще одна группа людей, которые полностью воплотили в себе идеал жизни вне брака. Эти люди – ветхозаветные пророки. Пророки – это особые люди ветхозаветной истории, которые, конечно же, отличались от обычного человека. Отличие это, как правило, выражалось в двух аспектах. Во‑первых, сам пророк – своей жизнью, молитвой, духовным подвигом, – достигал особого состояния духовной близости к Богу, состояния святости. Во‑вторых, Господь Бог особенно благоволил Своим пророкам и открывал им Свои повеления, законы и истины. Также Он наделял их и особым родом духовного служения, когда пророки исполняли роль провозвестников Божиих повелений в среде народа избранного. Пророки могли обличать, предостерегать, благословлять народ Израиля от имени Самого Бога. В такой ситуации слова пророка считались словами Самого Бога. Однако проповедовать пророки могли не только среди евреев; известны случаи, когда они обращались к ассирийцам и вавилонянам. Особая важность пророческого служения в среде народа Израиля выражалась еще и в тех названиях, которые им давались. Так, в Ветхом Завете пророков, в частности, называли прозорливцами (1 Цар. 9: 9), за их предвидение будущего, которое даровал им Господь Бог; стражами (Иер. 6: 17; Ис. 56: 10; Иез. 33: 197) – за то, что они следили за духовно‑нравственным состоянием народа Божия, а также предупреждали его о грядущих опасностях; пастырями (Зах. 10: 2) – за обязанность духовного руководства над народом Израиля; мужами Божиими (3 Цар. 17: 24) – за то, что они говорили от имени Бога, и их слова были словами Самого Бога. Таким образом, мы видим, что пророческое служение – это достаточно серьезная ответственность и даже дар от Бога, но сподобиться его мог только тот человек, который в своей жизни был максимально приближен к Богу – исполнял Его заповеди, жил, в первую очередь, духовной, а не плотской жизнью, оставлял ради служения Господу весь внешний мир. Причем эта приближенность должна была быть несколько иной, чем просто богослужебной, ведь в Ветхом Завете были и священники, и первосвященник, но не все из них могли стать пророками. Соответственно, не сам факт священного сана мог сделать человека пророком Божиим, а его личная духовная жизнь, его духовно‑нравственная и телесная чистота и святость. Это напрямую связано и с вопросом о браке. Дело в том, что ветхозаветные пророки в своей личной жизни, как правило, хранили девство и выбирали путь безбрачия. Это не означает, что они не признавали законным брак; просто внутренне они понимали, что путь отшельничества, уединенной молитвы, строгого поста будет более правильным для их жизни и служения. В то же время пророки защищали освященный Богом брачный союз, что, например, мы можем увидеть из истории грехопадения царя Давида и обличения его пророком Нафаном. В этой истории пророк Нафан как раз и обличает царя Давида за то, что тот нарушает освященный Богом брачный союз своего военачальника и своим поступком серьезно грешит перед Господом. Своим обличением пророк Нафан заступается за чистоту семейных отношений, предостерегая, что за ее нарушение (особенно насильственное) Господь Бог может серьезно покарать человека (см. 2 Цар. 12). Похожий случай происходит и с царем Ахавом, к которому для вразумления был послан Богом пророк Илия Фесвитянин (см. 3 Цар. 21). Мы можем сказать, что, не отрицая брака как такового и даже охраняя его святость, тем не менее, для себя пророки Божии выбирали путь девства. Этот путь является обратной стороной жизни в браке и также ведет человека к Господу Богу. Заканчивая разговор о пути безбрачия, еще раз отметим, что во многом путь отшельничества, который практиковали ветхозаветные пророки, оказал влияние на формирование института монашества Христианской Церкви, который зародился примерно в III веке по Рождеству Христову. Правда, на появление монашества непосредственно повлияло и учение Господа Иисуса Христа, и об этом мы также скажем несколько слов.
Для того чтобы лучше понять традицию христианского монашества и связанного с этим пути девства, нам необходимо затронуть новозаветное учение Господа Иисуса Христа. Ведь именно учение Господа стало тем связующим звеном, которое гармонично соединило ветхозаветное учение о безбрачии с традицией христианского монашества. Как мы отмечали выше, очень многие черты этой традиции перешли из Ветхого Завета в Новый.
Как сказал народу Израиля Сам Господь Иисус Христос, Он пришел… не нарушить Закон, но исполнить (Мф. 5: 17). Это означает, что Господь не нарушает и ветхозаветного отношения к браку и безбрачию. Наоборот, Он раскрывает его и дополняет в соответствии со Своим учением. Господь Иисус Христос, как Второе Лицо Пресвятой Троицы, как Богочеловек, не мог противоречить собственному учению. Поэтому Он говорит нам и о браке, и о девстве, как двух равных путях к Богу. Особенно отчетливо это отношение просматривается на примере пророков Божиих; ведь, как известно, Предтеча Господа, Иоанн Креститель был также и одним из величайших ветхозаветных пророков. Господь, освятив брачный союз Своим присутствием на браке в Кане Галилейской, в то же время не укоряет Иоанна Крестителя за его аскетизм и девство. Более того, Он считает Иоанна Крестителя одним из великих угодников Божиих. Это лишь один из примеров. Что же говорит нам о девстве Господь? Как это повлияло на развитие института монашества в традиции Христианской Церкви?
Итак, не отрицая законности брака между мужчиной и женщиной, Господь Иисус Христос, тем не менее, говорил о девстве следующее. Так, в Евангелии от Матфея мы встречаем следующий эпизод: Говорят Ему ученики Его: лучше не жениться. Он же сказал им: не все вмещают слово сие, но кому дано, ибо есть скопцы, которые из чрева матернего родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит (Мф. 19: 10–12). В этих словах, отвечая на вопрос учеников о девстве, Господь Иисус Христос отмечает, что есть разные виды девства: первые два – это вынужденное девство человека, которое связано с определенными жизненными ситуациями. Вполне возможно, что сам человек не желал быть безбрачным в данных обстоятельствах. Совершенно иное – это третья причина: девство ради Царства Небесного . Очевидно, что этот третий вид девства Господь противопоставляет первым двум. В первых двух примерах Он говорит о физическом оскоплении, а в третьем – о духовном. Это означает, что человек, который жаждет Царства Небесного и жертвует ради этого всеми земными благами, становится, в своем роде, духовным скопцом, то есть отсекающим от себя мир, хранящим девство. Подтверждая образное сравнение хранения девства ради достижения Царства Божия с добровольным оскоплением, Господь добавляет: Кто может вместить, да вместит (Мф. 19: 12). Блаженный Феофилакт Болгарский толкует слова Господа похожим образом: «Подвиг девства, говорит, есть жребий не многих. Есть скопцы от утробы матерней, то есть люди, которые, по природному сложению, не имеют влечения к совокуплению с женами, но их целомудрие не приносит им пользы. Есть и такие, которые оскопляются людьми. Оскопляющие же сами себя ради Царствия Божия суть не те, которые отрезают у себя члены, ибо это преступно, но те, которые воздерживаются… Таковой очень хорош, потому что он независимо от других, сам, произвольно вступает на путь к Царствию Небесному. Желая же, чтобы мы добровольно подвизались в добродетели девства, Господь говорит: «Кто может вместить, да вместит». Таким образом, Он не принуждает к девству, не возбраняет и брака…» [7, с. 257]. В словах блаженного Феофилакта мы видим особое указание на то, что физическое оскопление человеком самого себя является преступлением Закона Божия, ибо Господь дал нам тело во всей его необходимой полноте. К сожалению, неправильное понимание вопроса об отшельничестве и безбрачии часто приводило к тому, что некоторые люди совершали над собой именно физическое оскопление; существовали даже целые религиозные секты, имевшие подобную практику в своем вероучении. Именно поэтому отцы Церкви часто обращали внимание на этот пример неправильного, искаженного понимания вопроса о девстве.
Еще одним примером, когда Господь говорит о девстве, может служить следующий эпизод. Однажды к Господу обратился один из Его учеников с просьбой дать ему время похоронить своего отца, прежде чем идти за Ним. На эту просьбу Господь ответил следующее: иди за Мною, и предоставь мертвым погребать своих мертвецов (Мф. 8: 22). Эти слова можно толковать по‑разному, но очевидно, что в них есть и косвенное указание на некий определенный способ жизни. Как считает ряд толкователей, в этих словах Господь Иисус Христос призывает каждого, кому это под силу, следовать Его примеру, то есть хранить девство ради максимального приближения к Царству Небесному. Комментируя этот евангельский отрывок, блаженный Феофилакт достаточно ясно показывает, что слова Господа касаются именно темы отрешения от мира, то есть монашества, также он уберегает нас от неправильного понимания данного отрывка. Блаженный Феофилакт пишет: «Кто предает себя Богу, тот не должен обращаться опять к житейскому. Конечно, должно почитать и родителей, но Бога надлежит предпочитать им… Если же сему [ученику – С. М.] не позволено было похоронить и отца, то горе тем, которые, поступив в монашество, возвращаются к мирским делам» [7, с. 116–117]. Есть в Новом Завете и еще один похожий пример. Как‑то к Господу подошел один юноша, который вел праведный образ жизни, но, видимо, не до конца был удовлетворен своим внутренним состоянием. Он перечислил все те добродетели, которые совершил, а после этого спросил Господа о том, что еще он должен сделать для стяжания Царства Божия. Господь на это ответил следующее: Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною (Мф. 19: 21). К сожалению, юноша отошел от Господа печальным, так как не мог отказаться от своего богатого имения; однако сами слова Христа стали важными для каждого из Его последователей. Как учит христианская Церковь, именно эти слова Господа, обращенные к юноше, стали одним из основных обоснований появления монашества как такового. Господь призывает каждого, кто желает достичь наивысшего духовного совершенства, оставить все мирское ради следования за Ним. Очевидно, что призыв к следованию не означает, что семейный человек должен бросать свою семью на произвол, наоборот, он должен заботиться о ней в соответствии с заповедями Божиими. Сие же обращение Христа относится, в первую очередь, к тем, кто еще сохраняет девство или уже одинок и желает посвятить себя полностью служению Христу. Вот именно в этом случае Господь призывает человека оставить все ради Бога. По толкованию блаженного Феофилакта, Господь выражает в словах к юноше следующую мысль: «Если хочешь быть совершенным, то есть Моим учеником и христианином, то поди продай имение свое и тотчас раздай все вокруг, не удерживая у себя ничего, даже и под тем предлогом, чтобы подавать постоянную милостыню. Не сказал – давай бедным (то есть понемногу), но – отдай вдруг и останься без всего. Затем, поскольку иные, подавая милостыню, ведут жизнь, исполненную всякой нечистоты, говорит: «И следуй за Мною», то есть приобретай и всякую другую добродетель» [7, с. 260]. Что касается вопроса об оставлении уже существующей семьи ради монашества, то еще в ранние времена Церковь осудила такое понимание слов Господа, ибо брак так же честен пред Лицом Бога, как и монашество. Таким образом, мы видим, что Евангелие неоднократно приводит нам примеры, указывающие на то, что Господь Иисус Христос не осуждал безбрачия и девства, но также Он не осуждал и брака. Оба этих пути Господь утверждает и благословляет: кто из людей на какой способен, тот тем и идет к Богу. Единственное, что требует от нас Господь, так это то, что если мы выбрали какой‑либо из этих путей, то должны следовать им, никуда не сворачивая и не искажая, не извращая его истинного смысла и назначения.
В последующих книгах Нового Завета мы также встречаем несколько указаний на то, что девство является не менее достойным образом жизни, чем брак. В частности, об этом немало писал святой апостол Павел, когда объяснял членам общин правила христианской жизни. Так, в I Послании к Коринфянам апостол Павел подробно объясняет правила жизни христиан, находящихся в браке. Однако, при этом, он говорит и о втором пути для христианина – о пути безбрачия. После своих рекомендаций для супругов‑христиан, он добавляет следующее: Желаю, чтобы все люди были, как и я; но каждый имеет свое дарование от Бога, один так, другой иначе. Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться, как я. Но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак; ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться (1 Кор. 7: 7–9). В этих словах апостола мы видим новое осмысление Таинства Брака и противоположного ему девства. Апостол Павел говорит христианам о том, что девство, для достижения состояния духовной чистоты и святости, является предпочтительнее, чем брак. Однако при этом, апостол Павел не отрицает брака как такового, наоборот, он говорит о том, что и законный брак также является для человека средством спасения своей души для Царства Небесного. Святитель Феофан Затворник видит в этих словах следующий смысл: «Цель речи апостола – сказать наставление тем, кои вне супружеского союза состоят, после того как сказал состоящим в нем; а таких два класса: одни совсем не брачились, а другие овдовели после брака. Что же он говорит им? Хорошо пребыть им, как я – то есть одним совсем не брачиться, а другим не вступать в брак после вдовства» [31, с. 325]. Однако блаженный Феодорит Кирский к этому прибавляет: «Но если не можете сносить приражений похоти, и душа наша немощна для сего подвига, потому что нет в ней пламенного усердия к доброму, то никакой закон не возбраняет вам вступать в брак» [31, с. 326]. Отсюда видим, что апостол Павел разумно обращается и к хранящим девство, и к семейным христианам, давая каждой стороне необходимые для их жизни наставления.
Кратко скажем об институте христианского монашества. С момента своего зарождения, примерно в III веке по Рождеству Христову, монашество стало постепенно проявлять в своей сущности те идеалы девства, о которых говорит нам Священное Писание. Основываясь на свидетельстве Евангелия, христианское монашество с самых первых веков своего существования, предъявляло к себе сами строгие требования в вопросах аскезы, поста, духовной и телесной чистоты. Оно, в принципе, и реализовало в себе то учение о девстве, как втором пути человека к Богу, о котором мы говорили выше. Таким образом, можно сказать, что именно в христианстве и брак, и девство получили свою наивысшую форму реализации. Брачный союз достиг своей наивысшей формы в Таинстве Брака, а девство – в институте монашества. Таким образом, завершая рассказ о двух путях христианского бытия, мы можем еще раз повторить, что они оба являются равноценными. Цель существования этих двух путей одинакова – привести как можно большее число людей к Богу, к истинной вере и спасению своей души в лоне Церкви. Об одном из этих двух путей мы и говорим подробно в данной работе.

Таинство брака

Теперь мы переходим к центральной части нашей работы, касающейся темы Таинства Брака и практики совершения его в лоне Православной Церкви. Данная часть работы является наиболее приближенной к практике Церкви, так как посвящена порядку совершения всех частей данного Таинства, а также рассмотрению духовного смысла всех совершаемых действий. Именно поэтому людям, готовящимся вступить в брачные отношения, стоит внимательнее отнестись к каждому описываемому ниже действию, так как в отличие от исторической части здесь они будут уже непосредственными участниками.

Подготовка к таинству брака

Перед непосредственным соединением и освящением союза мужчины и женщины в Таинстве Брака, как правило, им необходимо подготовиться к этому важнейшему событию в их жизни. От внимательной подготовки к Таинству Брака во многом будет зависеть и последующая семейная жизнь супругов, а недобросовестное отношение вступающих в брак к Таинству отрицательно скажется на их дальнейшей совместной жизни. Святитель Феофан Затворник напутствовал тех, кто готовился вступить в брак, следующими словами: «От супружества – счастие временное и даже спасение вечное. Потому к нему приступать должно не с легкомыслием, но со страхом и осторожностью. Добрым супружеством благословляет Бог» [28, с. 648].
Очень большое внимание Церковь советует уделить жениху и невесте при выборе своего потенциального спутника жизни. Именно поспешность в выборе своей второй половины Церковь относит к одной из причин частых разрушений браков, а также к несчастливой жизни в самом браке. Неправильный выбор лица при вступлении в брак часто становится корнем всех последующих неурядиц в семейной жизни. Намереваясь вступить в брак, человек, по совету Церкви, должен, в первую очередь усердно молиться Богу о том, чтобы Он Сам, по Своей воле, дал ему его вторую половину и устроил супружество. Будущие супруги должны осознать, что без помощи Божией им будет очень сложно устроить свою семейную жизнь в гармонии и порядке. Таким образом, в первую очередь, жених и невеста испрашивают благословения у Самого Господа Бога. Напоминая о важности такого благословения, св. Иоанн Златоуст говорит: «Так и ты, когда намереваешься взять жену, не прибегай к людям… Но прибегай к Богу. Он не постыдится быть устроителем твоего брака. Он Сам дал такое обещание: Ищите Царствия Небесного, и сия вся приложатся вам » (Мф. 6: 33) [19, с. 1116]. Об этом же святитель Феофан Затворник пишет: «Жениться захотелось? Но и это лучше отдать в руки Божии. Мечтания об этом разжигать могут и чувства, и намерения – излишние пока… Молитесь так: «Имиже веси судьбами, Господи, так благоустрой жизнь мою, чтобы мне спастись» [29, с. 8]. Каковы же причины того, что, казалось бы, любящие друг друга люди, вступая в брак, очень скоро разочаровываются и в своей второй половине, и в самом Таинстве Церкви?
Во‑первых, как мы уже сказали выше, одна из основных причин – это поспешность в выборе своей второй половины, своего будущего спутника жизни. Человек, намеревающийся вступить в брак и освятить свой союз в Таинстве Церкви, должен со всей ясностью понимать, что он идет к алтарю с тем человеком, который будет с ним до конца их земной жизни. Более того, если мы говорим о Таинстве Брака то в этом случае это единение не будет разрушено и в жизни вечной. Этот союз освящает Сам Бог, а потому и отношение к нему должно быть соответствующее. В связи с этим, прежде чем принять решение о соединении себя с другим человеком, каждый христианин (христианка) должен основательно обдумать предпринимаемый шаг, должен постоянно молиться и просить правильной мысли у Господа Бога. Также человек должен посмотреть внимательно не только на внешние черты своего будущей второй половины, но, самое главное – на внутренний мир, характер, личные особенности своего будущего спутника жизни. Вполне очевидно, что каждый из нас обладает своими индивидуальными личными качествами, своим типом характера, привычками и т. п. В период, когда люди только готовятся скрепить свои отношения и законом, и Таинством Церкви, они должны максимально полно обратить свое внимание именно на эти моменты. Можно сразу (пускай даже приблизительно) определить те черты в своем (‑ей) будущем супруге, которые самому человеку симпатичны, а какие вызывают негативные эмоции. Выделив в своей второй половине данные группы черт, человеку необходимо заглянуть и внутрь самого себя. Кому, как ни нам самим и Господу Богу, лучше всего знать наш собственный внутренний мир, со всеми его плюсами, радостями, интересами, но и страстями, духовными нестроениями и болезнями. Поэтому человеку, готовящемуся стать единым телом с другим человеком в Таинстве Брака, и необходимо разобраться в собственных чувствах. Ведь само по себе чувство не является чем‑то отрицательным или греховным, наоборот, по учению Церкви – это одно из тех качеств, наличие которого (наряду со свободной волей, разумом и бессмертной душой) делает каждого из нас именно личностью. Наивысшим чувством в нас является чувство любви. В этом, собственно, и заключается тот образ, по которому мы подобны Богу. Протопресвитер Михаил Помазанский подробно пишет об этом следующее: «Человек носит образ Божий в высших свойствах души, особенно в ее бессмертии, в свободной воле, в разуме, в способности к чистой, бескорыстной любви: а) вечный Бог наделил человека бессмертием его души, хотя душа бессмертна не по самой своей природе, а по благости Божией; б) Бог совершенно свободен в Своих действиях. И человеку Он дал свободную волю… в) Бог премудр. И человек наделен разумом… г) Бог создал человека по Своей благости, и никогда не оставлял, и не оставляет его Своей любовью… Стремление и любовь к Богу выражают образ Божий в человеке» [20, с. 146–147]. Именно поэтому человек, прежде чем принять решение вступить в брак, и должен посмотреть на свои чувства, мысли, желание воли, а также на движение души. В результате, увидев и осознав для самого себя все то, что радует и тревожит человека в его потенциальном спутнике жизни, а также, поняв собственное духовно‑нравственное состояние, человеку станет намного легче принять решение о том готов он или не готов стать причастным «тайне великой». И вот здесь человеку необходимо принять для себя еще две истины, касающихся Таинства Брака.
Во‑первых, необходимо отчетливо понимать сущность и результат человеческого грехопадения в раю. Это позволит человеку в дальнейшем с пониманием относиться ко всем духовным и телесным недугам своей второй половины в браке. Дело в том, что, по учению Христианской Церкви, основанному на Священном Писании и Предании, изначально люди были сотворены Богом полностью благими, направленными на добро и потенциально бессмертными. Священное Писание говорит нам об этом следующее: И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему… И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их… И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма (Быт. 1: 26–31). Таким образом, первоначально люди были полностью благими, все их действия были устремлены на добро, а иерархия ценностей строилась по принципу: дух – душа – тело. Соответственно с этим, люди не знали греха в своей сущности (хотя и знали, что есть возможность совершить грех), не были подвержены ни духовному, ни телесному тлению и разложению. Однако, в результате совершившегося грехопадения, все мгновенно изменилось. В человеческую природу вошли смерть, тление, болезни духовные (страсти, расстройства) и телесные. В результате, все части человеческой личности были поражены грехом и его последствиями. Своей крестной смертью и славным Воскресением Господь Иисус Христос искупил человечество от первородного греха, а также от личных грехов. Тем не менее, человеческая природа остается подверженной влиянию греха, его разрушающему действию. В связи с этим, как бы ни был идеален человек (с нашей субъективной точки зрения), он все равно остается пораженным грехом, вернее, его природа по‑прежнему испытывает влияние греха. Поэтому, готовясь вступить в брак и освятить свой союз в Таинстве, каждый из будущих супругов должен ясно осознавать, что и он сам, и его вторая половина не будут идеальны во всех отношениях, в том числе и в последующей семейной жизни. Все равно будут возникать конфликты, испытания, нестроения, так как на супруги будут испытывать влияние греха, духовных и телесных страстей. Однако, при этом, необходимо понимать и то, что одной из задач жизни в браке является сведение всех этих негативных моментов к минимуму, стараться жить по заповеди любви к своему ближнему, а также по тем обетам, которые даются в Таинстве Брака. Исходя из этого, становится ясным и второй аспект сущности христианского брака.
Второе, что необходимо понять вступающим в брак – это то, что, по учению отцов Церкви, брак является не только освященным Богом союзом мужчины и женщины, но и тем незримым крестом, который человек несет в своей жизни. Можно сказать, что, в результате человеческого грехопадения в раю, брак стал одним из средств спасения своей души и души своего ближнего, то есть он призван защитить людей от духовно‑нравственного разложения. Но так как сами люди подвержены влиянию греха, то и брак является определенным подвигом, своеобразным крестом, который должен нести человек (по образу Креста Господня), для того чтобы спасти себя для жизни вечной. Ведь через недуги и испытания, которые случаются в семейной жизни, покрываются многие личные грехи человека, а значит, и спасается его душа. Таким образом, поняв и приняв для себя эти простые истины, человеку будет легче избежать или свести к минимуму возможные проблемы в семейной жизни.
Второй причиной частых распадений браков можно считать то обстоятельство, что люди создают семью только на основе внешних, плотских чувств, полюбив одну лишь внешнюю красоту своей второй половины. Православная Церковь всегда говорила о том, что такой подход к Таинству Брака, к созданию семьи в самом своем корне является неправильным и недопустимым. По словам святых отцов Церкви, будущие супруги‑христиане должны искать в своей второй половине, прежде всего, красоты и богатства внутреннего, а не внешнего. Таким образом, по совету Церкви, не следует вступать в брак, если между женихом и невестой существует только плотская страсть, но отсутствует внутренняя, духовная любовь. У тех, кто по страсти вступает в брак, не бывает счастья: страсти остывают со временем, и любовь проходит, исчезает. Таким образом, основанием супружеского счастья являются взаимная крепкая любовь мужчины и женщины друг к другу и их совместная молитва к Богу. Объясняя, что же именно должны искать друг в друге будущие супруги, а также в чем заключается семейное счастье, преподобный Макарий Оптинский пишет следующее: «В чем же состоит счастье и благоденствие? Не в достоинстве и богатстве, но в мире, согласии и любви между супругами и в прочих добродетелях, плод которых есть спокойствие и мир душевный» [22, с. 219–220]. Почему же люди вступают в брак, имея только плотскую страсть к своей второй половине? Причиной этого является непонимание людьми истинных целей и задач брака, как освященного Богом союза мужчины и женщины. Когда во главу угла человек ставит только внешнюю красоту своей второй половины – это означает, что он в принципе не задается вопросами духовной жизни. Так как человек, который живет жизнью духовной, прежде всего, должен подумать о внутренних качествах, внутреннем мире своего будущего спутника жизни. Об этой проблеме брачных взаимоотношений митрополит Антоний Сурожский пишет следующее: «Некоторые вступают в брак, вернее, я бы сказал, в сожительство, потому что они нравятся друг другу, потому что между ними существует физическое или психологическое притяжение. Они не ищут в браке осуществления какой‑либо цели, не хотят чего‑то достигнуть, им кажется, что если они могут удовлетворить один другого телесно или психологически, то все уже достигнуто. Для этого они не ищут ни Божиего благословения, ни того, чтобы включить себя в человеческое общество и внести в него что‑то новое» [3, с. 15–16]. Как видим, митрополит Антоний указывает даже на то, что неправильный подход к выбору спутника жизни и к Таинству Брака приводит к тому, что от этого страдает все человечество, так как оно и состоит из отдельных семей. Чем больше семей будут распадаться, чем больше будет непонимания и неправильного отношения в браке, тем больше будет страдания в жизни каждого отдельного человека.
Еще одной причиной частого распада браков, а также, в целом, искажения смысла Таинства является вступление в брак ради материальной наживы. Выбор спутника жизни, основанный на материальном расчете, как правило, очень скоро приводит к разладу в семейной жизни. По этому поводу святитель Иоанн Златоуст пишет: «Когда мы в брак вступаем, то и это должны делать для Бога, имея в виду не то, чтобы получить богатое имение, но чтобы найти в жене благородство души, не множество денег… но добродетель и кротость нравов; мы должны брать спутницу в жизни, а не участницу в пиршествах» [25, с. 4–5]. Отношение к браку с позиции материальной наживы является не просто неправильным, но и губительным для того человека, который к этому стремится. Ведь по слову Самого Господа Иисуса Христа, человек подвержен тому, к чему обращено его сердце, его душа. Иисус Христос призывает каждого человека обратить на это особое внимание: Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше (Мф. 6: 19–21). Относясь к браку как к средству материального обогащения, выходя замуж или женясь по расчету, люди грубо искажают изначальный смысл этого священного действия. Их сердце и душа черствеют, чувства притупляются, разум помутняется от постоянной мысли о наживе, а следом поражается и воля, которая отныне направлена только на потребление. Мы видим, что природа человека, его личные качества и свойства неразрывно связаны с Таинством Брака. К сожалению, в наши дни частью общества брак все чаще воспринимается как средство для улучшения своего материального положения, как способ удачно благоустроить свою жизнь. При этом, о глубинных смыслах этого священного действа, как правило, люди не задумываются. Именно поэтому такие браки, по большому счету, изначально обречены на неудачу и распад. Если же такой брак и не распадается внешне, то внутренне он все равно неблагополучен. Люди в таком браке живут в духовном разрыве друг от друга, не понимая и не любя свою вторую половину. Отсюда приходят и другие беды – ссоры, супружеские измены, дележ материальных средств и т. д. Церковь всегда остерегала людей от таких отношений и не благословляла подобные браки. Это нашло свое отражение и в чинопоследовании Таинства Брака, о чем мы скажем в соответствующей части работы.

* * *

Следующим шагом, после выбора спутника жизни, для жениха и невесты является испрашивание благословения на брак у своих родителей. Эта традиция идет с первых веков христианства, когда соизволение родителей на брак признавалось не менее важным, чем согласие жениха и невесты. Даже обряд обручения, который в наше время проводит Церковь, в древности проводили родители молодоженов. Если жених и невеста окончательно проникаются своей любовью друг к другу и ко Христу и постигают ее внутренний смысл, то свое решение о браке они, в первую очередь, открывают своим родителям. В свою очередь, родители жениха спрашивают его о сознательности его выбора, а родители невесты – о сознательности ее выбора. После утвердительных ответов они также дают свое согласие на брак. Это можно назвать первым благословением, которое дается еще в уединении, когда нет гостей, свидетелей и родственников молодых. Такое благословение дается еще до того, как молодые официально объявляют о своем намерении вступить в брак. Раскрывая более подробно значение родительского благословения и молитв, протоиерей Геннадий Нефедов приводит следующий пример: «На Руси издревле считалось, что честь невесты – это честь рода. Поэтому в старину отец невесты не сразу давал сватам ответ, но обещал подумать о том с женой и родичами. Совершив так называемый «совестливый разговор» с родственниками, отец объявлял согласие на брак дочери. Тем дело не оканчивалось: наступал период усиленных молитв к Богу о даровании мудрости, о благоприятных условиях к соединению «двух в плоть едину, душу едину и Дух животворящий». Молитвы родителей созидают дома чад и «благословение отца утверждает домы детей» (Сир. 3: 9), – свидетельствует опыт Церкви. Без них, как здание без фундамента, ни одна семья в минуты испытаний не устоит в своей неповрежденности и целостности» [15, с. 147]. Помимо первого благословения, непосредственно в самый день совершения браковенчания, родители, произнеся молитвы, совершают еще одно благословение жениха и невесты: жениха – иконой Спасителя Господа Иисуса Христа, невесту – иконой Пресвятой Богородицы. Традиция благословения иконами идет с давних времен и совмещает в себе две стороны жизни человека. С одной стороны, это благословение не является частью Таинства Брака, так как совершается в домашних условиях, еще до выезда молодых в храм. Однако, с другой стороны, это благословение неразрывно связано с верой и духовной жизнью, так как благословение совершается образами Господа Иисуса Христа и Его Пречистой Матери. Существует несколько вариаций совершения данного благословения. Так, в одном случае, молодые (уже в свадебных одеждах) становятся на колени перед своими родителями, и те благословляют их, начертая святыми образами Спасителя и Богоматери крестное знамение перед склоненными головами молодых. В другом варианте данное благословение совершается следующим образом. Молодые остаются стоять, но в момент благословения, в знак благодарности своим родителям, делают поясной поклон. В этом обряде, собственно, и заключается внешняя часть родительского благословения. Внутренний, духовный смысл данного благословения раскрывает нам Православная Церковь. Так, например, святитель Филарет (Дроздов), митрополит Московский пишет о смысле родительского благословения следующие слова: «…Родители – некоторым образом, естественные посредники между творческим Словом и своими детьми, поелику, некоторым образом, довершили над ними дело создания, произведя их на свет. Вот почему естественно, важно и сильно благословение родительское, особенно же если благочестием возвышается до силы благодатной» [32, с. 41–42]. В другом своем поучении святитель Филарет по этому же поводу призывает новобрачных не просто желать родительского благословения, но и дорожить им, как благословением от Самого Господа: «Дети! Дорожите благословением родителей тысячекратно более, нежели прочим наследством, ибо чрез оное, по вере, можете получить благословение Отца, из Негоже всяко отечество на небесех и на земли именуется (Еф. 3: 15)» [32, с. 42]. Таким образом, благословение родителей имеет большое духовно‑нравственное значение при подготовке к Таинству Брака. О важности родительского благословения, как благословения от Самого Господа Бога, а также об опасности родительского неблагословения пишет и святитель Феофан Затворник: «Больше всего дети должны дорожить родительским благословением, потому всячески стараться получить его, а для того заботиться и о том, чтоб сердце родительское было отверзто к ним, а не закрыто. Благословение родителей похоже на всемогущее Слово Божие. Как то размножает, так и сие. Напротив, неблагословение и клятва [то есть, проклятие – С. М.] сокращает и как бы иссушает. На ком нет его, тому ни в чем и счастия нет, все из рук вон» [28, с. 660]. Насколько же велико и значимо родительское благословение, если Церковью оно сравнивается с благословением Самого Господа Бога! Как мы уже сказали выше, родительское благословение не входит в чинопоследование Таинства Брака; однако Церковь всегда признавала не только право, но и существенную необходимость такого благословения для молодых. Поэтому это действо, по устоявшейся традиции, стало неотъемлемой частью подготовки к Таинству Брака.
После родительского благословения, по еще одной древней традиции Церкви, жених и невеста получают благословение своих духовных отцов, если же таковых нет, то благословение священника из своего приходского храма. Данная традиция также ведет свое начало от первых веков Христианской Церкви, когда жених и невеста заручались, помимо родительского благословения, благословением своего духовного отца или епископа. Священническое благословение несет в себе также особый духовный смысл и Божию благодать, призванную помочь жениху и невесте в их будущей семейной жизни. Как мы знаем, у священнослужителя есть особое право вязать и решать, то есть разрешать или не разрешать то или иное действие, которое относится к жизни Церкви, паствы, любого христианина. Это право установлено Самим Господом Богом, о чем мы и читаем в Евангелии: Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе (Мф. 18: 18). Эти слова Господь сказал Своим апостолам, а те, в свою очередь, передали это право своим ученикам – священникам, епископам. Таким образом, благословение духовника или священнослужителя из родного для себя прихода также имеет важное значение для готовящихся вступить в брак. С одной стороны, благословение священника дает молодым дополнительные духовные силы для вступления к жизни в семье, освящает их намерение Божией благодатью. С другой стороны, наряду с родительским, благословение священнослужителя усиливает действие Божией благодати, так как сам священник является посредником между человеком и Богом. Ведь если родительское благословение обладает силой, равной Божиему благословению, то как же значимо при этом еще и священническое действие! По поводу благословения священника протоиерей Геннадий Нефедов пишет следующее: «Пастырское благословение несет в себе особую жизнеутверждающую силу, окрыляющую молодых и их родителей» [15, с. 147]. В священническом благословении мы видим и еще один смысл: в своей совместной семейной жизни вступившие в брак могут продолжать духовно окормляться именно у этого священнослужителя. В таком случае он становится уже семейным духовником, что, несомненно, благотворно скажется на взаимоотношениях супругов. Ведь он будет знать все их положительные и отрицательные стороны и сможет дать полезный духовный совет в любой жизненной ситуации. В целом же, что касается вопроса о духовном наставничестве семьи, то Церковь рекомендует мужу и жене найти одного духовного отца, который и помогал бы в дальнейшем в духовном наставничестве супругам в их совместной жизни. Так, например, святитель Феофан Затворник одному из своих духовных чад дает следующий совет по вопросу выбора семейного духовника: «Духовника я не могу указать, не зная никого. Сами выберите. Если не решаетесь, то поступите, как апостолы при выборе другого апостола, вместо падшего Иуды: можно или жребием, или со знающими сих иереев потолкуйте» [29, с. 28–29].
Последним этапом при подготовке к Таинству Брака является официальная регистрация брака в государственном учреждении (ЗАГСе). Именно в этом аспекте Церковь и государство являют собой единый взгляд на семейные отношения, как на основу здорового духовно‑нравственного состояния, как отдельных граждан (членов Церкви), так и всего общества в целом. Стоит особенно отметить, что с самых первых веков своего земного бытия Христианская Церковь никогда не отрицала государственной власти и ее законов, если, конечно же, они не противоречили нравственному Закону Христа. Основываясь на словах Самого Господа: …Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу (Мф. 22: 21; Мк. 12: 17; Лк. 20: 25), – Христианская Церковь всегда чтила и исполняла закон того государства, в котором она существовала. О необходимости подчинения постановлениям власти писали и святые апостолы. Так, например, апостол Петр увещевал христиан: Будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро, ибо такова есть воля Божия, чтобы мы, делая добро, заграждали уста невежеству безумных людей, как свободные, не как употребляющие свободу для прикрытия зла, но как рабы Божии. Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя чтите (1 Пет. 2: 13–17). Именно поэтому Церковь не совершает Таинства Брака, если молодые не вступили в супружеские отношения по закону светской, государственной власти. Это связано с тем, что молодые должны быть действительно семьей, в полном смысле этого слова, и с точки зрения государства, в котором они живут, и с точки зрения Церкви, чадами которой они являются. Также заметим, что даже в тех случаях, когда власть была языческой (например, Древний Рим), Церковь все равно призывала верующих исполнить свой гражданский долг и официально зарегистрировать свои отношения. Правда, перед такой регистрацией молодые брали благословение у правящего епископа своего города, а после регистрации совершалось Таинство Брака. Собственно, такая схема и утвердилась в жизни Православной Церкви. Протоиерей Геннадий Нефедов, раскрывая этот вопрос, пишет следующее: «В первом веке новой эры христиане, как римские граждане, вступали в брак по гражданским законам греко‑римского государства. По римскому праву, для действительности брака требовалось лишь взаимное согласие на него… Браку предшествовал «сговор», или обручение… Свое отношение к заключению браков по римскому праву Церковь приводила в соответствие с новозаветным учением о Браке. Церковь усматривала в браке не только основание семьи и ячейку общества, но и образ союза Христа и Церкви… Поэтому, вступая в брак по гражданским законам, они предварительно испрашивали на него благословение своего епископа. И о намерении вступить в брак объявлялось в Церкви до заключения гражданского договора» [15, с. 140]. Законный брак, освященный в Таинстве, имеет больше возможностей существовать нормально, избегая различных неурядиц. Люди, которые находятся в полностью законных отношениях, осознают свою ответственность за вторую половину, за детей, за семью в целом. Это уберегает семьи от опасности распада. К сожалению, в последнее время мы все чаще наблюдаем картину, когда мужчина и женщина живут без государственной регистрации своих отношений и уж тем более без освящающего их связь Таинства Церкви. В таких отношениях (которые ложно именуются гражданским браком ) каждая из сторон не чувствует никакой ответственности перед второй половиной, не ставит для своей совместной жизни никаких значимых задач и целей. Все это приводит к разрушению традиционных семейных ценностей, к упадку морали и нравственности в обществе, а в конечном итоге – к разрушению самого общества и, в частности, гибели душ людей для вечной жизни. В связи с этим, как мы сказали выше, позиция государства и Церкви в вопросе подтверждения отношений между мужчиной и женщиной является единой – брак должен быть зафиксирован. Характерно, что, по традиции, именно накануне гражданской регистрации брака принято было служить молебен Господу Иисусу Христу о начале доброго дела. В отношениях государства и Церкви по вопросу о браке можно выделить еще один аспект. Государство признает только тот брак, который официально зарегистрирован в органах ЗАГС. Все остальные формы регистрации брака для государства не являются официальными, хотя оно их и не отрицает – это связано с позицией светскости государства. Для Церкви же важно, в первую очередь, освящение брака в Таинстве. Однако, как мы уже сказали, она венчает только официально зарегистрированные браки. Такая традиция сложилась в нашей стране в XX веке. Те пары, которые зарегистрированы только органами ЗАГС, но не освящены Таинством Брака (при этом считающие себя христианами), призываются Церковью к тому, чтобы все‑таки освятить свой брак и в Церкви. По сложившейся в Православии традиции, христианские семьи, которые зарегистрированы только государством и прожившие так много лет, но при этом желающие освятить себя в Таинстве Брака, должны понести некоторое испытание – епитимью . Строгость епитимьи определяет тот священнослужитель, который будет совершать Таинство Брака. Это связано с тем, что хотя Церковь и признает государственный брак, но для христиан он не считается совершенно достаточным для спасения души, так как вся полнота человеческих семейных отношений достигается только в лоне Христианской Церкви.
Последней частью подготовки к Таинству Брака должна стать ее духовная составляющая. Так, накануне браковенчания жених и невеста должны усердно молиться, совершить пост (примерно в течение 7 дней), исповедоваться и причаститься Святых Христовых Таин. По возможности, необходимо как можно чаще и больше читать Священное Писание (особенно те его места, где говорится о браке и супружеских взаимоотношениях), наставления святых отцов и подвижников благочестия. Также можно читать различные православные пособия для желающих вступить в Таинство Брака. С другой стороны, жених и невеста должны максимально оградить себя от различных увеселительных и других отвлекающих мероприятий, так как все это будет мешать им в их внутренней духовной подготовке к принятию святого Таинства. Так, например, один из известных Оптинских старцев – преподобный Макарий Оптинский, объясняя новобрачным правила подготовки к принятию Таинства Брака, писал: «…Прежде брака, советую, приготовясь, сообщиться Святых Пречистых Таин Христовых… Приступая к столь важному Таинству, как Брак, должно приготовить себя, очистившись исповедью и приобщением Святых Таин и молитвой, но не балами с музыкой и танцами, ибо этот шаг простирается не только на всю здешнюю жизнь, но даже и на вечность» [22, с. 216]. Об этом же нам говорит и один из известных проповедников прошлого, епископ Дмитровский Виссарион, сравнивая подготовку к браку с выражением любви к Господу: «Жених и невеста поступают неодобрительно не только в том случае, если проводят время до брака в светских развлечениях, но и в том, если взаимная их привязанность принимает характер слепой страсти, доходящей до некоторого обожания предмета привязанности. «Да не будут тебе бози инии, разве Мене», – сказал Господь. Прежде и больше всего на свете мы должны любить Господа и Спасителя нашего, а любовь к твари, простертую до забвения Творца, почитать преступлением против первой заповеди. И чем может быть извинено такое преступление?» [11, с. 70].

Свидетели браковенчания и их роль

Теперь обратимся к вопросу о выборе и назначении свидетелей в Таинстве Брака. Роль свидетелей (поручителей, восприемников) жениха и невесты при совершении Таинства Брака также имеет свое немаловажное значение. По традиции, роль свидетелей могут исполнять либо двое мужчин (практика, применявшаяся в дореволюционной России), либо мужчина и женщина – друг жениха и подруга невесты. Канонически строгих определений по поводу свидетелей браковенчания Церковь не дает; она лишь очерчивает общие рамки для данных участников Таинства Брака. С одной стороны, свидетели должны быть, желательно, людьми старшего возраста, чем венчающиеся. Это необходимо для того, чтобы они смогли помочь в духовном наставничестве новой семье. В этом смысле роль свидетелей схожа с ролью крестных родителей в Таинстве Крещения. Однако стоит отметить, что роль крестных родителей в крещении имеет все же более сакраментальный смысл, чем роль свидетелей на браковенчании. С другой стороны, свидетелями также могут быть и люди одного возраста с венчающимися (друзья жениха и невесты, люди хорошо знающие венчающихся). В любом случае, свидетели должны быть православными христианами (желательно людьми воцерковленными); они должны с благоговением участвовать в Таинстве Брака. Роль свидетелей, в широком значении, не ограничивается только участием в Таинстве Брака. Они также принимают участие во всех традиционных народных обрядах (выкуп невесты и т. д.), которые сопровождают день венчания до поездки в храм и после храма. Если же мы говорим именно о Таинстве Брака, то в нем свидетели выступают в роли молитвенных хранителей супружеской пары. В процессе совершения Таинства Брака свидетели придерживают венцы над головами венчающейся пары. Нахождение свидетелей в храме во время Таинства не должно быть праздным, они действительно призваны к молитве за тех, над головой кого держат брачные венцы. Таким образом, к молитвам родителей и священнослужителей добавляются молитвы свидетелей того брачного союза, который совершается при их непосредственном участии.

Препятствия для заключения брака

Для заключения брачного союза между женихом и невестой Церковь сформулировала определенные условия, соблюдение которых обязательно для всех готовящихся вступить в брак. В ситуации, когда данные условия не могут быть соблюдены, возникают препятствия для вступления в брак.
Церковное право разделяет виды препятствий для вступления в брак на две группы: абсолютные и условные препятствия. К абсолютным препятствиям относятся случаи, когда Таинство Брака не может быть совершено над мужчиной и женщиной, если это противоречит всему духу и учению Господа и Его Церкви. Стоит отметить, что абсолютные препятствия в любом случае, расторгают брак, даже если он был совершен по незнанию обстоятельств. К условным препятствиям относятся ситуации, когда брак не может быть совершен между людьми в силу их родственных или духовных связей.

Абсолютные препятствия к браку

К абсолютным препятствиям для совершения Таинства Брака относятся следующие обстоятельства:
• Христианский брак не может быть заключен с лицом, которое уже состоит в браке, так как христианский брак – только моногамный (единобрачный). Это означает, что христианин(‑ка) может состоять в браке одновременно только с одной женщиной (мужчиной). Желательно, чтобы такой брак был еще и единственным. Мы уже говорили о том, что в ветхозаветном обществе нередки были случаи, когда у мужчины могло быть несколько жен (и даже наложниц). Даже у некоторых праведников Ветхого Завета было по несколько жен. Однако на то были свои причины, о которых мы уже говорили выше. Господь Иисус Христос, дав людям свой Новый Завет, дал разъяснение и по этому вопросу. На основе учения Господа, христианская Церковь установила правило моногамности, то есть единобрачия, тем самым вознеся значение сущности брака, его духовно‑нравственный смысл на принципиально новый уровень.
• Священнослужителю Церковь запрещает вступать в брак, если он уже находится в сане (6‑е правило Трульского Собора). После вступления в сан брак разрешен только чтецам и певцам (26‑е Апостольское правило). Церковнослужитель, вступивший в брак после посвящения в стихарь, в случае повторного брака лишается права на ношение стихаря.
• Церковью также запрещается вступать в брак людям, принявшим на себя монашеские обеты (16‑е правило Халкидонского собора, 44‑е правило Трульского Собора и др.). В данном случае монах или монахиня рассматриваются уже как люди, вступившие в духовный брак с Небесным Женихом, Господом Иисусом Христом. Нарушивший монашеский обет, по церковным канонам (16‑е правило Халкидонского Собора, 19‑е правило Анкирского Собора), получает строгую епитимию (церковное наказание), но не лишается права, после ее исполнения, остаться в монашеском сане или в браке. В данном случае можно отметить снисхождение Церкви к человеческой немощи, но это не должно рассматриваться как оправдание для нарушения обета монашества. Лицо, вступившее в брак с монахом или монахиней, также должно нести епитимию, а, по ее исполнению, не лишается права вступать в законный брак. Святитель Василий Великий по поводу монашеского обета и наказания за его нарушение говорил о том, что Церковь не знает иных обетов, кроме монашеских. Также он указывал на то, что необходимо особо расспросить и получить ясный ответ у готовящегося принять монашеский постриг. Если же в дальнейшем монах создаст семью, то, по правилу Василия Великого, на него необходимо наложить строгую епитимию. Здесь стоит сделать небольшое дополнение. В отличие от первых веков христианства, когда институт священнослужителей только формировался и, соответственно, многие правила и традиции еще не были окончательно установлены, в дальнейшем, на церковных соборах были приняты определенные каноны относительно отношения священнослужителей к браку. Таким образом, по церковным правилам, установленным в Православной Церкви, диаконы и священники (пресвитеры) должны быть женатыми (при условии, что они не имеют монашеского пострига), а вот епископы должны быть обязательно безбрачными.
• Абсолютным препятствием к новому браку является также вдовство после третьего брака. На этом моменте стоит остановиться особо. По канонам Православной Церкви, допускается три брака, а четвертый и последующие не благословляются ни при каких обстоятельствах. С другой стороны, благословение на второй и на третий браки также имеет свое специфическое значение. Так, благословение на второй брак является уступкой перед немощью человека и дается ради удержания его от впадения в страсть блуда. Церковь опирается в данном случае на слова ап. Павла о второбрачии: Жена связана законом, доколе жив муж ее; если же муж ее умрет, свободна выйти, за кого хочет, только в Господе. Но она блаженнее, если останется так, по моему совету; а думаю, и я имею Духа Божия (1 Кор. 7: 39–40). На второбрачных Церковь также может наложить епитимию. Согласно 4‑му правилу святого Василия Великого, второбрачных следует отлучать на год или на два. На третий брак Церковь смотрит, как на еще более незаконное действие, но, тем не менее, ради спасения человека от страсти блуда разрешает и его. По 50‑му правилу святого Василия Великого, на третий брак закона нет; поэтому этот брак по церковному закону и не составляется. Св. Василий Великий особо отмечает, что Церковь не может радоваться третьему браку, но и не предает его на всеобщее осуждение, так как он все же лучше, чем откровенное прелюбодеяние. Святитель Иоанн Златоуст, размышляя о ценности первого брака, писал следующее: «Как прекрасен брак, а лучше девство, так прекрасен и второй брак, а лучше его первый и единственный. Итак, мы не отвергаем второго брака и не законополагаем этого, но увещеваем, если кто может быть целомудренным, оставаться при первом. Увещеваем и советуем это и для самой безопасности дома: второй брак часто бывает началом и предлогом раздора и ежедневных суматох» [25, с. 56]. Как видно из слов святителя Иоанна, даже второй брак может явиться причиной серьезных семейных неурядиц. Третий же брак, в такой ситуации, тем более может осложнить совместную жизнь мужчины и женщины. Именно поэтому он допускается только как преграда к откровенному распутству. Протопресвитер Михаил Помазанский о втором и третьем браке пишет следующее: «Вступление во второй брак, после смерти мужа, или жены, или вообще потери одним супругом другого, допускается Церковью, хотя в молитвах о второбрачных уже испрашивается прощение греха второбрачия. Третий брак терпится только как меньшее зло во избежание большего зла – распутства» [20, с. 364]. В связи с этим, любой брак, заключаемый после третьего, Церковь уже не признает. Да и как можно признать такое явление, когда само понятие Таинства уже становится низведенным и лишенным всякого смысла. В реальности вторые, а особенно третьи браки заключались в дореволюционной России чаще всего в среде государей. Это было связано с вопросом о необходимости иметь наследника трона. Однако идеалом является все‑таки единственный брак, когда супруги входят и в жизнь вечную, будучи единой и неразделенной плотью.
• Не может вступить в брак также то лицо, которое явилось причиной расторжения предыдущего брачного союза. Как правило, к данной категории относятся люди, которые состояли в браке, но затем совершили прелюбодеяние. Государство может зарегистрировать новый брак такого человека, но Церковь его не благословляет. Об этом достаточно ясно говорит святитель Василий Великий, который вообще был достаточно строг по вопросам брачных взаимоотношений. Именно в этом смысле необходимо понимать его 2‑ю главу 73‑го нравственного правила: «Отпустившему жену свою не позволительно жениться на другой и другому жениться на отпущенной мужем. Но Я говорю вам: кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, [тот] прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует (Мф. 19: 9)» [23, с. 174–175]. Конечно же, в светском мире такие браки заключались и продолжают заключаться, но нам важно знать, что Православная Церковь не может освятить такие взаимоотношения в святом Таинстве. Человек, который уже однажды принял благодать в Таинстве Брака и стал причиной его распада, а значит причинивший боль своей второй половине (а может и своим детям), не может быть снова освящен благодатью святого брачного союза в лоне Церкви.
• Препятствием к браку является также духовная и физическая неполноценность человека. К духовной неполноценности относятся различные виды душевных (психических) заболеваний, которые делают человека неспособным свободно проявлять свою волю и совершать разумные действия. Это объясняется тем, что человек, который имеет какой‑либо душевный (психический) недуг, не только не сможет сделать свободного выбора, до конца осознанного собственным разумом, но также и не сможет сделать счастливой свою будущую семью, а возможно будет представлять для нее даже опасность. Однако этот запрет не распространяется на тот случай, когда человек заболевает каким‑либо подобным недугом, уже будучи в браке, освятив свой брак в Таинстве (будучи еще здоровым). Это, конечно же, иная ситуация. К физической неполноценности относятся случаи, когда человек от природы не способен к брачному сожитию или доведен до такого состояния тяжелой болезнью. К данной категории лиц в древнем мире относились также евнухи. Во времена Петра I лицам с физической неполноценностью не запрещалось вступать в брак, но его можно было расторгнуть по прошествии трех лет с момента заключения. Важно отметить, что неспособность к деторождению не относится к физической неполноценности и, по канонам Церкви, не является препятствием к браку. Не может данное обстоятельство служить и причиной развода. О проблеме супружеского бесплодия и о решении этой проблемы старец Паисий Святогорец говорит следующее: «Многим людям Бог не даёт детей, для того чтобы, возлюбив детей всего мира, как своих собственных, эти люди помогли их духовному возрождению. Один человек не имел детей, но, когда он выходил из дома, дети из соседских домов сбегались к нему и с любовью окружали его. Они не давали ему идти на работу. Видите: Бог не дал этому человеку своих детей, но Он дал ему благословение, чтобы все соседские дети любили его, как отца, а он по‑своему помогал им духовно. Суды Божии – это бездна. А в других случаях Бог не дает супругам детей, чтобы пристроить какую‑нибудь сиротку» [18, с. 29]. Также Церковью разрешается венчание глухонемых, слепых и тяжелобольных людей, но в этих случаях венчание все равно должно проходить в храме.
• Препятствием к браку могут служить и возрастные ограничения, установленные Церковью. Возрастной ценз для принятия Таинства Брака не совпадает с цензом, установленным государственной властью. На данный момент в России возраст жениха должен быть не менее 15 лет (для Церкви) и 18 (для государства), а невесты – 13 и 16 лет соответственно. Необходимо отметить, что возрастной ценз для принятия Таинства Брака в различные исторические эпохи был неодинаков, и для России он окончательно установился только в первой половине XIX века. Высший предел для принятия Таинства Брака с ранних времен установился по правилам святого Василия Великого (22‑е и 88‑е правила): для женщин (вдов) – 60 лет, для мужчин – 70 лет, так как в более позднем возрасте, по мнению Церкви, человек уже не способен к полноценной (в т. ч. и деторождение) семейной жизни. Лицам в возрасте от 60 до 80 лет перед принятием Таинства Брака необходимо испрашивать благословения правящего архиерея. Здесь, кстати, можно сказать и о том, что традиция совершения Таинства Брака после государственной регистрации отношений связана еще и с этим вопросом. Так как приоритет в законе имеет светская власть, то Церковь и опирается в этом вопросе на помощь государства, хотя при этом имеет и свои правила о возрасте людей, вступающих в брак. То есть, если государство регистрирует браки людей, не достигших, по мнению Церкви, необходимого брачного возраста, то такие браки она никогда не освятит в Таинстве. Если же возраст людей, регистрирующих свой брак в ЗАГСе, равен или превышает возраст, установленный церковными канонами, такой брак может быть освящен в Таинстве Церкви.
• Препятствием к браку является и категорическое несогласие на него со стороны родителей жениха или невесты. В данном случае важно отметить то обстоятельство, что, несмотря на важность родительского благословения, и сами родители не всегда могут правильно оценить взаимоотношения жениха и невесты. С другой стороны, дети православных родителей также не могут вступать в брак без согласия своих родителей. Таким образом, Церковь настоятельно рекомендует проявлять серьезное и рассудительное отношение к браку, как со стороны брачующихся, так и со стороны их родителей. Протоиерей Геннадий Нефедов, отмечая наиважнейшее значение родительского согласия на брак, пишет следующее: «В древности обручение жениха и невесты совершалось их родителями… Соизволение родителей признавалось не менее важным, чем согласие жениха и невесты» [15, с. 146]. В случаях, когда одно из венчающихся лиц не имеет на это своего желания или, наоборот, родители одной из сторон без обоснованных на то причин не дают своего согласия на брак, Церковь имеет право решать данные вопросы самостоятельно – либо приостановить Таинство Брака, либо разрешить его без согласия родителей. Эта тема достаточно ярко отражена в чинопоследовании Таинства Брака, о чем мы расскажем в соответствующей части работы.

Условные препятствия к браку

К условным препятствиям для заключения брака относятся следующие обстоятельства:
• Наличие близкого кровного родства между женихом и невестой (как для лиц, рожденных в законном браке, так и для внебрачных детей). Близость кровного родства между людьми измеряется степенями, а степени, в свою очередь, определяются по числу рождений. Так, например, связь: отец – сын, мать – дочь – это одна степень кровного родства, дед – внук – две степени родства, дядя‑племянник – три степени родства. Ряд степеней, идущих одна за другою, составляют родственную линию. Родственные линии, в свою очередь, бывают прямыми и боковыми . Прямые линии, идущие от одного родоначальника, связаны между собою боковыми линиями (пример: дядя – племянник). Для определения степени кровного родства необходимо установить число рождений, связывающих двух лиц: 6‑я степень – это троюродные братья и сестры, 7‑я степень – троюродный дядя и племянница или, соответственно, троюродная тетя и племянник. В Православной Церкви браки между людьми, состоящими в кровном родстве по прямой линии, абсолютно запрещены. С XIX века, по указу Святейшего Синода, запрещены браки между людьми, находящимися в 4‑й степени бокового кровного родства. Лица, состоящие в 5‑й и 7‑й степенях бокового кровного родства, могут вступать в брачный союз, но только по благословению епархиального архиерея. Причиной такого запрета является отчасти и то обстоятельство, что от браков между кровными родственниками часто рождаются дети с различными психическими и физическими отклонениями. Это явно указывает на то, что такие браки являются противоестественными.
• Условным препятствием к браку являются и отношения свойства . Данные отношения возникают в результате сближения двух родов посредством брачного союза их членов. Свойственниками являются: тесть и зять, свекровь и невестка, отчим и падчерица, шурин и зять. Для того чтобы определить степень свойства, необходимо сложить обе родственные линии, при этом необходимо учитывать, что муж и жена не имеют степени, так как, по учению Церкви, они являют собой одну плоть. Таким образом, теща и зять – это 1‑я степень свойства, невестка и деверь – 2‑я и т. д. Такое свойство называется двухродным . Существует также и трехродное  свойство, когда через два брака соединяются три рода (пример: для жениха – вторая жена его тестя, но не мать его жены). В XIX веке, на основании 54‑го правила Трульского Собора, Святейший Синод установил безусловный запрет на браки между двухродными свойственниками вплоть до 4‑й степени. С этого же периода запрещены браки для лиц, состоящих в 1‑й степени трехродного свойства. По отношению к последующим степеням предусмотрено, что епархиальные архиереи могут благословлять данные браки, но лишь по уважительным причинам. Важно также отметить, что Церковь признает еще и отношения фиктивного свойства. В рамки данной категории относятся родственники обрученных лиц и родственники разведенных супругов. Между данными лицами также запрещены брачные отношения. Все подобные отношения запрещены в большей мере по духовно‑нравственным, моральным причинам, как являющиеся недостойной формой взаимоотношений между близкими родственниками супругов.
• Наличие духовного родства также является условным препятствием к браку. Данный вид родства возникает в результате участия людей в Таинстве Крещения в качестве восприемников (крестных родителей). В различные исторические периоды позиция Церкви (а в Византии и государства) по вопросу о духовном родстве частично видоизменялась. В XIX веке Святейший Синод Русской Православной Церкви установил считать препятствием к Таинству Брака отношения между восприемницей и восприемником (т. е. между крестными родителями), а также восприемницей и родителями восприемника.
• Препятствием к браку являются и отношения гражданского родства, появляющиеся в результате усыновления. В связи с тем, что в России усыновление производилось в гражданском, а не в церковном порядке (как, например, в Риме и Византии), формально данная связь не считалась препятствием к браку. Однако стоить отметить, что по духу учения Церкви и по нравственным законам данный вид связи является все же препятствием для заключения брачного союза в Таинстве Брака. И, действительно, невозможно представить, чтобы Святая Церковь благословляла браки между приемным отцом и принятой им дочерью или приемной матерью и усыновленным юношей. Все подобные связи являются также противоестественными, противными учению Господа и Его Церкви. Ведь и смысл усыновления (удочерения) ребенка заключается в совершенно ином, нежели в простом стремлении человека найти свою вторую половину.
• Условным препятствием к браку является физическое или нравственное принуждение к тому одного из венчающихся. Браки, заключенные по принуждению, признаются Церковью недействительными. Во время совершения Таинства Брака священник обязательно вопрошает венчающихся о добровольности их решения. Жизнь в браке – это свободный выбор двух людей, готовых разделить не только радости друг друга, но и понести тяготы своей второй половины. В таких отношениях не может быть и капли принуждения, ибо в таком случае они уже не будут свободными, не будет единой плоти семьи, о которой говорит Православная Церковь.
• Отсутствие единства православного вероисповедания также является условным препятствием к браковенчанию. Протопресвитер Михаил Помазанский по этому поводу пишет: «Имея в виду христианскую задачу брака, Церковь запрещает вступление в брак с неверными (запрещение Четвертого и Шестого Соборов), а также с инославными» [20, с. 363]. По канонам Церкви, жених и невеста должны быть оба православного вероисповедания и принявшими Таинство Крещения. В противном случае, теряется сам смысл Таинства Брака, если одно из лиц, по сути, не является членом Церкви. Ведь, если человек не является членом Церкви – Тела Христова, а тем более если он другого вероисповедания или неверующий, то каким образом он сможет воспринять ту благодать, которая дается семье в Таинстве Брака, как он сможет проникнуться всей своей душой и сердцем в это таинственное действо? Очевидно, что в таком случае это будет профанацией Таинства, чего Церковь никак не может допустить. С первых веков христианства браки с язычниками, еретиками и иноверными Церковь не благословляла, а единственной ситуацией, при которой не требовалось расторжение брака, была та, когда брак был заключен вне Церкви, а потом один из супругов принимал христианскую веру. В данном случае Церковь руководствовалась словами апостола Павла: Если какой брат имеет жену неверующую, и она согласна жить с ним, то он не должен оставлять ее; и жена, которая имеет мужа неверующего, и он согласен жить с нею, не должна оставлять его; ибо неверующий муж освящается женою (верующею), и жена неверующая освящается мужем (верующим) (1 Кор. 7: 12–14). Стоит особо отметить, что отцы Церкви всегда давали свои подробные разъяснения по данному вопросу, понимая, что у простых верующих могут быть различные соблазны в данной ситуации. Так, например, святитель Феофан Затворник, объясняя сущность освящения в браке верующим супругом неверующего, писал следующее: «Как святятся неверные супруги ради верных? Благодатного освящения, конечно, разуметь здесь нельзя, ибо к сему освящению один путь – вера и принятие Таинств Крещения и Миропомазания… Как же понять: святится? – Надо понимать: святится муж, яко муж, и жена, яко жена, то есть в брачном отношении. Иначе сказать: брак твой, верная жена, с мужем неверным не превратился в незаконное сожительство от того, что ты уверовала; напротив, твое уверование освятило сей брак… И мужа твоего в брачном отношении. То же да содержит в уме и муж верный, у которого жена остается неверною» [31, с. 330–331]. Святитель Иоанн Златоуст, давая совет женам, отмечал, что жена, живущая по Евангелию, может спасти (или обратить ко Христу) и своего супруга‑язычника: «…Жена может спасти мужа не тем, что сопрягается с ним, как жена, но своею евангельскою жизнью, что делали многие женщины… Должно оказывать великое любомудрие и терпение… И поступать так постоянно, вот что содействует спасению души сожителя» [19, с. 229]. Святой Ипполит Римский, давая совет мужьям о семейной молитве, не воспрещал им жить с женами, которые еще не приняли веры Христовой. Он лишь рекомендовал им не смущать своих жен, а молиться во временном одиночестве, если жена оставалась язычницей или неверующей. Если же жена была христианкой, святой Ипполит рекомендовал устраивать совместную молитву. При этом, он особенно указывал на то, что, кто состоит в законном браке, тот не считается Церковью нечистым. Так как могут возникнуть ситуации, когда верующий супруг будет смущен неверием своей второй половины, святой апостол Павел и дал подробное повеление относительно этого случая. Святитель Феофан Затворник дал подробный комментарий к этим словам апостола, которые призваны помочь обоим супругам: «Цель у апостола – успокоить смущение совести от непонимания, как поступать, и та еще, чтоб предотвратить разделения и распадения семейств, могущие много наделать шума и вредно повлиять на дело проповеди, и особенно та, что коль скоро муж и жена неверные не отвращаются от жены и мужа верных, то есть надежда, что и они со временем обратятся» [31, с. 331].
В целом, необходимо отметить, что сам статус условных препятствий к браку говорит об определенных условиях, когда он не может быть заключен, но если эти условия изменятся, то Церковь может благословить данный брак (пример: неспособность к исполнению супружеских обязанностей, а затем дальнейшее выздоровление и т. п.).

Когда не совершается браковенчание

Несмотря на то, что Таинство Брака – это торжественное и важное событие в жизни каждого христианина, вступающего в брачный союз, тем не менее, необходимо знать, что для совершения данного Таинства Церковь установила определенное время. В церковном календаре существуют определенные временные периоды и дни, когда браковенчание не совершается.
Таинство Брака не совершается в течение всех четырех постов в году. В великопостный период Таинство Брака не совершается начиная с мясопустной субботы, в течение сырной седмицы, самого Великого поста и Светлой Пасхальной седмицы. Не совершается Таинство Брака в Петров пост (до 12 июля), в Успенский пост (с 14 по 27 августа), в Рождественский пост и во время Святок (с 27 ноября по 20 января). Христианский пост – это, прежде всего, время сугубой молитвы, смирения, покаяния в совершенных грехах и особого уединенного предстояния души человека перед Богом. Во время поста Церковь призывает свою паству отказаться от чрезмерного веселья, празднеств и любых других увеселительных мероприятий. В связи с тем, что Таинство Брака заключает в своей основе все же радостные и веселые мотивы, Церковь и установила не совершать данное Таинство в период постов, чтобы не нарушать духовного равновесия верующих людей и не умалять значения времени поста.
Помимо времени постов Таинство Брака не совершается и в отдельные дни недели церковного года. Таинство Брака не совершается накануне двунадесятых, храмовых (престольных) и великих праздников, а также накануне (и в сам день) Усекновения главы Иоанна Предтечи (29 августа/11 сентября) и Воздвижения Креста Господня (14/17 сентября). Канун данных дней церковного года – это время особой, торжественной подготовки к самому празднику, а также время строгого поста, и поэтому в это время Таинство Брака Церковь установила также не совершать. Не совершается Таинство Брака и накануне среды и пятницы (т. е. во вторник и четверг), так как канун этих дней также является постным. Еще один день, когда не совершается браковенчание – это суббота, так как ее ночь (на воскресенье) посвящается Церковью Богу.
Исходя из вышесказанного, будущим супругам необходимо заранее определить подходящий день для совершения Таинства Брака. При этом необходимо поговорить об этом и с настоятелем того храма, в котором будет совершено данное Таинство.

Народные традиции и обряды в день совершения таинства брака

Прежде чем перейти к непосредственному разбору чинопоследования Таинства Брака, затронем еще один важный вопрос. Дело в том, что на Руси, с самых первых веков ее христианизации, Таинство Брака органично соединилось со свадебными народными традициями. Это было обусловлено тем, что большую часть населения составляли крестьяне, у которых очень сильно были развиты различные традиции и обряды, которые касались абсолютно всех сфер жизни. Существовали такие народные обряды, посвященные и свадьбе. Однако даже после Крещения Руси и вплоть до конца XIX – начала XX веков в крестьянской среде оставались в силе и определенные языческие традиции, с которыми Православная Церковь постоянно боролась. Языческие культы, которые в своей основе резко противоположны христианству, грубо и жестко искажающие веру в истинного Бога, Творца всего видимого и невидимого, являются несовместимыми с христианским вероучением. Именно поэтому Православная Церковь старалась просвещать людей светом Истины, отвращая их внимание от грубых языческих ритуалов. В то же время Церковь со вниманием и уважением относилась к тем благочестивым свадебным традициям, которые также существовали в народной среде. В результате, Православная Церковь сохранила те традиционные бытовые обряды русского народа, которые не противоречат христианскому вероучению о Таинстве Брака, и запретила те из них, которые вредны и опасны для духовно‑нравственного состояния людей. Те традиции, которые Православная Церковь не запрещала, в той или иной форме дошли и до наших дней. Таким образом, в настоящий момент они могут быть гармоничной частью свадебных мероприятий. Однако при этом необходимо понимать два основных принципа их существования.
Во‑первых, все народные свадебные традиции, с точки зрения Православной Церкви, должны быть лишены каких‑либо элементов языческого культа: всевозможных ритуалов, магии или оккультизма. Это означает, что для верующего человека при подготовке к Таинству Брака, недопустимо участие в различного рода гаданиях, ворожбе, обращение к людям, оказывающим различного рода оккультные услуги и т. п. Все эти действия абсолютно несовместимы с христианским вероучением и предстоящим совершением Таинства Брака. Они противны самому духу христианства и ведут душу человека к погибели, так как в основе всех этих практик, по учению Церкви, лежит общение с миром падших духов.
Во‑вторых, необходимо понимать и вторую часть этого вопроса. Любой народный обряд, связанный со свадьбой и не противоречащий учению Церкви, тем не менее, не является частью Таинства Брака, а это значит, что он совершается либо до совершения Таинства, либо после, по желанию самих брачующихся и их родных. Более того, не являясь частью Таинства, он может и не совершаться вовсе (для Церкви это не является определяющим условием). В решении этого вопроса все зависит от желания тех, кто вступает в брак, и тех, кто связан с организацией свадебных торжеств. Что касается позиции Церкви, то, допуская наличие в свадебных мероприятиях различного рода бытовых народных обрядов, она лишь снисходит к немощи человеческой природы, которая, так или иначе, подвержена влиянию стихий мира.
Для того чтобы проиллюстрировать упомянутые народные обряды, совершаемые в день свадьбы, приведем один из примеров из практики средневековой Руси, а также кратко расскажем о наиболее распространенной народной традиции подготовки к Таинству Брака в наши дни.
Итак, в средневековой Руси (примерно XV–XVI столетия), в день совершения Таинства Брака в дом жениха приглашался священник, который читал над женихом молитву «Боже вечный, расточенныя собравый…» Эта молитва обозначалась как «молитва жениху по невесту ехать», то есть перед выездом в дом невесты. После этого жених со своими друзьями выезжал за невестой в дом ее отца. Характерно, что впереди процессии ехал священник с крестом в руках.
По приезде молодого и его друзей к невесте, их встречал ее отец, который приглашал гостей в свой дом, где усаживал за стол. По окончании всех приветственных обрядов, последним за стол садился жених. Он садился рядом с невестой, которая к тому моменту уже была в свадебном наряде. Далее священник читал молитву «Господи Боже наш, обручивый Себе языческую церковь». Далее в дело вступали свахи: они расчесывали невесте волосы и заплетали их в две косы. Потом на ее голову возлагался венец. При этом возложении священник читал молитву «Еже одети главу жене»: «Господи Боже наш, Иже во пророцех глаголавый…» После молитвы свахи покрывали голову невесты фатою. По традиции, священнику подносили продукты – каравай, сыр и др. – и он благословлял их. Все это время подруги невесты пели свадебные песни.
По окончании обряда одевания невесты, священник читал молитву «Над женихом и невестою»: «Господи Боже наш, сподобивый спасительным Твоим смотрением». Далее отец и мать невесты благословляли молодых иконами (об этой традиции мы еще скажем ниже подробнее). Затем отец невесты, взяв ее за руку, передавал ее жениху. Священник читал молитву «Вести невесту в церковь», то есть перед поездкой в храм – «Боже благий, глаголавый пророки». После прочтения молитвы вся процессия выходила из дома и отправлялась в храм. Впереди ехал священник с крестом в руках. Комментируя данную традицию и соотнося ее с современным чином, протоиерей Геннадий Нефедов пишет следующее: «Молитва «Над женихом и невестою» находится ныне в последовании венчания второбрачных, молитва «Над порты» [над столом в доме невесты – С. М.] – в последовании второбрачных. Молитва «Еже одети главу жене» и молитва «Вести невесту в церковь» – одна и та же» [15, с. 165]. Такова была традиция подготовки к Таинству Брака в средневековой Руси, теперь посмотрим на то, как эта подготовка происходит в наши дни.
В наше время, по народному обычаю, в день свадьбы (и, соответственно, совершения Таинства Брака) молодые не должны видеть друг друга до начала всех официальных мероприятий. Жених должен находиться у себя дома, где с ним пребывают его дру́жки (в том числе, сваты), которые в назначенный момент помогают ему одеться и подготовиться к поездке в дом невесты. Вместе с ним дома находятся и его родители. Невеста находится у себя дома; она также готовится к приезду жениха в назначенный срок, в этом ей помогают ее подруги. Родители невесты также находятся дома и подготавливают все необходимое для дальнейших событий.
В назначенный заранее срок жених с дружками выезжает в дом невесты, где уже все подготовлено к его приезду. По приезде к невесте жених и его спутники, как правило, должны пройти ряд испытаний и дать за невесту так называемый выкуп . После выкупа жених получает право увидеть невесту в свадебном наряде и подготовиться к поездке в храм. Именно в этот момент и наступает время для особого родительского благословения, когда в присутствии родных и гостей родители благословляют молодых образами Господа Иисуса Христа и Пресвятой Богородицы. Более подробно мы говорили об этом выше. После родительского благословения вся свадебная процессия выезжает из дома невесты; при этом молодые со своими свидетелями едут отдельно от остальных. В дореволюционной России из дома невесты молодые ехали сразу в храм, где и совершалось Таинство Брака. В наши дни, когда Церковь совершает обручение и венчание только после государственной регистрации брака, вошло в традицию перед храмом посетить вначале органы ЗАГСа. Так как регистрация брака в органах ЗАГСа не занимает много времени (даже с учетом всех торжественных мероприятий), молодые имеют возможность зарегистрировать свой брак непосредственно в день совершения Таинства Брака. В любом случае, как мы уже упоминали, государственная регистрация брака должна предшествовать совершению Таинства Брака в Церкви.
После официального бракосочетания молодые вместе с родными, близкими и гостями (предварительно получив свидетельство о браке) выезжают уже непосредственно в храм для участия в Таинстве церковного освящения своего союза. Собственно, с момента прибытия молодых, родных и гостей в храм, после необходимых подготовительных действий и начинается священнодействие – Таинства Брака Православной Церкви.

Совершение таинства брака

Основные части чинопоследования

По определению святителя Филарета (Дроздова), митрополита Московского, которое достаточно четко отражает сущность данного священнодействия: «Брак есть Таинство, в котором при свободном перед священником и Церковью обещании женихом и невестой взаимной их супружеской верности благословляется их супружеский союз во образ духовного союза Христа с Церковью и испрашивается им благодать чистого единодушия для благословенного рождения и христианского воспитания детей» [33, с. 129–130]. Таинство Брака включает в себя последовательное проведение двух церковных священнодействий – обручения и венчания жениха и невесты.
Обручение – это первый этап заключения христианского брака, смыслом которого является обоюдное согласие жениха и невесты на дальнейшее совместное житие и создание семьи. Таким образом, обручение символизирует твердость взаимных обещаний людей, готовящихся вступить в брак. На протяжении долгого времени обручение совершалось отдельно от венчания (при Петре I примерно за 6 недель). В наши дни священнодействия обручения и венчания совершаются друг за другом, но, в принципе, могут быть и разделены некоторым временным отрезком, по желанию брачующихся людей.
Венчание – это центральная часть всего Таинства Брака, результатом которой является окончательное скрепление жениха и невесты узами брака в лоне Церкви. Жених и невеста должны понимать, что обручение – это подготовительный момент в Таинстве Брака, а венчание – его центральный и завершительный этап. Именно в результате совершения последования венчания в Церкви рождается новая «плоть едина» – семья.
Непосредственно для совершения венчания необходимо приготовить новое белое полотенце, кольца, венчальные свечи и парные иконы Господа Иисуса Христа и Пресвятой Богородицы (свечи и иконы можно приобрести и в самом храме, все остальное необходимо принести с собой). Жениху и невесте также нужно принести с собой и свидетельство о гражданском браке, зарегистрированном в органах ЗАГС.

Поведение бракосочетающихся во время таинства брака

Готовясь к участию в Таинстве Брака, жениху и невесте важно знать, как правильно вести себя в храме во время данного священнодействия. Стоит помнить, что храм – это место особого присутствия Бога и неблагоговейное поведение в нем недопустимо. Учитывая то обстоятельство, что Таинство Брака, как правило, совершается в присутствии немалого числа людей, куда относятся друзья жениха и невесты, их родители, близкие родственники и т. д., то важно донести до каждого человека правила поведения в храме. В храме неуместно громко разговаривать, кричать, обсуждать праздные вопросы, ходить во время богослужения и т. п. Вместо этого необходимо полностью сконцентрироваться на богослужении (совершении Таинства) и молиться за счастливую жизнь новой семьи. Особенно серьезно необходимо подойти к Таинству Брака жениху и невесте, а также их свидетелям, как непосредственным участникам священнодействия. В течение всего богослужения необходимо концентрировать свое внимание на тех действиях и молитвословиях, которые совершает и произносит священник, и тогда смысл Таинства Брака будет наиболее ясен, и понятен и не будет отвлечения мыслей на посторонние темы. В случае возникновения каких‑либо трудностей (в частности, связанных с ухудшением самочувствия), необходимо спокойно и тихо сообщить об этом священнику, и он примет необходимое решение или даст совет, как себя вести. Также важно помнить, что христианству чужды любые языческие и народные суеверия и приметы; поэтому не стоит особо уделять внимание таким моментам, как случайное обронение кольца, погашение свечи и т. п. К данным моментам стоит относиться спокойно и без суеверного страха и продолжать участвовать в богослужении. Следует помнить, что, веря в подобные приметы, люди, тем самым, обнаруживают свое неверие в силу Бога, в Его Промысел и попечение о людях, а это совершенно недопустимо для христианина. Православный храм – это не языческое капище, а дом Духа Святого, где незримым образом присутствует Сам Господь Иисус Христос, во власти Которого жизнь каждого из нас. Поэтому все свое суеверие (которого, конечно же, у христианина быть не должно) необходимо оставить в стороне, а во время Таинства, в первую очередь, молиться и внимать священнодействиям.

Смысл священнодействий обручения и венчания

Обручение

Как пишет протоиерей Геннадий Нефедов: «В жизни молодых людей, любящих друг друга, наступает, наконец, такая минута, когда на ожидаемое ими супружество они получат благословение Божие, чтобы стать им подражателями жизни церковной. Чистота намерений и искренность их веры побуждает священника скрепить брачный союз благословением Божиим и словами молитв» [15, с. 147]. Во многом, эти слова относятся к начальному этапу Таинства Брака – обручению жениха и невесты.
По установившейся традиции, начальным этапом обручения является прибытие жениха и невесты в храм. Первым в храме появляется жених, который входит туда в сопровождении своих друзей, несущих впереди жениха икону Господа Иисуса Христа. В храме жениха встречает церковный хор, который поет одно из церковных песнопений по случаю браковенчания. Жених должен помолиться Богу и занять место в правой стороне центральной части храма. После жениха в храм входит невеста, сопровождаемая своими друзьями, несущими впереди нее икону Божией Матери. Ее также встречает церковный хор соответствующим песнопением, а невеста, помолившись, занимает место в левой стороне центральной части храма.
Перед началом обручения, по уставу, изложенному в Требнике, кольца новобрачных должны быть возложены священником на святой престол. Смыслом этого возложения является то, что с этого момента новобрачные вверяют свою жизнь в руки Господа Иисуса Христа, а значит, Он должен освятить и символ их союза, то есть кольца.
Обручение начинается изнесением из алтаря на середину храма святых Креста и Евангелия, которые кладутся на аналой, стоящий в центральной части храма. Сам обряд венчания проходит в притворе храма, и именно там священник соединяет руки жениха и невесты в первый раз в Таинстве Брака. Происходит каждение новобрачных, как символ помощи им от Святого Духа.
Далее в притворе храма священник, по чинопоследованию обряда обручения, трижды «назнаменует главы новоневестных, и дает им возжженные свечи, и кадит крестовидно». Таким образом, священник трижды благословляет жениха и невесту и дает им возжженные свечи. Данные свечи, по словам протоиерея Геннадия Нефедова, «Изображают духовное торжество, славу целомудренного девства и свет благодати… Свет – источник Божией святости. Пламень свечей озаряет начало новой жизни, в которую вступают двое, чтобы стать одним существом, «одной плотью» [15, с. 148]. Почему чин обручения совершается в притворе, откуда взялась эта традиция в Церкви, об этом нам говорит митрополит Антоний Сурожский: «В древности чин обручения, то есть подготовительная часть службы венчания, совершался в притворе… Потому что это еще не полнота, это подготовительный шаг к тому, чтобы двое соединились в одно, к тому, чтобы вступить в полноту церковную» [3, с. 26–27]. Таким образом, в притворе встречаются не только жених и невеста, но и сама Церковь встречает молодых, чтобы вместе с ними и их родными сотворить общую молитву о новой семье, новой «плоти единой».
Возгласом «Благословен Бог наш» начинается собственно чин обручения. Как замечает митрополит Антоний Сурожский: «Как не благословить Бога за то, что в мире, где все является рознью, напряжением, взаимным отрицанием, часто враждой, непониманием, два человека друг друга полюбили, друг во друге увидели взаимно вечную красоту и решили превзойти, превозмочь все, что может их разделять, решили стать едиными, одной личностью в двух лицах?! Как не благодарить Бога за то, что на земле совершается такое чудо, которое таинственно говорит нам о том, что рознь уже пришла к концу и единство осуществлено?!» [3, с. 27]. После возгласа начинается мирная ектения (ряд особых прошений), в которой у Бога испрашивается спасение и ниспослание помощи, любви и твердости веры жениху и невесте. Для того чтобы молодым было легче воспринять последовательность совершаемых действий, приведем пример возглашений мирной ектении. Итак, диакон возглашает призыв к молитве: «О свышнем мире и о спасении… О мире всего мира, о святом храме [в котором совершается Таинство]… О великом господине и отце [Патриархе – С. М.]… О богохранимой стране…» Далее идет второй ряд прошений, которые посвящены непосредственно молодым: «О рабе Божием (имя рек), и рабе Божией (имя рек), ныне обручающихся друг другу, и спасении их… О еже податися им чадом в приятие рода [то есть, о даровании им детей – С. М.]… О еже низпослатися им любви совершенней, мирней, и помощи… О еже сохранитися им в единомыслии и твердей вере… О еже благословитися и в непорочном жительстве…» Также особо испрашивается благословение Божие на «неоскверненность» супружеского ложа, то есть молитва о сохранении семьи от супружеских измен. Последнее прошение мирной ектении касается защиты молодой семьи от скорби, гнева и нужды, то есть тех искушений, которые могут поколебать ее крепость уже в первые годы жизни, когда семья только рождается.
При произношении ектении священник произносит две особые молитвы, в которых испрашивается благословение для жениха и невесты на добрые дела, семейный мир и единомыслие. Стоит отметить, что особенно красива первая молитва, в которой Церковь вспоминает брак Исаака и Ревеки из Ветхого Завета, где Ревекка стала богоизбранной невестой для Исаака. Церковь молится о том, чтобы и данные жених и невеста оказались бы богоизбранными друг для друга. Как пример, отражающий красоту молитвословий Таинства Брака, приведем эту молитву полностью: «Боже вечный, разстоящаяся собравый в соединение, и союз любве положивый им неразрушимый: благослови Исаака и Ревекку, и наследники я твоего обетования показавый: Сам благослови и рабы Твоя сия (имя рек) и (имя рек) наставляя я на всякое дело благое. Яко милостивый и человеколюбец Бог еси, и Тебе славу воссылаем, Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков. Аминь» . Раскрывая смысл данного молитвословия, митрополит Антоний Сурожский пишет: «В первой молитве, которую священник произносит, мы вспоминаем Исаака и Ревекку. Почему же их выбрали? Потому, что по рассказу Ветхого Завета (Быт. 24) Авраам послал слугу на свою давно покинутую родину, чтобы разыскать невесту для сына. И Бог ему обещал показать знаком, кого избрать. Поэтому Ревекка была богоизбранной невестой для Исаака. И мы молимся о том, чтобы в данном случае и жених, и невеста были друг для друга богоизбранными, чтобы помимо того, что они друг другу нравятся, что у них одинаковые вкусы, им нравится внешность друг друга, их роднит положение в мире, в обществе – чтобы что‑то более глубокое было в основе их встречи» [3, с. 28–29].
По окончании первой молитвы, диакон призывает всех присутствующих преклонить головы перед Господом (Главы ваша Господеви приклоните) , а затем священник произносит вторую молитву: «Господи Боже наш, от язык предобручивый Церковь…» – В этой молитве Церковь молится о том, чтобы Сам Господь благословил нынешнее обручение, соединил и сохранил молодых в мире и единомыслии. По слову о. Антония, в этой молитве «Церковь молится… о том, чтобы им [жениху и невесте – С. М.] сохраниться в единомыслии, чтобы у них было одно желание, одно сердце, одна направленность, и чтобы им была дана твердая вера – вера друг во друга, вера в Бога, вера в возможную победу, в преодоление всех трудностей, которые между ними или вокруг них могут восстать» [3, с. 28].
До сего момента жених и невеста еще не надевают колец, символизирующих их неразрывную связь, но, наконец, данный момент наступает. Священник приносит от святого престола кольца и трижды «назнаменует» кольцом жены голову жениха со словами: «Обручается раб Божий… рабе Божией, во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа» – далее то же самое он совершает над невестой со словами: «Обручается раба Божия… рабу Божию, во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Аминь» . После этого происходит обмен кольцами. Стоит отметить, что, по чинопоследованию обручения, обмен кольцами должен проводить «восприемник» (от лица родителей); тем самым это символизирует, что согласие на брак жениха и невесты – это согласие и их родителей. Далее жених и невеста надевают кольца на правую руку друг друга, тем самым выражая свою свободную волю на совместную жизнь в любых обстоятельствах. После обручения священник читает достаточно продолжительную молитву: «Господи Боже наш, отроку патриарха Авраама сшествовавый в средоречии» , в которой священник опять вспоминает сюжеты из Ветхого Завета и просит Господа о благословении рук жениха и невесты, принявших кольца (по образу праведного Иосифа, принявшего перстень на власть в Египте), как символ брачного союза. После этого момента жених и невеста стоят на богослужении уже со свечами и с кольцами.
Чин обручения заканчивается сугубой (усиленной) ектенией, в молитве которой указывается на важность духовного единения новосоздающейся семьи со своей страной, с Церковью, друг с другом и со всеми христианами. Последнее прошение этой ектении звучит так: «Еще молимся о рабех Божиих (имя рек) и (имя рек), обручающихся друг другу» . По словам протоиерея Геннадия Нефедова, «обручение запечатлевает церковное признание намерений и чувств жениха и невесты, скрепляет данное ими друг другу слово своим благословением и молитвами…» [15, с. 149]. Отныне кольца на руках двух людей свидетельствуют не только об их неразрывной связи, об их обязанностях и взаимной любви друг к другу, но также и о том, что с ними теперь Сам Господь Иисус Христос и Его Святая Церковь, которая молится о них в своих святых молитвах. Как пишет митрополит Антоний Сурожский, «когда супруги обмениваются кольцами, они как бы говорят друг другу: «Я тебе доверяю безусловно, я тебе доверяю во всем, я себя доверяю тебе…» [3, с. 30]. После ектении священник произносит возглас: «Яко милостив, и Человеколюбец Бог ecu», а затем следует отпуст. На этом, собственно, заканчивается чин обручения, и наступает момент чина венчания – центральной части Таинства Брака.

Венчание

После завершения чина обручения, который совершается в притворе храма и знаменуется обменом колец между женихом и невестой, наступает момент чина венчания. Как отмечает протоиерей Геннадий Нефедов: «В последовании венчания отображена традиция церковного осмысления основ семейной жизни. Нераздельное жительство мужа и жены представляет собой путь подвижничества, путь постоянного упражнения и поучения в заповедях Господних. Цель его – слава Божия в делах человеческих…» [15, с. 150] Приступившие к Таинству новобрачные должны понимать, что, по сути, обратного хода уже нет, хотя они еще и не давали обетов, но определяющие шаги на пути к единению уже сделаны.
Жених и невеста выходят с возжженными свечами на середину храма, перед ними шествует священник с кадильницею и поет 127‑й псалом: «Блажени вcu боящиися Господа, ходящии в путех Его. Труды плодов твоих снеси: блажен еси, и добро тебе будет. Жена твоя, яко лоза, плодовита в странах дому твоего, сынове твои, яко новосаждения масличная, окрест трапезы твоея. Се тако благословится человек, бояися Господа. Благословит тя Господь от Сиона, и узриши благая Иерусалима вся дни живота Твоего, и узриши сыны сынов твоих. Мир на Израиля» с припевом: «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе!» В данном действии кадильный дым символизирует благодать Святого Духа, Который незримым образом нисходит на жениха и невесту. В середине храма расстилается белое полотенце (либо кусок белой материи), как символ единой и чистой радости и совместного жительства в браке. Священник поставляет на данное место жениха и невесту перед аналоем, на котором находятся Крест и Евангелие. Жених становится по правую сторону от аналоя, а невеста – по левую. Окончив пение псалма, священник обращается к жениху и невесте с поучительным словом непосредственно перед началом чина венчания. В своем поучительном слове священник говорит готовящимся обвенчаться о тайне брачного союза, о его сакраментальности и Божием освящении, а также раскрывает смысл священнодействий Таинства Брака. Данная речь направлена на то, чтобы жених и невеста наиболее ответственно настроились на участие в чине венчания. Необходимо со вниманием относиться к каждой молитве, каждому слову Таинства, так как эти слова – это учение Церкви, учение Самого Господа Бога, направленное на соединение в «плоть едину» жениха и невесты.
После поучительного слова священник, во‑первых, обращается с вопросом к жениху: «Имеешь ли, (имя рек), произволение, благое и непринужденное, и крепкую мысль взять себе в жену сию (имя рек), юже зде пред тобою видиши?» Данным вопросом священник выясняет, действительно ли жених добровольно и открыто готов принять на себя роль главы семьи, возложа на себя попечение о своей супруге и всей семьи в целом. Важно понимать, что только искренняя любовь к своей супруге и забота о ней и своей семье может стать основой счастливой семейной жизни. От главы семьи в дальнейшей совместной жизни потребуется и выдержка, и терпение, и самопожертвование, и именно о готовности к этому и спрашивает священник. Если жених к этому внутренне готов, то он отвечает: «Имею, честный отче» (по Требнику: «Имам, честный отче» ). Здесь мы добавим, что желательно, чтобы все слова и ответы, которые должны будут давать брачующиеся в ходе Таинства, они произносили бы в соответствии с Требником, так как это более корректно, с точки зрения устава и чинопоследования. К сожалению, бывают случаи, когда не совсем подготовленные к Таинству молодые не могут правильно ответить на вопросы священнослужителя, что, конечно же, не является грубым нарушением, но, в то же время, ставит в неловкое положение участников Таинства. Все‑таки человек верующий, христианин, должен следовать тем образцам, которые предлагает сама Церковь.
После первого вопроса священник снова вопрошает: «Не обещался ли еси иной невесте?» Как часто бывает, когда молодые люди признаются в любви друг другу, обещают друг другу прожить вместе всю жизнь, но после некоторого времени, когда чувства охладевают, они забывают свои же слова. Бывают ситуации, когда молодой человек обещает создать семью одной девушке, а в итоге женится на другой. Чтобы оградить готовящихся вступить в брак от возможных впоследствии конфликтов на данной почве и задается священником данный вопрос. Этим вопросом Церковь показывает, что человеку непозволительно безответственно давать такие обещания. По крайней мере, на момент совершения Таинства Брака ни жених, ни невеста не должны держать кого‑либо в заблуждении своими обещаниями вступить в брачный союз. Как поясняет данный вопрос священнослужителя протоиерей Геннадий Нефедов: «Вопрос предполагает и воспитательное значение для присутствующих, напоминая им, что подобными обещаниями шутить непозволительно» [15, с. 152]. Если таковых препятствий нет, то жених отвечает: «Не обещахся, честный отче» .
Теперь священник обращается к невесте. Сначала он задает первый вопрос: «Имаши ли произволение, благое и непринужденное, и твердую мысль пояти себе в мужа сего (имя рек), егоже пред тобою зде видиши?» Руководствуясь своей совестью и искренностью намерений, невеста также отвечает: «Имам, честный отче» . Священник вопрошает второй раз: «Не обещалася ли еси иному мужу?» Если невеста не имеет на душе обещаний другому, то она отвечает: «Не обещахся, честный отче» . Невеста также должна понимать всю степень важности и ответственности своего вступления в брак. Она первая и единственная помощница своего супруга в любых семейных делах и начинаниях. Более того, в некоторых ситуациях, жена, по необходимости, может брать на себя обязанности и бремя мужа. Верность своему супругу и готовность поддержать его в трудностях – вот те качества, которые необходимы для создания крепкой и надежной христианской семьи.
Получив подобающие ответы на заданные вопросы, священник (а в его лице и вся Церковь) может засвидетельствовать, что данный брак заключается по обоюдному добровольному согласию, и нет препятствий для его заключения. Протоиерей Геннадий Нефедов поясняет: «Вопросы и ответы эти нужны еще и потому, чтобы Церковь стала свидетелем добровольности вступления в совместное жительство супругов и чтобы не могли потом сказать люди, что венчание совершено по принуждению» [15, с. 152]. Конечно, можно возразить, что кто‑либо из венчающихся может ответить на вопросы положительно под давлением со стороны родственников, но в этом случае Церковь не будет причастна к обману. Вина в таком случае будет на принуждающих к такому браку. Господь Бог, как Сердцеведец, видит истинные намерения каждого человека.
Далее начинается непосредственно священнодействие чина венчания. Диакон обращается к священнику со словами: «Благослови, владыко» , – то есть просит благословения на начало последующих действий. Священник возглашает: «Благословенно Царство Отца, и Сына, и Святаго Духа…» Все в нашем мире происходит под водительством Промысла Божия, в том числе и данное браковенчание, и поэтому Церковь и прославляет Царство Пресвятой Троицы, так как Господь Бог всегда ниспосылает Свою благодать на новообразующуюся семью. Протоиерей Геннадий Нефедов пишет о смысле данного возглашения следующее: «Собравшиеся в храме христиане испрашивают у Бога, в Святой Троице прославляемого, спасения для новобрачных, благословения брачного союза, сохранения их телесной и духовной чистоты, доброчадия и священного покрова в совместной жизни» [15, с. 152].
После возгласа начинается мирная ектенья «Миром Господу помолимся» , которая состоит из целого ряда прошений, касающихся не только жениха и невесты, но также и всей Церкви в целом, так как каждый христианин (а тем более и семья) является неотъемлемой частью Тела Христова – Его Церкви.
Первое прошение (О свышнем мире и мире всего мира) как раз и является прошением обо всей Церкви, в нем испрашивается благословение для мира (небесного и земного). Далее идут прошения о мире для храма, в котором совершается браковенчание, для Патриарха для страны и, в конце – для новобрачных. Важно отметить, что Церковь в данном прошении указывает нам на определенную иерархию построения христианского общества, в которой каждое звено неразрывно связано с другим, образуя, тем самым, единый организм.
В следующем прошении Церковь вспоминает брак в Кане Галилейской (Ин. 2: 1–11), который посетил Сам Господь Иисус Христос и который Он благословил. О подобном благословении просит Церковь и в данном случае: «О еже благословитися браку сему, якоже в Кане Галилейстей, Господу помолимся» . Таким образом, в данном прошении Церковь молится о том, чтобы Господь Иисус Христос незримо посетил венчающихся, как Он сделал это, когда пришел в Кану Галилейскую. Это не единственный момент в Таинстве Брака, когда Церковь использует этот евангельский сюжет.
Далее, в целом ряде прошений Церковь молится о даровании новой семье целомудрия, чадорождения (О еже податися им целомудрию, и плоду чрева на пользу) , радости видеть свое потомство в духовном и физическом здравии (О еже возвеселитися им видением сынов и дщерей) .
В конце мирной ектении Церковь молится о даровании супругам пути ко спасению своих душ (О еже даровати имже и нам вся ко спасению прошения) и об избавлении их от всяческих недугов, скорбей и гнева (О еже избавитися имже и нам от всякия скорби, гнева и нужды) . Здесь необходимо понимать, что на протяжении жизни любая семья переживает различные трудности и испытания. Церковь своими молитвами просит Господа о помощи данным людям в их совместном жизненном пути. Господь, по Своей великой любви к людям и по молитвам Церкви, ниспосылает Свою помощь и благодать каждой семье, а вот дальнейшее зависит уже во многом и от самих супругов, от того, как они духовно прочувствовали смысл Таинства Брака. Размышляя о смысле Таинства Брака и о необходимых взаимоотношениях супругов, митрополит Антоний Сурожский пишет: «Те, кто верит в определенного Бога… будут искать осуществления брака по таким образцам, которые нам даны в христианской Церкви: брак как единство, брак как образ вечной жизни … Есть вечное измерение в браке, которое, может быть, лучше всего выразил французский писатель Габриель Марсель. Он пишет: «Сказать человеку: «Я тебя люблю» – то же самое, что сказать ему: «Ты будешь жить вечно, ты никогда не умрешь …» [3, с. 16–17]. Раскрывая смысл этой ектении, а также того, какую именно благодать дает Господь Иисус Христос новобрачным, протоиерей Геннадий Нефедов пишет: «Христовым ходатайством укрепляется каждый брак, как и брак первой супружеской четы, чтобы отпали от них все козни врага и чтобы в супружестве они подражали святости отцов… В помощь семье она [Церковь – С. М.] предлагает ходатайство Богоматери и святых, чтобы семья, ограждаемая силой Божией и молитвами святых, смогла накопить нравственные и благодатные силы, сконцентрировать физические и духовные усилия…» [15, с. 154]
После окончания мирной ектении священником произносятся три особых молитвы о сочетающихся браком. По Требнику, эти молитвы священник должен произносить «велегласно» , то есть громко, во весь голос, так как они предшествуют венчанию. Эти продолжительные и насыщенные молитвы включают в себя различные прошения о супругах, а также наполнены различными примерами и образами из Священного Писания.
Первая молитва начинается словами: «Боже Пречистый, и всея твари Создателю…» Она состоит из двух частей. В первой части священнослужитель воспоминает Бога, как Творца всех живых существ, как создателя Адама и жены его Евы, и заповедовавшего им плодиться и множиться, и наполнять землю, и владеть ею. Также Господь Бог прославляется, как Одаривший Авраама и Сарру чадом и Сделавший Авраама отцом многих народов. Далее, в молитве воспоминаются милости Божии по отношению к Его праведникам: Исааку и Ревекке, Иакову и Рахили, Иосифу и Асенефе, а также новозаветным праведникам – Захарии и Елисавете. Воспоминается рождение, по милости Божией, Пречистой Богородицы и приход Господа Иисуса Христа на брак в Кану Галилейскую. Таким образом, в первой части молитвы показаны милости Божии по отношению к людям в их семейной жизни, на примере ветхозаветных праведников. Во второй части молитвы священник обращается к Богу уже с прошениями об оказании милостей и помощи ныне венчающимся. В частности, священником испрашиваются для молодых «живот мирен, долгоденствие, целомудрие, друг ко другу любовь в союзе мира, семя долгожизненное, о чадах благодать, неувядаемый славы венец» .
Вторая молитва, начинающаяся словами «Благословен еси Господи Боже наш, Иже тайного и чистого брака священнодействителю» , во многом повторяет образы и прошения первой молитвы, но в то же время и дополняет первую новым содержанием и смыслом. Во время второй молитвы священнослужитель дважды упоминает имена венчающихся, с целью призвать им в помощь благодать Господа Бога: «Владыко Господи Боже наш, низпосли благодать Твою небесную на рабы Твоя сия, (имя рек) и (имя рек)… – А также: «Помяни, Господи Боже наш, раба Твоего (имя рек), и рабу Твою (имя рек), и благослови я» .
Третья молитва «Боже святый, создавый от персти человека» является самой короткой из этих трех молитвословий. Ее основной смысл – призыв к Господу Богу о сочетании брачующихся в единый духовный организм, единую плоть, чтобы все действия их направлялись общей благой волей. Приведем центральную часть этой молитвы: «Владыко, низпосли руку Твою от святаго жилища Твоего, и сочетай раба Твоего сего (имя рек), и рабу Твою сию (имя рек), зане от Тебе сочетавается мужу жена. Сопрязи я [их – С. М.] в единомудрии, венчай я в плоть едину, даруй има плод чрева, благочадия восприятие» . Но в этих молитвах есть и иной смысл, вернее, другой адресат. Это не только призыв к Богу о милости и помощи жениху и невесте, но и обращение Церкви к ним самим, с теми же призывами, с которыми Церковь обращается к Господу Богу. Митрополит Антоний Сурожский пишет об этом от лица всей Церкви: «Мы призываем всех новобрачных, всякого жениха и всякую невесту верить в любовь, верить друг во друга с такой силой, с такой глубиной, чтобы свидетельствовать, чего бы это ни стоило, о любви, о единстве, о том, что все может победить истинная любовь» [3, с. 36].
Наконец, после завершения чтения молитв, священник приступает к главному священнодействию Таинства Брака. Он благословляет брачный союз именем Пресвятой Троицы. Наступает тайносовершительный момент венчания, центральное место всего Таинства Брака. Священник берет венец и благословляет им вначале жениха со словами: «Венчается раб Божий (имя рек), рабе Божией (имя рек), во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, аминь» . Далее, таким же образом священник венчает и невесту, произнося: «Венчается раба Божия (имя рек), рабу Божию (имя рек), во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, аминь» . Данное благословение священник произносит трижды. Далее священник трижды произносит: «Господи Боже наш, славою и честию венчай я (их)» . Этими словами окончательно запечатлевается Таинство Брака. О смысле действий священника в этот момент протоиерей Николай Малиновский пишет следующее: «Венчание и молитвенное благословение союза брачующихся священником составляют тот видимый покров, или образ, под коим сообщается сочетавающимся невидимая благодать Св. Духа, освящающая их брачный союз» [13, с. 251]. Отныне и до конца жизни супруги становятся единым телом, единым духовным организмом, призванным всею своею жизнью прославлять Бога, и жить по Его заповедям, и продолжать свой род. Жених и невеста становятся мужем и женой и, по образу союза Господа Иисуса Христа и Церкви, становятся малой, домашней Церковью, родоначальниками новой христианской семьи. Данный союз соединил не просто священник – его соединила сама Церковь, Сам Господь Бог, а что Бог сочетал, того человек да не разлучает (Мф. 19: 6).
Необходимо сказать несколько слов и о значении венцов, которые при тайносовершительных словах священника накладываются на главы новобрачных. Эта традиция достаточно древняя и имеет свое символическое значение, о котором подробно говорит о. Антоний Сурожский: «В древности каждый раз, когда бывал праздник… люди надевали венцы из цветов. Сейчас это практикуется и при венчании церковном, например, у греков, которые не носят, как мы, при венчании золоченые короны, а надевают венцы из живых цветов. Но кроме этого венцы имеют два других значения… В день, когда совершается венчание, устанавливается, с точки зрения государственной, в понимании древних, новая единица, суверенная, свободная, полноправная – происходит, в полном смысле, венчание на царство . Но есть еще и другое значение в этих венцах… Жизнь требует терпения, стойкости; осуществление любви, осуществление единства, осуществление своего свободного царственного стояния в обществе – все это требует мужества, а порой и подвига. Мы молимся о том, чтобы пришло время, когда, выдержав испытание жизни во всей ее сложности – а сложнее, чем осуществление совершенной любви, ничего нет – жених и невеста венчались в вечности венцами мученичества. Мы понимаем мученичество как страдание, но слово мученичество… в первую очередь, означает не страдание, но свидетельство» [3, с. 36]. Теперь мы видим, насколько велико значение венцов, которые возлагаются на головы венчающихся. Объясняя смысл возложения венцов на жениха и невесту в чине венчания, священник Димитрий Левашов обращается к супругам‑христианам со следующими словами: «Христианские супруги! Вы произнесли пред Богом обет взаимной верности; священнослужитель, возложив на вас венцы, молил Господа, чтобы Он славою и честию венчал вас, т. е. соделал союз ваш честным, славным и ненарушимым до конца вашей жизни, чтобы ваша любовь и верность сияли, как светлые венцы. Не бесславьте же себя семейными раздорами, неприличною бранью и грубым обхождением; не бесчестьте имени христианского гнусным развратом; верьте, что Господь дарует боящимся Его и временное счастие, и вечное блаженство» [11, с. 7]. В связи с этим, необходимо благоговейное отношение к этим символам брака, как со стороны жениха и невесты, так и со стороны их свидетелей. Недопустимо во время чина венчания держать их неблагоговейно, играть ими и т. п. Все это является кощунством по отношению к священному Таинству Брака.
После тайносовершительных слов священник произносит прокимен: «Положил еси на главах их венцы, от камений честных, живота просиша у Тебе, и дал еси им» . За произношением прокимна начинается чтение Священного Писания для разъяснения смысла Таинства Брака и для укрепления веры мужа и жены. Этот момент также является одним из главных в чинопоследовании венчания, так как Священное Писание является Откровением Божиим к людям и основой жизни христиан.
Вначале читается отрывок из Послания апостола Павла к Ефесянам, для удобства мы приведем его полностью: Благодарите всегда за все Бога и Отца, во имя Господа нашего Иисуса Христа, повинуясь друг другу в страхе Божием. Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела. Но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем. Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего‑либо подобного, но дабы она была свята и непорочна. Так должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя. Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь, потому что мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его. Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви. Так каждый из вас да любит свою жену, как самого себя; а жена да боится своего мужа (Еф. 5: 22–33). Как видим, в данном отрывке апостол уподобляет супружеский союз союзу Господа Иисуса Христа и Церкви, а также разъясняет основные обязанности супругов по отношению друг к другу. Митрополит Антоний Сурожский так объясняет чтение именно этого отрывка на венчании: «Это послание, с одной стороны, говорит об очень глубоких отношениях между Церковью и Христом. Христос пришел на землю спасти человечество; Бог стал человеком, и спасение это Он совершает ценою Своей жизни и Своей смерти. И это первое, о чем должны думать мужья, когда они вступают в брак: им вручается Богом хрупкое существо, которому они сказали: «Я тебя люблю» – и эта любовь должна быть такова, что муж готов всем пожертвовать, всей своей жизнью, из‑за любви к жене и по любви к своим детям… Вы видите, что в этом послании говорится не о владычестве мужа и подчиненности жены, а о такой взаимной любви, которая является жертвенной, героической любовью мужа и на которую жена может ответить такой же жертвенной любовью» [3, с. 37–38]. Особенно стоит отметить, что данный отрывок из Апостола говорит супругам не о том, что власть мужа над женой должна быть безоговорочной, а, в первую очередь, о том, что она должна быть преданной и жертвенной; такой же любовью должна быть и любовь жены к мужу.
За чтением Апостола следует чтение из Евангелия от Иоанна, повествующее о приходе Господа Иисуса Христа на брак в Кану Галилейскую. Также приведем этот отрывок полностью, так как готовящимся к заключению брачного союза необходимо понимать все части богослужения Таинства Брака: На третий день был брак в Кане Галилейской, и Матерь Иисуса была там. Был также зван Иисус и ученики Его на брак. И как недоставало вина, то Матерь Иисуса говорит Ему: вина нет у них. Иисус говорит Ей: что Мне и Тебе, Жено? еще не пришел час Мой. Матерь Его сказала служителям: что скажет Он вам, то сделайте. Было же тут шесть каменных водоносов, стоявших по обычаю очищения Иудейского, вмещавших по две или по три меры. Иисус говорит им: наполните сосуды водою. И наполнили их до верха. И говорит им: теперь почерпните и несите к распорядителю пира. И понесли. Когда же распорядитель отведал воды, сделавшейся вином, – а он не знал, откуда это вино, знали только служители, почерпавшие воду, – тогда распорядитель зовет жениха и говорит ему: всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее; а ты хорошее вино сберег доселе. Так положил Иисус начало чудесам в Кане Галилейской и явил славу Свою; и уверовали в Него ученики Его (Ин. 2: 1–11). Как тайносовершительные слова являются центральной частью Таинства Брака, так и данный отрывок является центральной частью учения Церкви о браке. Именно поэтому чтение данного места из Евангелия так важно в чине венчания. В данном отрывке всем людям дается ясное свидетельство того, что Сам Господь благословил Своим присутствием законный брак и, тем самым, указал на его важность в жизни людей. Господь не просто посетил данную свадьбу; Он совершил там Свое первое чудо, претворив воду в вино. Протоиерей Геннадий Нефедов так объясняет символическое значение данного чуда по отношению к браку: «Осуществляется благой, премудрый, кроткий и милостивый замысел Самого Христа, взаимодействующего со Своей малой, домашней церковью и претворяющего «воду» обыденной семейной жизни в «вино» правды Царства Божия» [15, с. 156]. Проводя аналогию между этим евангельским сюжетом (особенно чудом претворения воды в вино) и жизнью людей в браке, митрополит Антоний Сурожский делает следующее наставление молодым супругам: «Когда радости вашей начнет приходить конец, когда вы уже почувствуете, что вы друг другу дали все, что вы только могли дать, что нового вы ничего не можете сказать, что вы можете только повторять: «Я тебя люблю» , выразить это не можете по‑новому, тогда прислушайтесь глубоко к тому, что Он [Господь Иисус Христос – С. М.] вам скажет, – и что бы Он вам ни сказал, то сделайте; и тогда вода обычной жизни – серость жизни, бесцветность ее – вдруг просияет» [3, с. 41]. Таким образом, о. Антоний показывает нам, что образ воды и вина в данном евангельском сюжете имеет непосредственное отношение к жизни людей в браке, то есть это чудо не случайно, а прооброзовательно. Вода жизни, которая утратила свой вкус и яркость, может быть претворена супругами в вино радости, но для этого необходимы не только собственные усилия, но и помощь Божия.
По окончании чтения Евангелия произносится краткая сугубая ектения «Рцем вси» (то есть говорим все, просим все ), первое прошение которой полностью звучит так: «Рцем вси от всея души, и от всего помышления нашего рцем» . В этой ектении священник от лица всех верующих, всей Церкви просит Господа Бога даровать новобрачным милости, жизнь, мир, здоровье, спасение для жизни вечной. Органичным дополнением к этой ектение является дальнейшее чтение священником особой молитвы, в которой он просит Бога сохранить новую семью в мире и единомыслии и сподобить ее к жизни по заповедям Божиим. Эта молитва начинается словами «Господи Боже наш, во спасительном Твоем смотрении» и снова затрагивает чудо Господа в Кане Галилейской. Как, придя на брачный пир, Господь освятил Его Своим присутствием, так и ныне Церковь еще раз молит Господа посетить новую семью Своим благодатным незримым присутствием. Особенно интересно последнее прошение данной молитвы, в котором священник произносит: «Сподоби я (их) в старости маститей достигнути, чистым сердцем делающе заповеди Твоя» . Здесь мы видим, что Церковь молит Господа не только о том, чтобы супруги достигли старости, но и чтобы они всю прожитую вместе жизнь вели себя благочестиво и тогда, как результат, сподобились бы почтенной старости. О том, как прожить всю жизнь благочестиво и достичь почтенных лет, протоиерей Геннадий Нефедов пишет следующее: «Супруги смогут достичь почтенной старости в мире и единомыслии, если в их душах воссияло и всегда сохраняется ощущение присутствия в их жизни Бога. К Нему‑то и направляет Церковь сердца новобрачных прошениями…» [15, с. 157]
Далее читается молитва «Отче наш» , в которой новобрачные выступают уже как единая плоть, готовые служить Господу и жить по Его заповедям. По окончании молитвы священник возглашает: «Яко Твое есть Царство… Мир всем. Главы ваша Господеви приклоните» . В этот момент участники Таинства должны склонить свои головы в знак смирения и почтения ко Господу. Наступает момент для принятия общей чаши.
Общая чаша – это чаша с красным вином, которая будет преподана жениху и невесте в знак их единения. Сначала священник произносит молитву: «Боже, вся сотворивый крепостию Твоею, и утвердивый вселенную, и украсивый венец всех сотворенных от Тебе, и чашу общую сию подаваяй сочетавающимся ко общению брака, благослови благословением духовным» . При произнесении последних слов «Благослови благословением духовным» – священник единократно благословляет чашу с вином. Вслед за благословением священник произносит в полный голос: «Яко благословися Твое имя, и прославися Твое Царство, Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков» . Далее священник троекратно дает испить вина из данной чаши обоим супругам – вначале мужу, как главе семьи, а потом жене, как его помощнице. У данного действия есть целый ряд духовных смыслов, которые необходимо знать каждому из супругов. Во‑первых, испитием данной чаши Церковь вспоминает чудо претворения Господом воды в вино на браке в Кане Галилейской. Во‑вторых, общая чаша неслучайно испивается обоими супругами – это знак их единства во всей предстоящей жизни. Само вино, по своему вкусу, с одной стороны – сладко, а с другой – горько; поэтому совместным испитием из общей чаши вина супруги свидетельствуют о том, что они не просто будут едины, а будут едины во всех жизненных ситуациях – и в радостях, и в печалях. Разъясняя смысл общей чаши, протоиерей Серафим Слободской пишет: «Сочетающиеся браком пьют вино из одной подаваемой им чаши в знак того, что с этих пор они должны жить единодушно, деля вместе радость и горе» [35, с. 672]. Еще один смысл преподания общей чаши нам раскрывает митрополит Антоний Сурожский: «Это воспоминание о том времени, когда бракосочетание совершалось во время литургии, и эта чаша – то, что осталось от древнего обычая: жениху и невесте причащаться вместе. С тех пор чин развился» [3, с. 43]. Действительно, в первые века существования Христианской Церкви очень многие Таинства и обряды совершались непосредственно на литургии. В том числе это касается и чина венчания. Поэтому общая чаша – это, в частности, образ того совместного причащения жениха и невесты, которое происходило в ранней Церкви. Однако, как мы уже сказали, принятие общей чаши имеет несколько смыслов. Подтверждая единое мнение Церкви о том, что главный духовный символ общей чаши – это единение супругов во всех жизненных ситуациях, митрополит Антоний Сурожский добавляет: «В древности говорили о том, что чаша, которая испивается, представляет собой человеческую судьбу. И вот «пить чашу до дна» – это значит разделить судьбу до самого дна, то есть до самой глубины приобщенности. И жених с невестой так именно приобщаются этой чаши…» [3. с. 43] С практической стороны, жених и невеста должны благоговейно и трепетно отнестись к этой части богослужения. Вино в чаще терпкое и поэтому может возникнуть ситуация, когда от продолжительного молчания во время богослужения у жениха или невесты выпитое вино вызывает кашель или першение в горле. Этого не стоит смущаться, но, по возможности, необходимо быть готовым к принятию сего напитка. В заключение рассказа об общей чаше заметим, что эта часть богослужения венчания является одной из самых красивых и символичных, что в том числе, чувствуют на себе и молодые. Испивая из одной чаши, они уже в этот момент внутренне понимают смысл единения в браке – все делать и все переживать вместе. Также отметим, что данная древняя церковная традиция сохранилась только в Православной Церкви. Не говоря о различных протестантских деноминациях, к сожалению, заметим, что даже Римо‑Католическая Церковь не имеет в своем богослужении венчания чина испития общей чаши.
За общей чашей следует еще одна древняя и красивая часть богослужения Таинства Брака. Священник соединяет правую руку мужа с правой рукой жены, покрывает их руки епитрахилью и поверх ее кладет свою руку. Это символ того, что посредством священника, а в его лице и всей Церкви и Самого Господа Иисуса Христа, муж получает жену, а жена соединяется с мужем в благословенном браке.
Соединив руки супругов, накрыв их епитрахилью и держа на ней свою руку, священник трижды обводит новобрачных вокруг аналоя. Жених и невеста должны идти за священником аккуратно, не спеша, сохраняя расположение рук под епитрахилью. За молодыми шествуют их свидетели, которые держат венцы над их головами.
Образ круга – это символ вечности, именно о вечном соединении супругов и молится Церковь. Троекратное обхождение совершается во славу Пресвятой Троицы, таким образом, Сама Пресвятая Троица становится свидетелем заключенного супружеского союза. При каждом из трех обхождений священник поет определенный тропарь, каждый из которых включает в себя определенные символы и образы, связанные с жизнью Церкви и новобрачных. При первом обхождении аналоя поется тропарь «Исаие, ликуй» . Приведем его полный текст, так как молодым важно знать, о чем молится Церковь в момент их соединения в «плоть едину»: «Исаие, ликуй, Дева име во чреве, и роди Сына Еммануила, Бога же и человека, Восток имя Ему: Егоже величающе, Деву ублажаем» . В этом тропаре прославляется Пречистая Богородица, принявшая участие в воплощении Сына Божия. Церковь неслучайно вспоминает в данный момент Богородицу, так как именно Ее заступничество и молитвы (в том числе и за семью) особо сильны перед Господом. Святой пророк Исаия вспоминается здесь в связи с тем, что именно он пророчествовал народу Израиля о рождении Мессии от Девы. Также пением этого тропаря Церковь призывает молодых всегда обращаться с молитвой к Господу Иисусу Христу и Его Пречистой Матери. При втором обхождении поется тропарь «Святии мученицы»: «Святии мученицы, добре страдальчествовавшии, и венчавшиися, молитеся ко Господу, помиловатися душам нашим» . В этом тропаре прославляются и призываются в помощь семье молитвы святых подвижников и мучеников христианской Церкви, которые увенчали свою земную жизнь славой Господней. Церковь молит о том, чтобы ее святые помогли новой семье сохранить свою любовь и крепость навсегда. С другой стороны, данным песнопением Церковь призывает и самих новобрачных быть готовым к мученичеству за свою вторую половину так, как пострадали за веру Христову святые. Протоиерей Глеб Каледа, объясняя смысл данного молитвословия Церкви о новобрачных, писал о том, что любовь христиан в браке – это не только радость, но во многом и подвиг, в том числе и в охранении семьи от соблазнов и искушений. Отец Глеб отмечал, что на венчании Церковь всегда вспоминает мучеников с особым смыслом – как они страдали за Христа, так и супруги должны быть готовы на мученичество ради своей любви. Святитель Иоанн Златоуст в одной из бесед прямо говорит о том, что муж не должен останавливаться ни перед каким мучением и даже смертью, если это нужно для блага жены. Брак сравнивается с любовью к Церкви Христа, Который предал Себя за нее (Еф. 5: 25). По поводу второго тропаря, в котором также говорится о венчании, протоиерей Геннадий Нефедов замечает: «Венцы, осеняющие новобрачных, напоминают о венцах мучеников; над венцами возвышается крест. В совместной супружеской жизни им предстоит нести общий крест, смирять свое самолюбие, быть строже к себе, снисходительнее к супруге (к супругу), терпеть многие трудности, неизбежные на жизненном пути» [15, с. 158]. Таким образом, в браке супруги отчасти уподобляются мученикам христианской Церкви. При третьем обхождении поется следующий тропарь: «Слава Тебе, Христе Боже, апостолов похвало, мучеников радование, ихже проповедь, Троица Единосущная» . В данном песнопении воссылается особое благодарение Господу Иисусу Христу об удачном совершении Таинства Брака и о рождении новой христианской семьи. Почему же в Таинстве Брака так часто используется цифра три? Это и троекратное отпитие из общей чаши, и троекратное хождение вокруг аналоя и т. д. Отвечая на этот вопрос, о. Антоний Сурожский пишет: «Число «три» в Ветхом Завете, как и в Новом, означает полноту времени… Так и тут – жених и невеста три раза ведутся вокруг аналоя, на котором лежит Евангелие; а Евангелие – это, с одной стороны, слово Божие, то, что проповедано нам Христом, а с другой стороны, оно как бы икона, потому что Христос называется Божиим Словом : Он должен быть в центре того шествия, которое представляет собой человеческая жизнь» [3, с. 44]. В результате, мы видим, что троекратное хождение вокруг аналоя – это символ того, что новая семья будет вместе во все времена, во всю полноту дней земных и небесных. Центром же этой жизни должен быть Сам Господь Иисус Христос и Его Церковь, Его учение. К сожалению, и эта древняя христианская часть Таинства Брака вычеркнута из жизни других христианских конфессий.
После троекратного обхождения вокруг аналоя наступает завершительная часть чина венчания. Священник возвращает на свое место новобрачных и снимает с них венцы (все это время их держат над головами супругов свидетели): сначала с мужа, потом с жены, обращаясь к каждому по отдельности со словом приветствия. Мужу священнослужитель говорит следующие слова: «Возвеличися женише, якоже Авраам, и благословися, якоже Исаак, и умножися, якоже Иаков, ходяй в мире и делаяй в правде заповеди Божия» . Жене священник говорит следующее: «И ты, невесто, возвеличися, якоже Сарра, и возвеселися, якоже Ревекка, и умножися, якоже Рахиль. Веселящися о своем муже, хранящи пределы закона: зане тако благоволи Господь» . В данном обращении священник особо отмечает величие жениха, как главы семьи и исполнителя заповедей Божиих, а также величие невесты, как помощницы мужа и хранительницы пределов (границ) семейного закона. В качестве примеров и образцов для жизни приводятся ветхозаветные праведники и праведницы. Об этом же митрополит Антоний Сурожский пишет: «Жениху предписывается ходить в мире и совершать в правде заповеди Божии, невесте – радоваться о своем муже и жить достойно заповедям Господним» [3, с. 44].
После снятия венцов священник читает две молитвы. В первой молитве «Боже, Боже наш, пришедый в Кану Галилейскую» священник, вспоминая благословение брака в Кане Галилейской, молится о новом браке, молится о том, чтобы Господь благословил новобрачных и дал им долгих лет жизни. Особенно примечательны заключительные слова молитвы: «Восприими венцы их в Царствии Твоем, нескверны, и непорочны, и ненаветны соблюдаяй, во веки веков» . Данными словами молитвы Церковь еще раз свидетельствует свою веру в то, что брак, заключенный на земле, таинственным для нас образом, переходит и в жизнь вечную, что еще более повышает его значимость. После первой молитвы священник возглашает: «Мир всем. Главы ваша Господеви приклоните» . При этих словах все участники Таинства должны склониться в почтении и уважении к Господу. Во второй молитве «Отец, Сын, и Святый Дух, Всесвятая, и Единосущная, и Живоначальная Троица» священник просит особой милости Божией новобрачным, дарования им долгих лет жизни, добрых детей и различных благ. Обращается он также в словах этой молитвы и к Пречистой Богородице, и всем святым, прося и у них помощи новой семье. По поводу этих двух молитв о. Антоний Сурожский говорит следующее: «Здесь снова нам раскрывается Святая Троица, как Учредитель, Охранитель и как Образ совершенной взаимной любви, Троица Единосущная, Которая по любви и по природе Едина, Которая дает жизнь, Которая благословляет нас… И затем мы просим о таких простых вещах, как долгая жизнь, добрые дети, преуспеяние в жизни, умножение веры и всех сущих на земле благ» [3, с. 45].
После молитв наступает момент, когда молодые целуют друг друга. После этого диакон возглашает «Премудрость» , а хор пропевает «Честнейшую Херувим» .
В завершение чина венчания следует отпуст, в котором вспоминаются, в частности, равноапостольные Константин и Елена, а также мученик Прокопий, который призывал идти на смерть за Христа, как на брачный пир. Приведем текст отпуста полностью: «Иже в Кане Галилейстей пришествием Своим честен брак показавый, Христос, истинный Бог наш, молитвами Пречистыя Своея Матери, святых славных и всехвальных апостол, святых боговенчанных царей и равноапостолов, Константина и Елены: святого великомученика Прокопия, и всех святых, помилует и спасет нас, яко благ и Человеколюбец» . Здесь мы вновь встречаем евангельский сюжет о браке в Кане Галилейской, который проходит через все чинопоследование Таинства Брака. Образы святых Константина и Елены приводятся здесь в качестве образца для подражания молодым, в деле их ревности и трудам во славу Божию. После отпуста, по древнехристианской традиции, начинают поздравлять новобрачных их родные, друзья и гости, присутствовавшие на браковенчании; супругам дарят цветы и желают счастливой семейной жизни. Митрополит Антоний Сурожский пишет: «Затем поется многолетие: Многая, многая лета жизни – подвижнической, чистой, достойной и Бога, и той взаимной любви, которая привела к браку жениха и невесту» [3, с. 47].
В раннехристианскую эпоху, через восемь дней после венчания с новобрачных снимались венцы, но в наше время этот чин совершается сразу после отпуста. Объясняя историческое развитие чина разрешения венцов, протоиерей Геннадий Нефедов пишет: «В древности, вступившие в брак семь дней носили венцы, и в восьмой день священник с молитвой снимал их, подобно другому древнему обычаю, когда новокрещеные семь дней носили белую одежду, а в восьмой, по благословению священника, снимали ее» [15, с. 158]. Чин разрешения венцов достаточно небольшой по продолжительности. Сначала священник читает определенную молитву «Господи Боже наш, венец лета благословивый» , затем священник возглашает «Мир всем» . Последней читается еще одна молитва: «Согласная достигше раби Твои, Господи, и последование совершивше в Кане Галилейстей брака, и спрятавше, яже в нем знамение, славу Тебе возсылают, Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков. Аминь» . Таким образом, совершая чин «разрешения венцов», священник еще раз благословляет новообразованную семью и молится об укреплении их брачного союза. Церковь еще раз вспоминает брак в Кане Галилейской, еще раз напоминает о сакраментальном значении данного события и благодарит Пресвятую Троицу за радость рождения новой семьи. За последней молитвой следует еще раз отпуст. После завершения чина «разрешения венцов» Таинство Брака завершено. Теперь уже нет жениха и невесты, нет отдельных, чужих друг для друга людей, теперь родилось новое тело, новая плоть, близкие друг для друга люди, призванные Церковью и Богом к совместному пути в Царствие Небесное.

Свадебная трапеза

После окончания Таинства Брака новобрачные возвращаются в свой дом, где их встречают родители жениха и невесты. По традиции, супругам преподносят хлеб‑соль и благословляют иконами Господа Иисуса Христа и Богородицы на счастливую семейную жизнь. Новобрачные целуют руки родителей и входят в свой дом, чтобы поставить в передний угол иконы и зажечь перед ними лампаду. После этого начинается свадебная трапеза, на которуюсобираются родственники, друзья новобрачных и приглашенные гости. Что касается непосредственно поведения на свадебной трапезе, то по этому поводу Церковь дает некоторые рекомендации. Так, по 53‑му правилу Лаодикийского собора: «Не подобает на браки ходящим (то есть даже родственникам жениха и невесты, и также гостям) скакати или плясати, но скромно вечеряти и обедати, как прилично христианам». Необходимо понимать, что свадебная трапеза – это христианская традиция, и на ней не подобает себя вести так, как обычно ведут себя люди на светских гуляньях. На свадебной трапезе должно радоваться за молодых, желать им всяческих успехов в совместной жизни, можно выпить за их счастливую семейную жизнь, но при всем при этом, необходимо соблюдать религиозное благочестие и умеренность. Свадебный пир должен быть лишен всякого невоздержания, разгула, неприличия в поступках и словах и т. п. Святитель Иоанн Златоуст, обращаясь к одному из организаторов брачного пира, говорит следующее: «Видишь ли, с каким благочинием в древности совершались браки? Послушайте вы, пристрастившиеся к сатанинским забавам и с самого начала опозоривающие честность брака: были ли тогда свирели, были ли кимвалы, были ли пляски бесовские? Скажи мне: зачем ты тотчас вводишь в дом такой срам и созываешь лицедеев и плясунов? Чтобы этою безвременною роскошью и целомудрие девицы, оскорблять и юношу сделать бесстыднее? И без таких распалений трудно этому возрасту спокойно выдерживать бурю страстей» [25, с. 8]. Важно отметить, что далее святитель Иоанн Златоуст указывает на отличительную черту христианского брачного пира, – духовное веселье: именно на этом и следует сделать акцент участвующим в данном событии. В другом месте святитель Иоанн Златоуст пишет: «Умоляю вас… не следуйте принятым обычаям. Знаю, что многие, ссылаясь на эти обычаи, не хотят и слушать наших слов; несмотря на то, мы обязаны сказать, что полезно и что может избавить от будущих наказаний. Где столь великий вред для души, для чего тут указываешь ты мне на обычай? Вот и я предлагаю тебе обычай гораздо лучший, соблюдавшийся в древности, когда люди еще не имели таких понятий… о благочестии… Не будем же срамить самих себя, не будем нарушать досточтимости брака» [25, с. 9–10]. Святитель Иоанн Златоуст особенно выделяет значение брачного пира в деле дальнейшего устроения семейной жизни, отмечая, что, как будет проведен брачный пир, так и будут устраиваться житейские дела. В конце XIX столетия святая мученица, царица Александра Федоровна, писала: «День свадьбы нужно помнить всегда и выделять его особо среди других важных дат жизни. Это день, свет которого до конца жизни будет освещать все другие дни. Радость от заключения брака не бурная, а глубокая и спокойная. Над брачным алтарем, когда соединяются руки и произносятся святые обеты, склоняются ангелы и тихо поют свои песни, а потом они осеняют счастливую пару своими крыльями, когда начинается их совместный жизненный путь» [9, с. 2]. Здесь также можно выделить указание на то, что радость (в том числе и на свадебном пире) должна быть не бурной и безудержной, а глубокой и спокойной.
Есть и еще одна добрая традиция в праздновании браковенчания. Так, например, если венчающий пару священник является для них знакомым или духовником, и если он не занят на службе, то молодые могут пригласить на свадебную трапезу и его. В таком случае, празднование браковенчания станет еще более мирным и благопристойным.
Свадебная трапеза – это, конечно же, не часть Таинства Брака; однако с этим Таинством она имеет некое духовное единение, так как следует непосредственно за ним. Таким образом, Церковь и призывает новобрачных, а вместе с ними и всех христиан, отмечать данное событие торжественно, спокойно и благоразумно, не выходя за пределы христианского благочестия. Следует также помнить и о том, что Господь Иисус Христос незримо пребывает на всяком христианском брачном пире, как присутствовал Он на брачном пире в Кане Галилейской и как обещал Своим ученикам: Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф. 18: 20).

Семейная жизнь

Задачи и цели супружеской жизни

По окончании свадебных торжеств супруги вступают в будни семейной жизни. Первый этап совместной жизни, как правило, характеризуется двумя основными моментами. С одной стороны, в этот период супруги живут преимущественно чувственными отношениями. С другой стороны, между супругами происходит своеобразная «притирка» характеров и интересов. С точки зрения Православной Церкви, уже на этом первом этапе супругам необходимо четко осознать цели и задачи своей совместной жизни. Так, например, святитель Иоанн Кронштадтский в напутственном слове к новобрачным призывал их сразу же осознать главную цель Таинства Брака: «Цель высокая и святая: отныне вы делаетесь одушевленными орудиями Божественной благости и всемогущества, ибо чрез мужа и жену всеблагий Творец призывает к бытию и жизни разумные создания, будущих Его чад и наследников Царствия Божия; и вы, если и вас Господь благословит ими, должны будете воспитать их в правилах православной веры и жизни христианской, служа для них, прежде всего, сами примером веры, благочестия и страха Божия; и друг для друга вы должны быть примером кротости и незлобия, воздержания, благодушия, честности и трудолюбия, покорности Божией воле, терпения и упования; помогайте друг другу; берегите друг друга, снисходите один другому, покрывая немощи друг друга любовию» [34, с. 70]. По учению святых отцов Православной Церкви, существует целый ряд таких целей и задач, к достижению которых и призвана каждая христианская семья.
Помимо конкретных супружеских обязанностей, вначале необходимо отметить те задачи, которые должны быть решены каждым из супругов, если они желают создать действительно крепкую христианскую семью. Также необходимо показать и те цели, которых супруги должны достичь жизнью в браке.
Во‑первых, одной из задач для каждого из супругов является самопожертвование во имя своей второй половины. Именно самопожертвование в любой жизненной ситуации делает семью наиболее крепкой, так как каждый из супругов готов отдать жизнь за свою вторую половину. Самопожертвование вытекает из главной христианской добродетели – любви к ближнему своему , а это уже прямая заповедь Христа. Святой праведный Алексий Мечев говорил о том, что в семейной жизни каждый должен совершенно забывать себя, думать только о других и такое отношение друг к другу членов семьи между собою скрепит семью так, что все ее члены почувствуют, что каждому из них без других жить невозможно. Самопожертвование – это то, что явил Свой земной жизнью Сам Господь Иисус Христос, Который пострадал за Свою Церковь и все человечество. Именно поэтому стяжание самопожертвования является одной из главных задач в христианском браке. Отмечая важность этого момента в жизни супругов и выделяя особую глубину этого качества, митрополит Антоний Сурожский пишет: «Есть еще одна сторона любви… жертвенность . Не в том смысле, в котором мы обычно о ней думаем; например, что человек, который любит другого, готов на него работать, лишать себя чего‑нибудь, чтобы тот получил нужное… Нет, та жертвенность, о которой я говорю, более строга, она относится к чему‑то более внутреннему. Она заключается в том, что человек готов, по любви к другому, отойти в сторону. И это очень важно… Любящий должен принять тайну прошлого [того, кого он любит – С. М.], как тайну, и ее уберечь, ее сохранить, должен допустить, что в прошлом были такие отношения любимого человека с родителями, с друзьями, с подругами, такие события жизни, к которым он будет причастен не иначе, как оберегающей, ласковой, почтительной любовью. И здесь начинается область, которую можно назвать областью веры: веры не только в Бога, а взаимной веры одного человека в другого» [3, с. 20–21]. Как видим, о. Антоний соединяет жертвенность с верой в человека; а это значит, что, если человек не готов жертвовать собой ради своей второй половины, то он и не верит в нее.
Во‑вторых, общей задачей для каждого из супругов является взаимопонимание, или духовное единение , в результате которого два человека (муж и жена) всегда живут и действуют вместе, как одно тело, как один организм. К единству в браке призывает и Православная Церковь. Святитель Григорий Богослов пишет: «Связанные узами супружества, заменяем мы друг другу и руки, и слух, и ноги. Супружество и малосильного делает вдвое сильнее… Общие заботы супругов облегчают для них скорби; и общие радости для обоих восхитительнее. Для единодушных супругов и богатство делается приятнее; а в скудости самое единодушие приятнее богатства. Для них супружеские узы служат ключом целомудрия и пожеланий, печатию необходимой привязанности» [24, с. 287]. Очень важно отметить, что, по словам святителя Григория Богослова, даже бедность не может разрушить христианскую семью, если только супруги в ней живут как одно тело. Святитель Лука (Войно‑Ясенецкий) по поводу единства в христианской семье писал следующее: «Мужчина и женщина должны стать в браке одним телом и одной душой. Из их союза должно родиться нечто высшее, соединив все доброе и великое, что есть в каждом из них. Это ли не обогащение?! Это ли не благодать Божия?! Не в этом ли вся тайна брака, глубочайшее значение брачного союза?» [26, с. 258] Действительно, если сама Церковь является Телом Христовым, таинственным для нас образом соединенная с Ним, то и христианская семья должна так же уподобиться союзу Церкви и Христа, став одним (единым) телом. Эта обязанность христианских супругов также вытекает из главной заповеди Господа Иисуса Христа: Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга (Ин. 13: 34).
В‑третьих, задачей христианского брака является удаление от страсти блуда и различных чувственных искушений, то есть целомудрие . По этому поводу Православная Церковь едина в своем мнении и неоднократно его высказывала. Только находясь в законных и освященных Церковью брачных отношениях, супруги имеют реальную возможность сохранить себя от страсти блуда. Очень много писал об этом святитель Иоанн Златоуст. Одна из его мыслей по этому поводу звучит так: «Не брак – порочное дело, но порочно прелюбодеяние, порочное дело – блуд; а брак есть врачество, истребляющее блуд» [19, с. 1100]. В другом месте святитель Иоанн Златоуст, объясняя смысл христианского брака, предостерегает супругов от опасности прелюбодеяния. Святитель Иоанн говорит о том, что прелюбодеяние после совершения Таинства Брака – это даже более серьезный грех, чем просто добрачное распутство, ибо здесь уже попирается освященное Богом семейное единство. Св. Иоанн Златоуст пишет: «Цель брака – чтобы не предаваться блудодеянию, и для этого введено такое врачевство. Если же ты намереваешься и после брака предаваться блудодеянию, то излишне было тебе и вступать в брак, бесполезно и напрасно, и не только напрасно и бесполезно, но и вредно, потому что не одинаковое дело – предаваться блуду, не имея жены, или после брака опять делать то же самое. Последнее уже не блуд, а прелюбодеяние» [19, с. 1102]. Целомудрие также вытекает из заповеди любви, которая выражается здесь в любви к Богу, к верности своей второй половине, в любви к своей семье. Вступающие в брак также должны понимать, что их телесное единение и верность друг другу, рождающее целомудренный брак, само по себе является результатом более глубокого духовного единства, о котором говорилось выше. Митрополит Антоний Сурожский так объяснял целомудрие в христианском браке: «Это относится к браку во всех отношениях, не только к чувству, не только к общению в мысли, но и к телесному общению. Только надо помнить, надо твердо знать, что телесное единство двух любящих друг друга людей – не начало, а полнота и предел их взаимных отношений, что лишь тогда, когда два человека стали едины сердцем, умом, духом, их единство может вырасти, раскрыться в телесном соединении, которое становится тогда уже не жадным обладанием одного другим, не пассивной отдачей одного другому, а таинством , самым настоящим таинством, то есть таким действием, которое прямо исходит от Бога и приводит к Нему» [3, с. 10].
Еще одной общей задачей в браке для каждого из супругов является рождение детей , как продолжателей рода и новых членов Церкви. Рождение детей является также следствием законных взаимоотношений супругов и ограждает их от блудодеяния, призывая к ответственности и воздержанию от страстей. О необходимости деторождения, как одной из задач христианского брака, также немало говорили святые отцы и подвижники Церкви. Преподобный Максим Исповедник писал о том, что законною целью соединения мужчины с женщиной должно быть рождение и воспитание детей. Когда же вступающий в брак имеет в виду только чувственные наслаждения, стремится только угодить похотям своей плоти, то он глубоко ошибается и таким соединением с женщиной вносит беспорядок в жизненные отношения, негативные последствия которого вполне естественно отзываются на нем самом и его детях. Здесь важно отметить тот факт, что беспорядочные связи действительно могут привести к тому, что это отразится и на потомстве, что очень часто подтверждается и законами природы. Святитель Феофан Затворник писал, что для того, чтобы в семье были здоровые дети, родителям необходимо «хранить целомудрие супружеское , то есть трезвенную отчужденность от сладострастия; хранить здоровье , ибо оно неминуемое есть наследство детей… Хранить благочестие , ибо как бы не происходили души, а они в живой зависимости от сердца родительского, и характер родителей иногда очень резко отпечатлевается на детях» [28, с. 652]. Церковь всегда делала акцент на том, что именно рождение детей, а не простое чувственное наслаждение, есть одна из главнейших целей христианского брака. Выделяя главную задачу создания семьи – рождение детей, святитель Филарет (Дроздов) писал: «Супружество имеет важное значение по отношению к Провидению Божию и к семейству. Бог, сотворив первых человеков, им самим и их потомкам вверил как бы продолжение Своего творческого действия. Какой великий дар!» [32, с. 6] По поводу деторождения, как одной из главнейших и таинственных задач в браке, священник Александр Ельчанинов писал следующее: «Только в браке возможно полное познание человека – чудо ощущения, осязания, видения чужой личности… До брака человек скользит над жизнью, наблюдает ее со стороны и только в браке погружается в жизнь, входя в нее через другую личность. Это наслаждение дает то чувство завершенной полноты и удовлетворения, которое делает нас богаче и мудрее. И эта полнота еще углубляется с возникновением из нас, слитых и примиренных – третьего, нашего ребенка» [11, с. 34]. Еще одну сторону задачи деторождения раскрывает афонский старец Паисий Святогорец. Он говорит о том, что трагедия современных семей заключается в бесцельности их существования. Эта бесцельность выражается в том числе и в том, что муж и жена не понимают тех задач, которые ставит перед ними супружество. О важности понимания таких задач, и в том числе задачи деторождения, старец Паисий говорит следующее: «Для многих людей, живущих по‑мирски, семья сегодня лишена смысла. Поэтому такие люди не вступают в брак, или же, вступив в него, избегают деторождения, либо убивают детей абортами и, таким образом, сами истребляют свой род. То есть не Бог уничтожает людей – люди уничтожают себя сами. Тогда как люди верующие, соблюдающие заповеди Божии, приемлют Божественную благодать, поскольку Бог, если можно так выразиться, обязан помогать им в трудные годы, которые мы переживаем. Мы видим христиан, имеющих семьи и воспитывающих своих детей в страхе Божием, сколько бы детей Он им ни дал. И все дети [таких родителей] уравновешенны, радостны. Эти дети – благословение Божие. Они вырастают хорошими, старательными людьми. Мы вот все говорим: «Что же будет с миром?» – Но одновременно видим, как, благодатью Божией, сейчас… подрастает доброе поколение. Диавол старается всё разрушить, но и Благий Бог тоже трудится. Он не допустит того, чтобы наш народ исчез с лица земли» [18, с. 27–28]. Мы видим, что о. Паисий не только указывает на проблемы современных семей (несомненно, живущих бездуховной жизнью), но и показывает, как данные проблемы решаются в семьях христиан. Обобщая приведенные мысли отцов Церкви, можно кратко повторить вместе со святителем Иоанном Златоустом, что «брак дан для деторождения, а еще более для погашения естественного пламени» [19, с. 215].
Необходимо сказать несколько слов о такой беде современного общества, как аборты . По абсолютному мнению Христианской Церкви, аборт есть один из самых страшных смертных грехов, так как при его совершении люди (муж, жена, врачи) губят не только свои души, но и убивают беззащитное живое существо – ребенка. То есть это усугубленное отягчающими обстоятельствами детоубийство. К сожалению, мнение Церкви в этом вопросе, зачастую, не находит поддержки со стороны государства. Тем не менее, отцы и подвижники Церкви неоднократно говорили об этом страшном грехе. Так, например, митрополит Антоний Сурожский пишет об этом грехе следующее: «Вопрос о допустимости аборта говорит об изумительном бесчувствии человека – вообще человечества – к человеческой жизни. Дико думать о том, что одновременно говорят о святости человеческой жизни – и тут же разрешают и узаконивают аборт. Мне кажется, что в той стране, где аборт узаконен, никто, начиная с правительства и кончая обыкновенным обывателем, не имеет право говорить о том, что жизнь человека является святыней, потому что аборт – это убийство» [3, с. 53]. Очень грозные, но справедливые слова по поводу греха аборта говорит и афонский старец Паисий Святогорец: «Сколько же тысяч человеческих зародышей ежедневно убивают! Аборт – это страшный грех. Аборт – это убийство, и не просто убийство, а убийство очень тяжкое, потому что убивают некрещеных детей. Родители должны уразуметь, что жизнь человека начинается с момента его зачатия» [18, с. 32]. В связи с этим, те, кто готовится вступить в Таинство Брака, должны вполне ясно понимать, что аборт – это тяжелейший грех, абсолютно недопустимый для христианина.
Еще одной совместной для супругов задачей в браке, естественно вытекающей из задачи деторождения, является воспитание своих детей в христианских традициях благочестия. Православная Церковь всегда особо выделяла задачу воспитания детей в духе православного вероучения, как одну из главнейших в жизни каждой семейной пары. Ребенок, как творение Божие, с одной стороны, и плод своих родителей, с другой стороны, приходит в мир, как существо чистое и светлое, еще свободное от различного рода страстей и искушений. Став христианином в Таинстве Крещения, ребенок, по надеждам и молитвам Церкви, должен максимально сохранить свою чистоту и удаленность от греха, должен возрастать духовно и быть воспитанным в традиции христианского вероучения. Выполнение этих, а также ряда других задач по воспитанию ребенка и ложится на плечи его родителей. Именно поэтому вступающие в брак (готовящиеся принять Таинство Брака) должны быть готовы и к выполнению данной задачи, возлагаемой на них Церковью и самой жизнью. Старец Паисий Святогорец отмечал, что воспитание ребенка начинается гораздо раньше, чем многие об этом думают: «Воспитание ребенка начинается с беременности. Если носящая во чреве мать волнуется и расстраивается, то зародыш в ее утробе тоже беспокоится. А если мать молится и живет духовно, то младенец в ее чреве освящается. Поэтому женщина, будучи беременной, должна творить Иисусову молитву, читать что‑то из Евангелия, петь церковные песнопения, не тревожиться душой. Но и близкие тоже должны быть внимательными, чтобы не расстраивать ее. В этом случае родившийся ребенок будет ребенком освященным и родителям не придется испытывать с ним затруднений – ни пока он будет маленьким, ни когда подрастёт» [18, с. 35–36]. Отмечая важную роль родителей, как воспитателей своих детей (как в жизни отдельной семьи, так и в жизни Церкви в целом), святитель Феофан Затворник писал: «Воспитание – дело родителей главнейшее, многотрудное и многоплодное, от коего благо семейств, Церкви и отечества. Тут‑то и покажите истинную любовь. Родители, можно сказать, не вы: дитя родилось неведомо для вас как. Воспитать же его – ваше дело» [28, с. 653]. Действительно, не зная в сущности тайну зачатия и деторождения, родители, тем не менее, отвечают перед Самим Господом Богом за воспитание своих детей, как людей, достойных звания христианина. Подтверждая мысль Церкви о том, что родители отвечают перед Господом Богом за воспитание своих детей, святитель Василий Великий отмечал также и то, что достойным воспитанием своих детей сами родители могут получить спасение своим душам. Делая же основные штрихи к воспитанию детей, преподобный Амвросий Оптинский писал: «Для вас довольно будет и того, если вы позаботитесь воспитать детей своих в страхе Божием, внушить им православное понятие и благонамеренными наставлениями оградить их от понятий, чуждых православной Церкви» [21, с. 42]. Очень важным понятием при воспитании детей является понятие страха Божия . Муж и жена должны понимать, что, воспитывая своего ребенка, они не должны вырабатывать у него обычного животного страха. Страх Божия – это, прежде всего, благоговение, смирение и послушание перед Самим Господом Богом и Его Церковью, а также перед своими родителями, и именно такое благоговейное уважение и должны воспитывать родители в своем ребенке. По наставлению Церкви, сами родители, также должны быть образцом в поведении для своих детей. Давая ребенку добрый пример, родители должны побуждать его к подражанию этому примеру, а также всему тому хорошему и доброму, что он увидит в дальнейшей своей жизни. Священник Александр Ельчанинов по этому поводу пишет: «Для воспитания детей самое важное, чтобы они видели своих родителей живущими большой внутренней жизнью» [11, с. 35]. Упражнение ребенка в добрых делах – одно из первых средств к утверждению в нем добрых навыков. Также супруги должны понимать, что тщательное ограждение ребенка от вредных соблазнов – это тоже метод христианского воспитания. Родители, в первую очередь, должны беречь своего ребенка от соблазнительных зрелищ, книг, впечатлений, от общения с людьми недостойного поведения. Святая Церковь учит, что если родители будут воспитывать своих детей в традициях христианского благочестия, то и Сам Господь Бог поможет им в этом важном деле. Так, например, преподобный Макарий Оптинский по этому поводу писал следующее: «Возложа попечение о детях своих на Господа, находишься спокойной, что Он их устроит по Своей благости… Ты старайся воспитывать их православно‑религиозно, смиренно: насади на юных сердцах их семена добродетелей…» [22, с. 47] Таким образом, еще раз отметим, что целью воспитания детей является благочестие , то есть супруги должны научить своего ребенка не только знать, но и жить по христианским заповедям.
Задачей совместной жизни супругов‑христиан в браке является и уважительное отношение к своим родителям. О значении родительского благословения (и даже их участия в чине обручения) мы уже говорили выше. Но главное значение родителей – это то, что именно они даровали жизнь тем, кто теперь соединил свои тела и души в Таинстве Брака. Благочестивые родители кладут всю свою жизнь ради своих детей – воспитывают их, научают основам веры, дают все необходимое. По этому поводу святитель Феофан Затворник пишет: «Так много приемлют дети от родителей! От них временная жизнь; от них же основание, начало, способы и жизни вечной. Отсюда и дети не естественно только, но и совестно должны быть обращены к родителям с особенными чувствами и расположениями, сознавать себя к ним обязанными и возгревать их в себе» [28, с. 658–659]. Именно поэтому уважительное отношение к своим родителям (наряду с благочестивым воспитанием собственных детей) является одной из основных задач жизни людей в христианском браке. Святитель Филарет (Дроздов), митрополит Московский, указывая на необходимость почитания родителей, приводит в пример Самого Господа Иисуса Христа, Который, будучи ребенком и проповедуя в Иерусалимском храме, по первому слову Своей Матери и праведного Иосифа, отправился с ними домой: «И сниде с нима и прииде в Назарет, и бе повинуяся има (Лк. 2: 51). Так важен долг повиновения семейственного, что Единородный Сын Божий отсрочил Свое вступление в дело Божие, чтоб исполнить сей долг перед земной Матерью и даже перед одним именем отца, которое носил Иосиф до благовременного открытия тайны Неимеющего отца на земле, и чтобы Своим примером вновь освятить обязанности и возвысить добродетели жизни семейственной» [38, с. 49]. Если уважение к родителям (даже названному отцу) проявлял Сам Господь Иисус Христос, то, несомненно, это необходимо делать и всем христианам. В том числе это касается и уважения к родителям даже после создания собственной семьи. Не стоит искаженно трактовать слова Священного Писания: Оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть (Быт. 2: 24), – в том понимании, что вступивший в брак должен полностью забыть своих родителей – это, конечно, не так. Смысл этих слов совершенно в ином, о чем мы уже неоднократно говорили выше. Уважение к родителям – это неотъемлемая часть как ветхозаветного, так и новозаветного учений. В чем же оно должно выражаться? По мысли святителя Феофана Затворника, почитание родителей должно выражаться в следующем: «Главное чувство… есть любовь с почтением и покорностию . Должно только делать сии чувства разумными и вместе прочными – до того, чтоб не испарились в целую жизнь. Воля родителей – что воля Божия, лицо их – лицо Божие. Кто не чтит их, не покоряется им, отделился от них сердцем, тот извратил свою природу, отпал и от Бога… Надо удерживаться от оскорблений лица родительского… словами поносными или злословием и хулою… Больше всего дети должны дорожить родительским благословением … Наконец, сладкий и спасительный долг – упокоение родителей престарелых . Тут питается пространно благодарная любовь» [28, с. 659–661]
Вступающие в брак должны также понимать, что совместная семейная жизнь – это не только общие радости, но и общие трудности, испытания и жизненные проблемы . Все, что будет связано с одним из супругов, необходимо перейдет и на его вторую половину, и они уже должны будут все переносить вместе. В таких жизненных ситуациях от супругов потребуется еще больше любви друг к другу, терпения и выдержки. Христианская Церковь всегда учила о том, что наш земной путь – это путь испытаний, терпения и преодоления искушений, поэтому каждая семья должна понимать, что пройти жизненный путь без данных ситуаций невозможно. В тоже время, если супруги будут преодолевать все трудности жизни сообща, с верой и молитвой к Богу, то данные препятствия только сделают их брак сильней, а Господь придет к ним на помощь. Выделяя терпение, как одно из средств для сохранения семьи даже в тяжелых жизненных ситуациях, старец Паисий Святогорец говорил следующее: «Терпение начинается с любви. Чтобы ты терпел человека, тебе должно быть за него больно. Терпение спасает семью от разрушения. Мне приходилось видеть, как дикие звери становились агнцами. Если доверять Богу, то все проблемы разрешаются гладко и духовно» [18, с. 19]. В свою очередь, предупреждая супругов о возможности жизненных испытаний, святитель Феофан Затворник писал: «Супружество имеет много утешений, но и сопровождается многими тревогами и скорбями, иногда очень глубокими. Имейте это в мысли, чтобы, когда придет что подобное, встречать то не как неожиданность. Теперь вы вдвоем. И радости сильнее, а скорби легче пополам делятся» [29, с. 10]. Более того, Церковь особенно отмечает то обстоятельство, что, если супруги будут совместно и достойно претерпевать жизненные испытания, они могут сподобиться особого Божиего благословения. Так, святитель Григорий Богослов по этому поводу писал, что живущих в супружеском союзе ничто не может опечалить, нарушить их мирного счастья. Если между мужем и женой есть единодушие, мир и союз любви, то к ним приходят и все блага. Им не страшны злые наветы, клевета, т. к. они ограждены от всего этого Самим Богом. Все это, по мысли святителя Григория Богослова, умножает их богатство, возводит их на высшую ступень доброй славы и привлекает на них и великое Божие благоволение. Священник Димитрий Левашов говорит о том, что семейные проблемы – это неотъемлемая часть жизни в браке, но супругам возможно уменьшить их количество, если они будут жить по заповедям Господа Иисуса Христа. В частности, о. Димитрий отмечает: «В жизни семейной почти неизбежны неприятности и огорчения; христианские супруги должны с терпением и благодушием переносить их, терпя, по слову апостола, друг другу любовию, тщащеся блюсти единение духа в союзе мира ; должны в духе кротости и снисхождения смотреть на взаимные слабости и недостатки и в том же духе исправлять их. Взаимные обиды тоже неизбежны в семейной жизни. Возникая часто от ничтожных причин, они, тем не менее, вносят в христианские семейства крайнее нестроение, если отец и мать семейства не поспешат прекратить и уничтожить эти обиды добрым, ласковым обращением… Итак… исполняйте заповедь апостольскую в простоте сердца, с верою и упованием, что спасительная благодать Божия осенит ваш брачный союз и утвердит между вами любовь, мир и согласие» [11, с. 6]. Христианская Церковь, зная историю и сущность человеческого грехопадения, всегда глубже смотрела на причину человеческих (в том числе и семейных) конфликтов. Так, например, интересную мысль относительно причины семейных ссор высказывает священник Александр Ельчанинов. При этом он замечает в этом явлении и положительные моменты, выделяя в этом особую роль, которую играет жена. Так, о. Александр пишет: «Философия семейных ссор: часто ссоры происходят от упреков жены, которые тяжело принимаются мужем, даже если эти упреки правильные (самолюбие). Надо разобраться, откуда эти упреки: часто они от желания жены видеть своего мужа лучше, чем он есть на самом деле, от повышенной требовательности к нему, т. е. от своего рода идеализации. В этих случаях жена является совестью своего мужа, и нужно так и принимать ее упреки… В этом смысле наличие семейных столкновений, как это ни странно, – доказательство осуществившегося (а не только проектированного) брака, и в этом новом человеке, слившемся из двух, жена играет роль совести» [11, с. 35].
Обобщающей целью существования каждой христианской семьи является стяжание совместными усилиями супругов Царствия Божия, как в земной жизни (в своих душах), так и в будущей жизни, а также духовное и молитвенное единение с Господом Иисусом Христом. Достижение этой главной цели осуществляется супругами, в том числе, достижением всех вышеупомянутых задач, а также исполнением взятых на себя в Таинстве Брака определенных обязанностей. Протоиерей Николай Малиновский, отмечая, что в достижении задач и целей брака супругам‑христианам помогает Божия благодать, пишет следующее: «Благодать содействует христианским супругам в продолжение всей их жизни свято исполнять взаимные обязанности друг к другу, по высокому образцу святейшего союза Христа с Церковью. Содействуя же в исполнении взаимных обязанностей христианским супругам, эта благодать тем самым содействует и к достижению всех целей брачного союза, т. е. к благословенному рождению детей, воспитанию и устроению их, взаимному вспомоществованиюво всем добром, облегчению тягостей жизни и к предохранению себя от связей незаконных» [13, с. 252].
Перечислив наиболее важные задачи и главную цель христианского брака, необходимо понимать, что перечень их на этом не заканчивается. Данных задач и целей, конечно, больше, но все они тесно взаимосвязаны друг с другом и обобщаются в перечисленных выше. Помимо общих целей и задач, в христианском браке необходимо выделить и конкретные обязанности мужа и жены в делах семейной жизни.

Обязанности супругов

Несмотря на то, что в христианской семье муж и жена должны делать все сообща, однако, по учению Церкви, существуют и конкретные обязанности для каждого из супругов. Так, существуют обязанности, которые приличествует исполнять мужу, как главе семейства, а есть и такие, которые должна исполнять жена, как помощница мужа. При этом важно понимать, что обязанности супругов по отношению друг к другу установлены по образу взаимоотношений Господа Иисуса Христа и Церкви. Раскрывая понятие общих обязанностей, святитель Феофан Затворник пишет: «Сочетанные стали одна плоть, тем больше – одна душа. На этом понятии основываются общие их обязанности , именно: а) крепкая любовь, не страстная, но чистая и трезвая, свидетельствуемая внутри взаимною: б) привязанностию и живым участием , равно как скорым и подвижным сочувствием, а вне, взаимно – в) содействием , по коему глаз и рука одного там же, где и другого» [28, с. 649]. В соответствии с исполнением этих общих для каждого из супругов обязанностей, в семье устанавливаются: «г) мир непресекаемый и согласие нерушимое, предотвращающее неудовольствия и скоро устраняющее происшедшее нечаянно; д) доверие , по коему, несомненно, один во всем может положиться на другого, быть покойным насчет его во всем, таин ли то касается или поручений. Венец же всего – е) верность супружеская, то есть хранение первого условия союза – и душою, и телом принадлежать только друг другу» [28, с. 649]. Как можно заметить, некоторые обязанности супругов совпадают с задачами христианского брака, и это неслучайно. Ведь и задачи, и обязанности христиан‑супругов необходимы в их достижении и выполнении для того, чтобы семья была крепкой и вечной. Одной из важнейших обязанностей мужа по отношению к своей семье (и в частности к своей жене) является забота о ней, как в материальном, так и в духовном смысле. Муж, как глава семьи, получивший на это благословение Церкви и Самого Господа, должен заботиться о благосостоянии своей семьи, а жена должна ему в этом помогать. Святитель Феофан Затворник по этому поводу пишет: «Глава семейства, кто бы ни был ею, должен восприять на себя полную и всестороннюю заботу о всем доме, по всем частям, и иметь неусыпное попечение о нем, сознавая себя ответным лицом и пред Богом, и пред людьми за его добро и худо; ибо в своем лице он представляет его все: за него получает стыд и одобрение, болит и веселится» [28, с. 645]. Характерно, что святитель Феофан Затворник особо указывает на ответственность главы семейства перед Богом за всю свою семью. Это налагает дополнительную ответственность на мужа, призывая его к еще большей ответственности в деле построения семейных отношений. Архиепископ Аверкий (Таушев), комментируя Послание апостола Павла к Ефесянам, о степенях супружеской ответственности пишет следующее: «Так как жены склонны тяготиться властью над ними мужей, а мужья склонны злоупотреблять своим первенствующим положением, то апостол… и заповедует то, что по преимуществу может быть нарушаемо в браке: мужьям заповедует любовь, а женам повиновение» [1, с. 639]. Забота о своей супруге подразумевает и другие взаимосвязанные с ней поступки – внимание, ответственность, самопожертвование.
Еще одной обязанностью мужа, вытекающей из первой, является управление своей семьею и стяжание необходимых при этом таких качеств, как терпение и смирение. Муж должен понимать, что его жена нуждается в его помощи и в то же время сама не свободна от возможных жизненных ошибок. Как глава семьи, муж должен, по возможности, терпеть и исправлять те ошибки, которые может совершить его жена. По этому поводу святитель Феофан Затворник пишет: «Должно смотреть за нею [женою – С. М.], заботиться о ее умственном и нравственном совершенстве, снисходительно и терпеливо отребляя недоброе и насаждая доброе, неисправимое же в теле или нраве снося благодушно и благочестно» [28, с. 650].
Сохранение честного и целомудренного брака также есть одна из главнейших обязанностей мужа по отношению к своей жене. С первых веков христианства Церковь учит о том, что именно целомудренный брак есть идеал христианского брака. Разумные внутрисемейные отношения мужа и жены и полное избегание мирских плотских искушений – это те условия, которые и позволяют сохранять целомудрие в браке. Муж, как глава семейства, должен и в этом случае быть примером для своей супруги. Целомудрие в браке сохраняется только в том случае, если сами взаимоотношения супругов строятся на основе верности, заботы и любви друг к другу. Святитель Филарет (Дроздов), митрополит Московский, по поводу сохранения мужьями целомудрия в браке писал: «Под именем целомудрия Спаситель учит более, нежели одной телесной чистоте: что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем » (Мф. 5: 28) [32, с. 5–6]. Глава семьи должен осознавать, что целомудрие в браке выстроится только в том случае, если его жена станет для него единственной женщиной, на которую он будет смотреть, как на часть своего тела. Вожделенно взирая на других женщин, мужчина вступает с ними в определенную духовную связь, а это уже, в свою очередь, разрывает его связь с собственной женой, нарушая их духовное единство. Объясняя мужьям данный соблазн и его последствия, святитель Иоанн Златоуст предостерегает и советует: «Итак, считай прочих женщин как бы каменными, зная, что, если ты после брака посмотришь похотливыми глазами на другую женщину, хотя бы общественную, хотя бы замужнюю, ты делаешься виновным в грехе прелюбодеяния. Каждый день повторяй себе эти слова; и если увидишь, что в тебе возбуждается похоть к другой женщине, то войди во внутреннюю комнату и …взяв в посредники Павла [послания апостола Павла – С. М.] и непрестанно повторяя эти слова, погаси пламень» [19, с. 1103].
Наконец, сама любовь к своей жене, по образу любви Господа к Своей Церкви, должна быть одной из главных обязанностей мужа, как учит об этом апостол Павел: Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее (Еф. 5: 25). Идеалом данной любви должно стать такое отношение мужа к своей жене, что даже в тех ситуациях, когда жена совершает ошибки или живет не по хотению мужа, он должен ее любить и стараться вразумлять, как любит Свою Церковь Сам Господь Иисус Христос. Об этом говорит мужьям и святитель Иоанн Златоуст, призывая их любить своих жен, как часть своего тела: «Пусть любовь к ней [жене – С. М.] будет для тебя драгоценнее всего. Если должно носить тяготы друг друга, то тем более – жены. Если она бедна, не укоряй; если неразумна, не осуждай, а лучше постарайся научить ее; ведь она – член твой; вы – одна плоть. Но, скажешь, она болтлива, склонна к пьянству, гневлива? В таком случае, должно не гневаться, а скорбеть, молиться Богу, увещевать, вразумлять ее и делать все, чтобы истребить ее страсть… Если ты, иея возможность отвергнуть ее, не сделаешь этого по страху Божию, ты получишь неизреченную награду, и еще прежде награды – великую пользу, сделав ее более благопокорной, приучив и себя к большей в отношении к ней кротости» [25, с. 19–20].

* * *

Жена, как помощница мужа, также должна исполнять предписанные ей Церковью семейные обязанности.
В первую очередь, по учению Церкви, жена должна быть верной помощницей своему мужу во всех семейных делах. Православная Церковь сравнивает мужа с головой в семье, а жену с телом; а так как в любом организме телом управляет голова, то и в семье муж имеет первенство перед женой. Но, в то же время тело выполняет все необходимое в жизни; поэтому и роль жены в семейных отношениях очень важна. Святитель Феофан Затворник определяет основные обязанности жены в христианской семье следующим образом: «Жена… а) должна во всем слушаться мужа, всячески нрав свой склонять к его нраву и быть ему всецело преданною, чтоб ни делом, ни мыслию даже не загадывать ничего без его воли; б) потому верно исполнять все его распоряжения, советы, повеления, и в мысль не попуская того, чтоб когда‑нибудь поставить на своем, вообще ни в чем не желать и не являть главенства» [28, с. 651]. Очень важно понимать и то обстоятельство, почему именно жена находится в положении подчиненной по отношению к своему мужу. Во‑первых, это связанно с тем, что первым был сотворен Адам (мужчина), а потом уже, как его помощница – Ева (женщина). Об этом нам сообщает Книга Бытия (Быт. 2: 7, 18, 21–24). Во‑вторых, это связано и с тем, что именно жена ввела в искушение грехопадения мужа. Поясняя это, святитель Иоанн Златоуст пишет о том, что жена справедливо подчинена мужу, так как равенство супругов может произвести вражду, а также и потому, что именно от жены произошло обольщение наших прародителей в раю.
Еще одной обязанностью жены является ведение домашнего хозяйства, хранение домашнего очага. В данном деле жена даже превосходит мужа по ответственности, так как на муже лежит забота о благосостоянии семьи (по преимуществу), а на жене – забота о порядке во внутрисемейном быте и в домашних делах. Именно в данном аспекте жена и должна оказывать мужу помощь, так как муж не всегда имеет возможность вести домашнее хозяйство. Святая мученица царица Александра Федоровна писала следующее: «Верной жене не нужно быть ни мечтой поэта, ни красивой картинкой, ни эфемерным созданием, до которого страшно дотронуться, а нужно быть здоровой, сильной, трудолюбивой женщиной, способной выполнить семейные обязанности и отмеченной все‑таки той красотой, которую дает душе высокая и благородная цель» [9, с. 6]. Также к данной обязанности жены относится и забота о воспитании детей. В деле воспитания детей и муж, и жена должны играть обоюдно важную роль, но в ряде моментов жена несет большую ответственность, так как именно она является матерью. Святитель Филарет (Дроздов) пишет об этом следующее: «Жена в Совете Божием называется помощником мужа (Быт. 2: 18); сим показывается ее назначение вспомоществовать ему: а) в рождении и воспитании детей; б) во всех нуждах, относящихся ко временной жизни» [32, с. 8–9]. Отмечая особую роль матери в воспитании детей, старец Паисий Святогорец говорит: «Надо сказать и о том, что мать достигает большей любви и жертвенности, чем отец, поскольку отцу не представляется столько благоприятных возможностей приносить себя в жертву. Мать мучается с детьми, возится с ними больше, чем отец, но одновременно она «подзаряжается» от детей, отдает им всю себя. А отец и не мучается с детьми так много, как мать, но и не «подзаряжается» от них, поэтому его любовь не столь велика, сколь любовь материнская» [18, с. 33]. Таким образом, чувствуя надежную опору в лице жены, ощущая ее верность и любовь, и сам муж укрепляется в любви к своей жене.
Отмечая обязанности жены по отношению к мужу, необходимо заметить, что независимо от их разграничения жена должна в целом, быть спутницей мужа на протяжении всего их совместного семейного пути. Так же как муж по отношению к своей жене, так и жена должна сохранять свою верность ему, любовь и целомудрие. В результате таких взаимоотношений и рождается крепкая христианская семья.
Стоит особо отметить такую природную обязанность жены, дарованную ей Богом, как деторождение. Рождение ребенка – это способность, данная только женщине, а следовательно, этим возложена на нее и особая ответственность. Женщина, готовящаяся стать матерью, должна и вести себя соответствующим образом, удаляясь от всего вредного и нечистого, молясь и прося помощи у Бога в рождении ребенка. В нашей земной жизни бывают ситуации, когда по тем или иным причинам семья не может иметь детей. В древнем мире невозможность иметь детей считалось проклятием Божиим семье за ее грехи, и к таким супругам общество относилось, как к людям, наказанным Божиим судом. Основываясь на Священном Писании, Православная Церковь дает свое объяснение данной проблеме. С одной стороны, действительно, бесплодие может явиться наказанием за те или иные грехи, совершенные супругами. С другой стороны, необходимо понимать, что даже в самых тяжких грехах можно искренно раскаяться, изменить образ своей жизни и своих мыслей. Любовь Божия к человеку гораздо сильнее Закона, поэтому, видя искреннее раскаяние человека, Бог прощает его и может вознаградить. Именно об этом и говорит Церковь, призывая к покаянию и молитве бесплодные семьи. О необходимости вести сугубую духовную жизнь в случае бездетности старец Паисий Святогорец говорит следующее: «Если неимеющая детей женщина не относится к своему положению духовно, то она страдает» [18, с. 34]. Бесплодие может явиться и как испытание для семьи, как проверка их веры и любви друг к другу и к Богу. Об этом также говорит Церковь, призывая не забывать историю родителей святого Иоанна Предтечи – праведных Захарии и Елисаветы (см. Лк. 1: 5–57). Они также долгое время не имели детей, и все считали их проклятыми Богом. В действительности, временное бесплодие оказалось лишь испытанием для Захарии и Елисаветы, проверкой их веры в милость Божию и приуготовлением к рождению великого пророка Божия.
Считая рождение ребенка величайшим даром Божиим, Церковь всегда призывала родителей благодарить Бога за это великое чудо и достойно воспитывать своих детей. Святитель Феофан Затворник писал: «Когда Бог дарует чадо: а) радуйтесь и благодарите , яко человек родися в мир. Бог повторил первое благословение и через вас: примите же дитя, как от руки Божией. Но потому же и поспешите: б) освятить его таинствами , ибо здесь вы посвятите его на служение Богу истинному, Коему и сами вы, и все ваше должны принадлежать» [28, с. 652–653]. По поводу же молитвы о рождении ребенка и бесплодии он писал следующее: «Супруги имеют быть родителями. Дети – одна из целей супружества и вместе обильный источник семейных радостей. Потому супруги: а) должны чаять детей, как великого дара Божия, и молиться о сем благословении. Бездетные супруги действительно суть нечто обиженное, хотя иногда это бывает и по особенным намерениям Божиим» [28, с. 652]. Именно поэтому одна из главнейших обязанностей жены (и супругов в целом) – благоговейно относиться к вопросу зачатия и деторождения.
Христианство всегда учило о том, что взаимоотношения супругов должны строиться по образу той любви, которая существует между Господом Иисусом Христом и Его Церковью. Если муж будет готов в любой момент умереть за свою жену, а жена пострадать за своего мужа, если между ними будет истинная любовь, верность и общая молитва к Богу, тогда и родится из них то, что апостол Павел назвал: двое одна плоть (Еф. 5: 31).

Значение института брака

Брак, как союз мужчины и женщины, освященный Самим Господом Богом, и как Таинство Христианской Церкви, несомненно имеет немаловажное значение в жизни каждого человека. Это значение усиливается, если человек состоит в брачном союзе. Однако даже если человек хранит девство и находится вне брака, то так или иначе, закон взаимоотношений между мужчиной и женщиной касается и его. Для того чтобы понять, какое значение имеет брак в жизни людей, мы рассмотрим каждый из примеров подробнее.
Итак, какую роль играет брак в жизни тех, кто желает заключить брачный союз? Это, в первую очередь, конечно же, продолжение рода, оставление после себя потомства, как это и заповедал людям Сам Бог, обращаясь к нашим прародителям в раю со следующим благословением: Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею (Быт. 1: 28) Эти слова означают, что брак между мужчиной и женщиной, в первую очередь, направлен на деторождение, то есть он дан не ради плотских удовольствий, а ради рождения новых людей, чад Божиих. Именно поэтому так важно людям жить в браке законном, подтвержденным государством и освященным Церковью. Ведь в этом случае Господь благословляет связь между мужчиной и женщиной и дарует им детей и семейный мир.
Во‑вторых, значение института брака для желающих его принять заключается в защите и ограждении человеком себя (а в целом, всего человеческого рода) от противоестественного, распутного, блудного образа жизни. Об этом пишет и святитель Иоанн Златоуст: «После того, как появилась похоть, введен и брак, пресекающий неумеренность и побуждающий довольствоваться одною женою… Таким образом, главная цель брака – целомудрие, особенно теперь, когда вся вселенная наполнилась нашим родом» [25, с. 6]. Сохранение духовной, нравственной и телесной чистоты также зависит от жизни людей в освященном браке. Это значение брачного союза является, действительно, достаточно важным по той причине, что, в противном случае, человек рано или поздно, но подпадает под влияние соответствующих страстей, и его жизнь начинает рушиться. Дело в том, что человек, который изначально не ставит себе задачей сохранить свою девственную природу и, в то же время, не вступающий в брак, может быть очень легко увлечен духами злобы на совершение тех или иных распутных действий, которые строго осуждались уже в Ветхом Завете и также Заветом Новым. Таким образом, значение института брака в этом смысле – это его охранительная, защищающая от порока функция.
Еще одно значение института брака для тех, кто в него вступает – это его сотериологическая (спасительная) составляющая. Частично мы это уже раскрыли в предыдущем абзаце; однако здесь стоит кое‑что уточнить. Дело в том, что в Таинстве Брака супруги, конечно же, получают благословение Церкви и Самого Господа Иисуса Христа на всю свою дальнейшую совместную жизнь. Поэтому, если они живут достойно, в любви, мире и согласии, то их брак и защищает их же от предосудительных поступков. Что касается сотериологии брака (то есть учения о спасительном свойстве брачного союза), то здесь его значение еще более углубляется. По учению Церкви, основанном, в первую очередь, на Новом Завете, именно в браке оба супруга могут стяжать святость, приблизиться к Богу, войти в Царствие Небесное. Более того, по словам апостола Павла, даже если один из супругов – не христианин, то все равно – спасение в таком союзе возможно. По этому поводу он писал: Если какой брат имеет жену неверующую, и она согласна жить с ним, то он не должен оставлять ее; и жена, которая имеет мужа неверующего, и он согласен жить с нею, не должна оставлять его. Ибо неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим. Иначе дети ваши были бы нечисты, а теперь святы… Почему ты знаешь, жена, не спасешь ли мужа? Или ты, муж, почему знаешь, не спасешь ли жены? (1 Кор. 7: 12–16). В результате, мы видим, что значение института брака для христиан (и для всех людей в целом) имеет немаловажный смысл. Он напрямую связан с задачей человеческого спасения для жизни вечной.
Приведем еще одно важное свойство христианского брака. В своем высшем сакраментальном значении союз мужчины и женщины в Таинстве Брака символизирует собой союз Господа Иисуса Христа и Церкви. Так же как Господь положил за Свою Церковь жизнь, как Он ее любил, защищал и хранил, и обещал, что будет с нею до конца времен, также и супруг должен относиться к своей жене, как учит нас об этом сама Церковь. С другой стороны этого союза – Церковь. Как святая Церковь хранит верность, преданность Своему Господу, так же как она защищает чистоту веры, должна поступать и жена. Она должна исполнять все те обеты, которые взяла на себя в Таинстве Брака. Именно в таких взаимоотношениях мужа и жены, по подобию отношений Господа и Его Церкви, и выражается сакраментальное значение этого Таинства. В этом же смысле можно сравнить Таинство Брака с отношениями христианина со своим Господом. Как Господь возлюбил каждого человека и отдал за всех нас Свою жизнь, так и каждый человек должен быть готовым умереть за Христа. В этой готовности и выражается значение духовного союза между христианином и Господом Иисусом Христом. По учению Церкви, такой союз человека и Бога часто называется небесным (духовным) браком, где Господь Иисус Христос выступает в роли Небесного Жениха, а душа христианина – в роли невесты. Результатом такого святого союза является спасение души человеческой, ее жизнь в Боге и святости. Обо всем этом также очень много писал святой апостол Павел. В подтверждение наших слов приведем ряд цитат из посланий апостола.
Так, по поводу необходимости чистой и святой любви между супругами (и всеми христианами в целом), по образу любви Господа к людям, апостол пишет следующее: Подражайте Богу, как чада возлюбленные, и живите в любви, как и Христос возлюбил нас и предал Себя за нас в приношение и жертву Богу, в благоухание приятное (Еф. 5: 1–2). Так же в Послании к Ефесянам святой Павел очень ярко описывает брачный союз между людьми, по образу союза Христа и Его Церкви. Апостол заповедует: Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела. Но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем. Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее (Еф. 5: 22–25). На этих словах апостола Церковь во многом и строит свое учение о роли мужа и жены в брачном союзе. Чуть ниже в этом послании апостол Павел снова поясняет: Должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя. Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь (Еф. 5: 28–29). Как видим, снова аналогия апостола, связанная с отношением Господа и Его Церкви. В дальнейшем многие святые отцы христианства будут учить о браке, основываясь именно на этом послании апостола Павла.
Теперь обратим внимание на значение института брака для тех, кто в брак как таковой и не вступает. Как оказывается, эти люди также имеют отношение к учению о браке. Вернее будет сказать, что учение Церкви о браке имеет определенное отношение и к ним. Итак, людей, которые сохраняют девство и не вступают в брак, мы можем разделить на две условные группы. Во‑первых, это те христиане, которые по тем или иным причинам так и не нашли своего спутника жизни, но при этом остались христианами в миру. Во‑вторых (и, наверное, в главных), это монашествующие. В каком же отношении можно определить для этих групп значение института брака, или учения о браке? Можно сказать, что это, прежде всего, охранительное, защитное действие. Дело в том, что само учение о браке и те нормы жизни, которые они налагают на христианина, является, своего рода, защитным барьером на пути тех, кто мог бы нарушить брачный союз двух людей. Именно акцент на необходимости хранить чистоту и святость брачных взаимоотношений, призыв к верности и вечной любви защищает супругов от внешних искушений, а христиан вне брака – от возможных неправомерных поступков. Для монашествующих все это еще более усиливается благодаря тем обетам, которые они дают при своем постриге. Некоторые слова апостола Павла были посвящены и этому вопросу, а скорее, это был призыв к наблюдению за самим собой и стремлению к сохранению девственной чистоты для тех, кто выбрал этот путь. Так святой апостол писал: Кто непоколебимо тверд в сердце своем и, не будучи стесняем нуждою, но будучи властен в своей воле, решился в сердце своем соблюдать свою деву, тот хорошо поступает (1 Кор. 7: 37).
Завершая рассмотрение вопроса о значении института брака, обратим внимание еще на один аспект. Дело в том, что помимо внутрицерковной значимости брак, как союз мужчины и женщины, имеет и гражданское, общественное значение. Именно на семейных (а значит – брачных) отношениях строится любое государство, любое цивилизованное общество. С самых древних времен, даже у языческих народов понятие брака было священно. Это отразилось в том числе и на мифологии этих народов. Однако при этом стоит помнить, что понятие брачных взаимоотношений у языческих народов все же было искажено, вследствие отсутствия у них истинной религии, а значит, и истинного учения о семейных ценностях. Поэтому очень часто в их понятие брака входили совершенно противоестественные моменты: многоженство, беспорядочные связи, культ плоти и т. п. Совершенно иное отношение к брачному союзу было у единственного народа, который сохранил истинное знание о Боге – у евреев. От них учение о браке перешло в христианство и сформировалось в особое Таинство. Именно на таком чистом и неискаженном учении и формируются здоровые семьи, а следовательно, и здоровое общество, государство. В этом отношении значение института брака для государства является определяющим. Подтверждая мысль о важности христианского Таинства Брака для жизни всего (даже светского) государства, протоиерей Николай Малиновский пишет: «Непосредственно освящается в таинстве брака союз любви только двух лиц. Но этот союз оказывает влияние не на супругов только, но и на всю семью, а чрез семью и на общество. Поэтому, святостию брачного союза, сообщенного ему в таинстве брака, освящается семья, а затем и общество…» [13, с. 252]
Господь Бог сотворил мужчину и женщину не случайно. Это творение, которое явилось венцом всего, было ведомо Богу в вечности. По таинственному замыслу Пресвятой Троицы, все люди делятся на два пола и могут объединиться в единое сакраментальное тело только в Таинстве Брака. Никогда Господь Бог не благословлял порочных, искаженных и извращенных человеческих взаимоотношений; наоборот, за такие действия полагалось суровое, но справедливое наказание. Предупреждая гнев Божий, святой апостол Павел писал следующее: Неправедные Царства Божия не наследуют… Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники, Царства Божия не наследуют (1 Кор. 6: 9–10). В этом списке мы встречаем и тех, кто нарушил чистоту человеческих отношений, освященных Господом Богом. За этот грех (тем более, если он осознанный и нераскаянный) грешников ждут отречение от Царства Божия и вечная погибель. К сожалению, в наше время всеобщего отступления от морали и нравственности все чаще случаются вопиющие примеры грубого искажения Таинства Брака, даже среди тех людей, кто номинально считает себя христианами. Особенно это касается представителей различных протестантских деноминаций. Доходит даже до того, что уже и в священный сан поставляются люди, не имеющие на то никакого морального права. Все это ведет к усилению морального разложения общества и к дискредитации Христианской Церкви. На фоне всех этих событий особенно усиливается значение Православной Церкви в качестве хранительницы истинного вероучения, нравственности и морали. Именно поэтому каждый член Православной Церкви должен со всей ответственностью и пониманием подходить к своей внутренней жизни, в том числе (если он в браке) и к своей семейной жизни. Только сохранение истинных христианских ценностей (в том числе и семейных), их приумножение и передача потомкам может спасти человечество от того греха и духовно‑нравственного разложения, в котором оно сегодня находится. Ведь, по слову святого апостола Павла, который особо призывает всех христиан помнить о Жертве Господа, мы должны хранить чистоту не только души и сердца, но и своего тела, которое искуплено дорогой ценой. Не будем забывать этих слов: Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак, отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет! (1 Кор. 6: 15).

Приложения

Приложение 1
Примеры благочестивых браков в Священном Писании

Ветхий Завет

На протяжении всей истории Ветхого Завета мы неоднократно встречаем примеры благочестивых брачных союзов, которые во многом явились образцами для последующих поколений. Люди, которые составляли эти брачные пары, были такими же, как и все остальное тогдашнее общество, однако, именно они наиболее полно реализовали самые главные принципы семейной жизни. Приведем самые яркие примеры таких брачных союзов.
Конечно же, в первую очередь, начиная рассказ с самого начала, мы должны упомянуть брак Авраама и Сарры. Это одни из первых праведников Ветхого Завета, которые воплотили в своей жизни идеалы семейной жизни. Как свидетельствует книга Бытия, еще до призвания его Богом, Авраам взял себе в жены деву, по имени Сара (Сарра). Однако она не могла иметь детей, так как была бесплодна (см. Быт. 11: 30). Несмотря на это Авраам не бросил своей жены, а полностью подчинился воле Божией и тому обету, который Господь ему дал: Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь ты в благословение (Быт. 12: 2) Казалось бы, что такие слова могли смутить Авраама, однако он полностью поручился Богу. В этом эпизоде мы видим пример того, как муж заботится о своей жене и не оставляет ее одну в беде. Однако и Сарра полностью покорилась воле мужа. Когда Господь Бог призывает Авраама пойти в землю Ханаанскую, и Авраам отправляется туда, Сарра неукоснительно следует за ним. Здесь мы должны особо пояснить, что Авраам уходил из родного места, из родной страны в неизвестность, полагаясь только на волю Божию. В связи с этим, его действия сродни подвигу веры, а преданность Сарры своему мужу – подвигу любви.
В конце 12‑й главы книги Бытия мы видим еще один интересный эпизод. Когда Авраам со всем своим домом (то есть, имуществом и людьми) входит на время в Египет, то он просит Сарру назваться его сестрой, чтобы фараон не убил его за нее (чтобы взять ее себе в жены, так как она была красива), а отпустил бы с миром. В этой ситуации Сарра, рискуя своей репутацией, вновь подчиняется мужу и называется его сестрой. Казалось бы, Авраам поступил предосудительно, не желая принимать смерть за свою жену, однако это так только на первый взгляд. Авраам помнил то повеление, которое дал ему Бог – войти в землю Ханаана. Именно поэтому он опасался, что если слуги фараона его убьют, то он не исполнит повеления Божия, а это считалось серьезным грехом. Поэтому, чтобы выполнить свою миссию, Авраам и жертвует Саррой. Можно также предположить, что это было особое испытание Божие, в котором Господь проверял веру Авраама, как сделал Он это и впоследствии. Однако Бог всегда милует праведников. Видя веру Авраама в милость Божию, Господь предотвращает возможное нарушение чистоты брачных уз, насылая на дом фараона беды. Книга Бытия повествует: Господь поразил тяжкими ударами фараона и дом его за Сару, жену Аврамову (Быт. 12: 17). Фараон, видя в бедах гнев Божий, высказывает свой укор Аврааму, но потом отпускает его, и Сарру, и весь дом их в дальнейший путь. В этом эпизоде мы вновь видим пример полной покорности жены решению своего мужа. Господь Бог уберегает праведную жену от поругания.
Следующий эпизод из совместной жизни Авраама и Сарры, казалось бы, мог бы поставить в тупик, однако и в нем мы можем увидеть определенный смысл. Итак, в 16‑й главе книги Бытия мы видим следующий эпизод. Сарра, продолжая оставаться бесплодной, обращается с предложением к своему мужу. Она говорит ему следующее: Вот, Господь заключил чрево мое, чтобы мне не рождать; войди же к служанке моей: может быть, я буду иметь детей от нее (Быт. 16: 2). На первый взгляд, нам может показаться, что предложение Сарры противоестественно. И здесь мы должны сделать некоторое пояснение. Дело в том, что в древнем мире (в том числе и в древнееврейском обществе) существовала такая традиция, когда мужчина мог вступить в связь с другой женщиной ради рождения ребенка для продления рода, но только при согласии своей супруги. В таком случае, ребенок считался полноправным членом семьи. Как правило, это практиковалось в зажиточных семьях. Это было связано и еще с одним моментом. Так, по представлениям древних евреев, семьи, в которых не было детей, считались проклятыми Богом за совершенные ранее грехи. Именно поэтому в богатых семьях (каковой была и семья Авраама) применялась практика суррогатного материнства. Так или иначе, но Авраам согласился на предложение Сарры и вошел к ее служанке. От этой связи родился первый сын Авраама – Измаил. В этой истории мы можем увидеть определенный смысл – жена идет на подвиг терпения ради продолжения рода. Несмотря на то, что в христианстве такая традиция не прижилась, тем не менее, сам пример женского смирения перед мужем и терпения должен явиться образцом для жен‑христианок.
Однако, наверное, самый важный эпизод в жизни Авраама и Сарры мы встречаем в 18‑й главе книги Бытия. Этот эпизод связан с явлением Аврааму трех путников (ангелов). Во время беседы Авраама с путниками произошло следующее: И сказали ему [путники – С. М.]: где Сарра, жена твоя? Он отвечал: здесь, в шатре. И сказал один из них: Я опять буду у тебя в это же время, и будет сын у Сарры, жены твоей. А Сарра слушала у входа в шатер, сзади его. Авраам же и Сарра были стары и в летах преклонных, и обыкновенное у женщин у Сарры прекратилось. Сарра внутренно рассмеялась, сказав: мне ли, когда я состарилась, иметь сие утешение? и господин мой стар. И сказал Господь Аврааму: отчего это рассмеялась Сарра, сказав: «неужели я действительно могу родить, когда я состарилась»? Есть ли что трудное для Господа? В назначенный срок буду Я у тебя в следующем году, и у Сарры будет сын. Сарра же не призналась, а сказала: я не смеялась. Ибо она испугалась. Но Он сказал: нет, ты рассмеялась (Быт. 18: 9–15). Из этого отрывка мы видим, что Господь дал обетование о том, что у Авраама родится ребенок и именно от Сарры. Это было важно потому, что именно из этого рода в дальнейшем должен был родиться Спаситель Господь Иисус Христос. В то же время мы видим, что Сарра не поверила в это обещание, за что Господь Бог и обличает ее. Через год, как и обещал Господь, Сарра родила сына, которого нарекли Исааком. Что в этой истории мы можем отметить для себя? Несмотря на все человеческие слабости и несовершенства, которые были и у этой четы, тем не менее, Церковь относит Авраама и Сарру к праведникам. Праведным мог стать только тот человек, который исполнял закон Божий во всей его полноте, в том числе и в семейных отношениях. И хотя дети у Авраама были не только от Сарры (в реалиях того времени), однако их семейные отношения оставались в рамках закона. Еще раз повторим, что нас не должны смущать те моменты их личной жизни, которые в нашем понятии не укладываются в норму. Для того времени все они были в рамках дозволенного, за исключением того, что особо оговаривалось в законе Божием и за что полагалось суровое наказание.
Завершая рассказ о паре Авраама и Сарры, отметим, что, несмотря на все нюансы, они все же сохранили свой брак в той чистоте и святости, которая только могла быть доступна для человека ветхозаветного времени. Эта пара может служить достойным образцом для подражания всем христианским семьям. Мужьям‑христианам стоит помнить о той вере в Господа Бога, которая жила в сердце Авраама, о его терпении, смирении и несение своего жизненного креста. Каждому супругу‑христианину необходимо не забывать о том, что даже в самой отчаянной ситуации, связанной с бесплодием своей любимой супруги, Авраам продолжал заботиться о ней и молиться за нее перед Богом. Напомним, что Аврааму было сто лет, когда у него родился Исаак, а это значит, что он ждал этого почти всю жизнь. Хотя в те времена люди, как правило, жили еще немало. Что касается Сарры, то она также может быть образцом для подражания женам‑христианкам. В её лице мы видим образец смирения, покорности и уважения к своему мужу. Сарра шла за Авраамом из родного дома в неизвестную страну, дважды подвергала себя угрозе поругания со стороны язычников, стерпела чужого для нее ребенка – и все это ради своего супруга, ради его воли. Именно так и должна поступать любящая жена. Последнее, что стоит отметить, так это то, что Господь Бог исполнил данное Аврааму обетование: у него родился сын, он сам стал отцом многих народов. Понятно, что Свою особую милость Господь дарует людям праведным во всех отношениях. Если бы личная жизнь Авраама была нарушением закона Божия, Господь бы не даровал ему Свое благословение. Конечно же, и Авраам ошибался, и Сарра сомневалась, но все это издержки падшей человеческой природы, пораженной грехом. В своей же духовной, нравственной жизни Авраам и Сарра, несомненно, были людьми праведными.

* * *

Еще одним примером благочестивой семьи (в рамках Ветхого Завета) можно считать союз Исаака и Ревекки . Исаак был любимым сыном Авраама и Сарры, который родился по обетованию Божию. Как сообщает нам книга Бытия, по смерти Сарры, Авраам озаботился участью своего сына и решил найти ему достойную жену. С этой целью он отправил своего слугу на свою родину, запретив ему брать невесту из «дочерей Хананеев», то есть из язычников, а взять жену только из среды своего народа. По благословению Авраама, по тем молитвам, которые приносил к Богу сам слуга, Господь даровал ему встретить девушку, которая и стала впоследствии женой Исаака. Этой девушкой была Ревекка – родственница Авраама по его брату. Еще раз повторим, что в ветхозаветное время считалось нормой, когда муж и жена были родственниками. Такового было устройство древнего общества. Запрещались близкие связи среди прямых родственников, а также различные противоестественные отношения, но брак между дальними родственниками допускался. В случае с Ревеккой, по тексту Священного Писания, она была внучатой племянницей Авраама. Как говорит нам книга Бытия, Ревекка сразу же согласилась пойти в качестве невесты к Исааку, так как увидела в этом особую волю Божию, брат Ревекки – Лаван, также считал это особой милостью от Бога. В таком смиренном преклонении перед волей Божией, которое проявила Ревекка, мы можем отметить ее благочестие и искреннюю веру.
После своего прибытия в дом Авраама Ревекка становится женой Исаака. Они сразу же полюбили друг друга. А про Исаака Священное Писание говорит нам то, что в своей жене он нашел утешение в печали по матери своей (Быт. 24: 67). Можно отметить, что здесь сбываются слова о единой плоти мужа и жены, когда любая трагедия смягчается, если супруги поддерживают друг друга. А испытания у Исаака с Ревеккой были. Дело в том, что Ревекка, как и Сарра до этого, была бесплодна. Исаак же, как преданный и любящий супруг, не оставил своей жены, а молился за нее перед Богом. Господь услышал молитвы мужа за жену. Вот что сообщает нам книга Бытия: Молился Исаак Господу о жене своей, потому что она была неплодна; и Господь услышал его, и зачала Ревекка, жена его (Быт. 25: 21). Как видим, семейная молитва всегда была основой благополучной семейной жизни, ведь Господь Бог помогает именно тем семьям, которые сами живут по заповедям Божиим. Благословив Исаака и Ревекку, Господь даровал им двух сыновей – Иакова и Исава. Более того, Господь обетовал Ревекке, что ее сыновья станут родоначальниками двух великих народов, а это уже, несомненно, особая милость Божия. В книги Бытия мы читаем: Господь сказал ей: два племени во чреве твоем, и два различных народа произойдут из утробы твоей (Быт. 25: 23) Добавим, что из рода Иакова родился Господь Иисус Христос.
Рассматривая историю праведных Исаака и Ревекки, мы можем заметить, что их главными добродетелями, также как и у Авраама и Сарры, были смирение перед волей Божией, забота друг о друге, молитва и терпение. Если рассматривать этот пример вкупе с другими, то очевидно, что перечисленные добродетели являются характерными для каждой благочестивой семьи. И это касается не только ветхозаветного общества, но и семей христиан. Люди гордые, своенравные и нетерпеливые неприятны Господу, ибо этот грех явился причиной первого падения – падения ангела Денницы. Именно поэтому Господь призывает всех к любви, милости, терпению. Те праведные пары, которые стяжали эти добродетели, были вознаграждены особой милостью Божией. К стяжанию этих добродетелей призваны и семейные пары христиан.

* * *

Еще одним примером из Ветхого Завета может служить союз Иакова и Рахили . История их отношений во многом является для нас символом. Так как главный смысл, который мы можем почерпнуть из этой истории, – это умение терпеть и переносить все испытания ради своей второй половины.
Как мы уже знаем, Иаков был одним из двух сынов праведного Исаака. Когда наступило время создать свою семью, Иаков отправляется в Месопотамию. Он получил родительское благословение (и это тоже характерный момент) не брать себе жену из язычников, а выбрать ее из своего рода. В Месопотамии же как раз и жил один из родных Исаака, брат его жены Ревеки – Лаван. На своем пути Иаков получает обетование Божие о том, что род его будет велик: Будет потомство твое, как песок земной; и распространишься к морю и к востоку, и к северу, и к полудню; и благословятся в тебе и в семени твоем все племена земные (Быт. 28: 14) В этом обетовании прикровенно указывается и на то, что именно из рода Иакова родится Мессия. По прибытии к Лавану Иаков увидел и Рахиль. Книга Бытия описывает нам те чувства, которые испытал Иаков, увидев свою будущую жену, уже в этом мы можем увидеть то состояние, с которым он готовился к этому событию: Когда Иаков увидел Рахиль, дочь Лавана… поцеловал Иаков Рахиль, и возвысил голос свой, и заплакал (Быт. 29: 10–11). Такая реакция Иакова выражалась тем, что он действительно подошел к браку, как к тайне, которая реализуется по Божиему благословению. И хотя в момент встречи еще никто не знал, что именно Рахиль станет женой Иакова, сам он, несомненно, понял это по движению своей души и сердца. Это и было причиной такой, казалось бы, необычной реакции. Это были слезы радости и любви, когда само сердце говорит человеку о его чувствах.
Поначалу Иаков был принят Лаваном с радостью, как дорогой гость, как родственник и жених дочери. И сам Иаков говорит Лавану о цели своего прихода: Я буду служить тебе семь лет за Рахиль, младшую дочь твою (Быт. 29: 18). В древнем мире существовала еще одна необычная для нас практика, когда жених мог отработать за свою невесту у ее отца. Теперь Иакову предстояло пройти послушание смирения и верности. Иаков терпеливо служил за Рахиль целых семь лет, и, как говорит нам Священное Писание они показались ему за несколько дней, потому что он любил ее (Быт. 29: 20). Эти слова книги Бытия ясно указывают нам на те отношения, которые должны быть между мужем и женой. Готовность на подвиг терпения, смирения и послушания ради любви. А в более глубоком смысле такая любовь должна быть у человека и по отношению к Богу, и по отношению к своему ближнему. Также отметим, что в данной ситуации Рахиль еще не была законной женой Иакова, и он мог спокойно уйти от Лавана, однако он не сделал этого.
По истечении семи лет Иакова ждало новое испытание. Дело в том, что Лаван не хотел отдавать замуж Рахиль, не отдав прежде свою старшую дочь Лию, которая слабо видела. Обманным путем он выдает замуж за Иакова сначала Лию, а потом уже и Рахиль. Чтобы взять в жены Рахиль Иакову приходится служить Лавану еще семь лет. В результате, чтобы получить в жены любимую им Рахиль, Иакову пришлось нести свое послушание в течение 14 лет! Этот пример поистине великого терпения должен явиться образцом для каждого супруга‑христианина. Тем более что в современных реалиях, в лоне Церкви, молодым жениху и невесте уже нет необходимости отрабатывать за свое счастье или ждать Таинства Брака в течение нескольких лет. Еще раз напомним, что те культурные и социально‑бытовые традиции, которые существовали в древнееврейском обществе (и в древних обществах в целом) во многом отличаются от современных традиций. Поэтому не стоит смущаться тем обстоятельством, что многие праведники Ветхого Завета могли иметь несколько жен или вступали в брак с дальними родственниками. В случае с Иаковом, Рахиль впускала к нему своих служанок (в такой ситуации, рожденный ребенок считался сыном госпожи, а не ее служанки). Такова была традиция той эпохи.
Стоит также сказать и о том подвиге, который несла Рахиль. Ее послушание также заключалось в терпении, кротости и смирении перед своим отцом в течение первых семи лет ожидания. После этого периода Рахиль становится женой Иакова, который, однако, продолжает служить за нее еще семь лет. Став женой, Рахили пришлось снова терпеть и смиряться, теперь уже по причине того, что первой женой Иакова стала ее сестра Лия. Тяжелым крестом для Рахили стало ее бесплодие. В книге Бытия мы читаем: Господь узрел, что Лия была нелюбима, и отверз утробу ее, а Рахиль была неплодна (Быт. 29: 31). Господь Бог, по Своему великому Промыслу, неслучайно так поступил. Для Лии рождение детей стало утешением и отрадой, для Рахили ее бесплодие стало испытанием ее веры и смирения. Конечно же, ей было тяжело выносить все эти испытания, но, тем не менее, она продолжала хранить верность мужу и не роптала на Бога. За те испытания, которые понесла Рахиль, Господь Бог щедро наградил ее: И вспомнил Бог о Рахили, и услышал ее Бог, и отверз утробу ее (Быт. 30: 22). Рожденного сына назвали Иосифом, он стал одним из самых любимых сынов Иакова и, как мы знаем, именно из его колена родился Господь Иисус Христос. Более того, Рахиль родила еще одного мальчика, которого нарекли Вениамином. Таким образом, Бог испытал веру Иакова и Рахили и вознаградил их сполна. Завершая рассказ об Иакове и Рахили, еще раз напомним, что их история должна служить для супругов‑христиан примером того, какими должны быть муж и жена по отношению друг к другу. Терпение, смирение, послушание, любовь и вера – вот те добродетели, которые должны быть возгреваемы каждым из супругов по отношению к своей второй половине и к Господу Богу. При этом не стоит переносить все особенности их жизни на свою жизнь, по той причине, что это все же было время еще до прихода в мир Господа Иисуса Христа, со всеми своими проблемами и нестроениями. Однако, как образ, как символ, как пример правильных супружеских взаимоотношений, история праведных Иакова и Рахили является душеполезной для каждой христианской семьи.

* * *

В истории Ветхого Завета были и другие праведные семейные пары (например, Моисей и Сепфора, Иосиф и Асинеф и др.), многих из которых мы и не знаем.
Это было связано с тем, что Закон Божий все же был главным принципом жизни древнееврейского общества. Мы привели примеры наиболее известных ветхозаветных семейных пар. Теперь обратимся к примерам из Нового Завета.

Новый Завет

Обращаясь к примерам благочестивых семейных пар новозаветного периода, мы должны дать некоторое пояснение. Эпоха Нового Завета, конечно же, отличается от ветхозаветных времен. Эти отличия касаются, в первую очередь, той духовной составляющей народа избранного, которая была явлена в результате прихода в мир Господа Иисуса Христа, обетованного Мессии.
Первым примером благочестивой супружеской пары, стоящей на рубеже Ветхого и Нового Заветов, может служить союз праведных Иоакима и Анны – родителей Пресвятой Богородицы. Сразу отметим, что непосредственно Священное Писание нам ничего не говорит об их жизни. Все, что мы знаем о них, до нас донесло Священное Предание христианской Церкви. Так как Священное Предание является неотъемлемой частью Божественного Откровения и основанием для всего учения христианской Церкви, мы имеем право приводить примеры и из него.
Праведные Иоаким и Анна, по укладу своей жизни, были еще людьми Ветхого Завета. Однако Господь Бог судил им стать причастниками прихода в мир Спасителя Господа Иисуса Христа. Дело в том, что, по обетованию ветхозаветных пророков, прежде прихода в мир Мессии в среде народа избранного должна была родиться Дева, Которой и следовало стать Матерью Спасителя. Так, например, вполне ясно пророчествовал святой Исаия: Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил (Ис. 7:14). Были и другие похожие пророчества, исполнения которых и ожидали евреи. Однако о том, кто именно будет родителями Пречистой Девы, никто сказать не мог, а поэтому, каждая благочестивая еврейская семья надеялась на то, что именно из ее среды выйдет Матерь Спасителя. Надеялись на это и праведные Иоаким и Анна; однако, как и многие праведные семейства до них, вначале они были испытаны Богом на крепость своей веры. Анна была бесплодна – и в этом мы можем увидеть ее сходство с ветхозаветными праведницами: Саррой, Ревеккой и Рахилью. Всем им Господь Бог давал одно и то же испытание – скорбь бесплодия. Однако при этом Господь Бог не желал им зла, ибо Он Сам есть Любовь. Просто для испытания их веры, терпения, любви к Нему им необходимо было пройти через определенные трудности. Только таким способом они были защищаемы Богом от того неверия и язычества, которое достаточно часто поражало народ Израиля. Более того, можно признать, что благодаря этому испытанию все эти праведницы духовно и нравственно очищали себя и приуготовляли свой род к приходу Спасителя – ведь родиться Он должен были именно из их рода – рода Авраама, Исаака, Иакова. Именно поэтому такое испытание выпало и на долю праведной Анны. По Преданию, праведный Иоаким был из рода царя Давида, то есть по его линии Пречистая Богородица была царственного происхождения. Праведная Анна была из рода Ааронова – рода священнослужителей. Имея такие родовые принадлежности, эта пара, несомненно, надеялась на то, что именно их ребенок мог стать Матерью Спасителя. Однако до времени Господь не давал им дитя. Как же реагировали на это праведные Иоаким и Анна? Как и их ветхозаветные праотцы, они не роптали, не возмущались и не впадали в уныние. Они терпеливо молились Господу о даровании им чада, держали посты, исполняли все ветхозаветные предписания, помимо этого и в своей духовной жизни они были чисты. Все это приуготовляло их к той миссии, которую возложил на них Господь Бог. Как замечает афонский старец Паисий Святогорец: «Святые Иоаким и Анна были самой бесстрастной супружеской парой из когда‑либо существовавших. У них совершенно не было мирского мудрования» [18, с. 24]. Сохранить чистоту своих взаимоотношений, мир и любовь в семье им было не просто, так как в те времена семья, которая не имела детей, считалась проклятой Богом за свои тяжелые грехи. Такое обстоятельство, в свою очередь, приводило к постоянным поношениям бесчадных супругов со стороны общества. Известен случай, когда в один из ветхозаветных праздников праведный Иоаким принес в Иерусалимский храм жертву для Бога, однако первосвященник отказался ее принять, обвинив Иоакима в бесчадии. Иоаким расстроился и ушел на время в пустыню, где со слезами молил Господа Бога о даровании им ребенка, но при этом в его словах не была и намека на ропот и недовольство. Праведный Иоаким понимал, что все находится в руке Божией и творится по Его святой воле. Подвергалась насмешкам и праведная Анна. Именно в такой ситуации и мог возникнуть ропот на Самого Бога, но праведные Иоаким и Анна не могли совершить такое зло. Достигнув преклонных лет, они, тем не менее, не оставляли надежды на рождение ребенка, обещав посвятить его Самому Богу. Испытав веру и преданность Своих праведников, Господь Бог даровал им девочку. Весть о рождении ребенка праведным Иоакиму и Анне принес Архангел Божий Гавриил, что еще раз указывало на всю важность предстоящего события.
После рождения девочку, как и было обещано, родители посвятили Богу, отведя ее в Иерусалимский храм. Там она возрастала, приуготовляя себя к праведной и непорочной жизни. Иоаким и Анна выполнили свой обет перед Богом и своей жизнью показали пример многим другим семьям. Их личными качествами, которые украсили их семейную жизнь, как и у их ветхозаветных праотцев, были терпение, взаимоуважение, вера в Бога, любовь. Являясь во многом людьми ветхозаветными, праведные Иоаким и Анна могут служить достойным примером и для супругов‑христиан.

* * *

В качестве еще одного примера благочестивой супружеской пары, которая упоминается в Новом Завете, мы можем привести союз родителей святого Иоанна Предтечи, Крестителя Господня – Захарии и Елисаветы . Эта супружеская пара, так же, как их сын, явились, по сути, связующим звеном между Ветхим и Новым Заветами. По укладу жизни, по культурным и духовным традициям, Захария и Елисавета, несомненно, принадлежали к людям ветхозаветного времени. В то же время, по силе своих чаяний прихода в мир Спасителя, по своей готовности принять Господа и последовать за ним, Захария и Елисавета были уже людьми Нового Завета. Неслучайно именно они стали родителями святого пророка Иоанна, Крестителя Господа Иисуса Христа. Ведь такую милость Господь Бог дарует только людям в высшей степени благочестивым.
О жизни Захарии и Елисаветы нам рассказывает Евангелие от Луки, которое, собственно, и начинается с истории этой пары. О том, кем были Захария и Елисавета, Евангелие говорит следующее: Во дни Ирода, царя Иудейского, был священник из Авиевой чреды, именем Захария, и жена его из рода Ааронова, имя ей Елисавета (Лк. 1: 5). Итак, мы видим, что Захария был священнослужителем в храме Божием. Елисавета была из рода Ааронова, который, как мы знаем, был братом пророка Моисея. Исходя из всего этого, союз Захарии и Елисаветы изначально предполагал безупречный образ жизни по Закону Божию. Соответственно, такие супружеские пары всегда имели особую милость и покровительство со стороны Бога. Об этом нам также говорит Священное Писание: Оба они были праведны пред Богом, поступая по всем заповедям и уставам Господним беспорочно (Лк. 1: 6). В этих словах Евангелия мы видим, что, действительно, с точки зрения благочестия, эта супружеская пара была идеалом, образцом семейного союза. В то же время Евангелие сообщает нам, что Елисавета была бесплодна и находилась уже в преклонных летах: У них не было детей, ибо Елисавета была неплодна, и оба были уже в летах преклонных (Лк. 1: 7). Снова мы видим, как Господь, прежде чем даровать Своим праведникам детей, испытывает их веру и терпение. Об этом говорит и блаженный Феофилакт Болгарский в своем толковании: «Жены праведников и сами праведные часто были бездетны, чтобы ты познал, что Закон требует многочадия не плотского, а духовного. Оба были уже в летах преклонных и по телу, и по духу, ибо по душе они состарились, то есть сделали большой успех, полагая восхождения в сердце (Пс. 83: 6) и имея жизнь как день, а не ночь, поступая благоприлично, как во свете (Рим. 13: 12–13)» [5, с. 12]. Несомненно, что и сам Захария, и его жена молились Богу о снисхождении, а также соблюдали все необходимые правила жизни, которые были изложены в Законе Божием. Как мы уже отмечали, бесплодие считалось у евреев признаком того, что данная супружеская пара сильно согрешила перед Богом, за что Он и наказывал таким образом. Такая семья, как правило, становилась изгоем в обществе, которое постоянно подвергало ее различным насмешкам и осуждениям. Казалось бы, в такой ситуации супруги могли бы начать роптать на Бога, не видя выхода из ситуации. В случае с Захарией и Елисаветой все было по‑иному. Несмотря на все трудности, праведный Захария продолжал совершать свое священнослужение, а Елисавета покорно молилась о чуде. Однажды, когда Захария служил в храме по праву своей очереди, ему явился Архангел Гавриил и дал ему обетование. В Евангелии от Луки мы читаем следующее: Явился ему [Захарии – С. М.] Ангел Господень, стоя по правую сторону жертвенника кадильного. Захария, увидев его, смутился, и страх напал на него. Ангел же сказал ему: не бойся, Захария, ибо услышана молитва твоя, и жена твоя Елисавета родит тебе сына, и наречешь ему имя: Иоанн; и будет тебе радость и веселие, и многие о рождении его возрадуются, ибо он будет велик пред Господом; не будет пить вина и сикера, и Духа Святого исполнится еще от чрева матери своей; и многих из сынов Израилевых обратит к Господу Богу их; и предыдет пред Ним в духе и силе Илии, чтобы возвратить сердца отцов детям, и непокоривым образ мыслей праведников, дабы представить Господу народ приготовленный (Лк. 1: 11–17). Эти слова Ангела Божия в полной мере раскрыли личность Иоанна Предтечи, который и родился у Захарии и Елисаветы. Такой великий пророк Божий, соединивший собой Ветхий и Новый Заветы, мог родиться только у супругов благочестивых, добродетельных, живущих по заповедям Божиям, в том числе и в личной, семейной жизни. Блаженный Феофилакт слова Ангела толкует следующим образом: «Ангел возвещает, что Иоанн будет велик, но пред Господом, ибо многие называются великими пред людьми, но не таковы пред Богом, например, лицемеры. А Иоанн велик по душе, как и всякий соблазняющийся мал по душе… Как родители Иоанна были праведны «пред Богом», так и сын их велик «пред Господом» [5, с. 14]. Однако даже такой праведник, как Захария, все же оставался человеком, а значит, и ему было свойственно сомневаться, скорбеть или допускать ошибки. Услышав обетование Архангела Гавриила, он засомневался, как некогда и жена Авраама – Сарра, так как он тоже был уже стар. О том, что смутило Захарию, и как на это ответил посланник Божий, мы снова читаем в Евангелии: Сказал Захария Ангелу: по чему я узнаю это? ибо я стар, и жена моя в летах преклонных. Ангел сказал ему в ответ: я Гавриил, предстоящий пред Богом, и послан говорить с тобою и благовестить тебе сие; и вот, ты будешь молчать и не будешь иметь возможности говорить до того дня, как это сбудется, за то, что ты не поверил словам моим, которые сбудутся в свое время (Лк. 1: 18–20). Как видим, реакция Ангела Божия была достаточно строгой, но она послужила назиданием для Захарии. По этому поводу блаженный Феофилакт говорит следующее: «Хотя Захария был праведен и свят, однако же, принимая во внимание необычайность рождения сына, нелегко поверил. Почему Ангел и сказывает ему о своем достоинстве: «я Гавриил» , предстоящий Богу, не бес обольститель, а Божий Ангел. Итак, за то, что не веруешь, будешь не способен говорить. Справедливо подвергается немоте, ибо как противоречащий наказывается молчанием» [5, с. 16]. Тем не менее, через определенный срок Елисавета зачала ребенка, и это стало для супругов знаком Божия благословения и милости. Кстати, заметим, что в словах праведной Елисаветы по поводу беременности мы видим и подтверждение того, что до этого окружающие насмехались над ними. Елисавета произнесла следующие слова: Так сотворил мне Господь во дни сии, в которые призрел на меня, чтобы снять с меня поношение между людьми (Лк. 1: 25).
Теперь обратим внимание на еще один эпизод. Когда праведная Елисавета еще носила в себе младенца, у нее произошла встреча с Пречистой Девой Марией, Которая пришла в ее дом после явления Ей Архангела Гавриила. При встрече Елисаветы с Девой Марией произошел еще один удивительный эпизод, о котором Евангелие сообщает нам следующее: И вошла [Мария – С. М.] в дом Захарии, и приветствовала Елисавету. Когда Елисавета услышала приветствие Марии, взыграл младенец во чреве ее; и Елисавета исполнилась Святого Духа, и воскликнула громким голосом, и сказала: благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего! И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне? Ибо когда голос приветствия Твоего дошел до слуха моего, взыграл младенец радостно во чреве моем (Лк. 1: 40–44). Несомненно, что в данном случае центром события является Пречистая Дева Мария. Однако, с другой стороны, касательно нашей темы – брачного союза, мы должны признать, что все эти чудесные события (взыграние младенца во чреве, нахождение Святого Духа) могло произойти только с тем человеком, который является праведником пред лицом Бога. Это касается и чистоты брачных взаимо отношений.
После рождения младенца, как и заповедал Захарии Архангел Гавриил, мальчику дали имя Иоанн. После этого уста Захарии отверзлись, и он стал восхвалять Господа Бога за явленную ему милость. Сам Иоанн был посвящен Богу и, по закону Израиля, был обрезан на восьмой день. Как повествует Евангелие от Луки, Иоанн с младенческих лет возрастал в пустыне, готовясь к своему выходу на проповедь к народу избранному, а праведные Захария и Елисавета продолжили свое служение Богу. В этом мы также можем отметить истинные добродетели супругов – терпение, покорность воле Божией, готовность принести свое счастье в жертву, если так угодно Господу Богу. С точки зрения Христианской Церкви, все эти качества являются украшением благочестивой семьи.

Приложение 2
Святые о браке и семейной жизни

Брак считается делом честным и у нас, и у язычников; и действительно, он честен.
Свт. Иоанн Златоуст (25, с. 4)

Семейство есть общество, которое под одним главою, согласным отправлением разных дел, устрояет свое благосостояние внешнее для внутреннего. Обыкновенно его составляют родители и дети, иногда с другими родными, и слуги. В сем отношении есть общие всего семейства обязанности, и есть взаимные обязанности разных членов семейства.
Свт. Феофан Затворник (28, с. 645)

Когда мы в брак вступаем, то и это должны делать для Бога, имея в виду не то, чтобы получить богатое имение, но чтобы найти в жене благородство души, не множество денег и знаменитость предков, но добродетель и кротость нравов; мы должны брать спутницу в жизни, а не участницу в пиршествах.
Свт. Иоанн Златоуст (25, с. 4–5)

«Закон брака» заключается в следующих словах: Сего ради оставит человек отца своего и свою мать и прилепится к жене своей; и будут два плоть одна (Быт. 2: 24).
Свт. Филарет (Дроздов), митр. Московский (32, с. 3–4)

Надо призвать священников, и молитвами, и благословениями утвердить в сожительстве единомыслие, чтобы тем и любовь жениха усиливалась, и целомудрие невесты укреплялось, чтобы все способствовало к водворению в их доме добродетели, а дьявольские козни уничтожались, и супруги в веселье провели жизнь, соединяемые помощью Божией.
Свт. Иоанн Златоуст (25, с. 5)

Составляя одну плоть, они [супруги – С. М.] имеют и одну душу, и взаимною любовию одинаково возбуждают друг в друге усердие к благочестию.
Свт. Григорий Богослов (24, с. 288)

Семейство – церковь. Он [муж – С. М.] глава сей церкви. Пусть же блюдет чистоту ее. Способ и часы домашнего молитвования на нем: определи их и поддерживай. Способы просвещения семейства в вере на нем; религиозная жизнь каждого на нем: вразуми, укрепи, остепени.
Свт. Феофан Затворник (28, с. 646)

О брачной жизни хорошо и понятно написано в Новом Завете. Святые апостолы с отеческой любовью и строгостью напоминают и мужьям, и женам, и детям: главенство мужа над женой сравнивается с главенством Христа над Церковью (1 Пет. 3: 1–8). Любовь мужа к жене должна быть подобна любви Христа к Церкви (1 Тим. 2: 9–15; 5: 1–15), за которую Он принес Себя в жертву (1 Кор. 7: 1–16). Замужняя женщина «спасается рождением детей, если останется в вере, и любви, и во святыне с поклонением» (Тим. 2: 1–6); (1 Кор. 7: 7–8; 32–40). А та, которая живет в телесных страстях, наслаждениях, заживо мертва. Дети почитают и слушают своих родителей. Не бывает союза без обязательств.
Свт. Николай Сербский (27, с. 119–120)

Мужу с женою или жене с мужем разлучаться не должно, разве [если] кто из них уличен в прелюбодеянии или находит препятствие благочестию.
Свт. Василий Великий (23, с. 173)

О должности мужей и жен: Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее (Еф. 5: 25). Жены, повинуйтесь мужьям своим, как прилично в Господе (Кол. 3: 18). Сатана, всегдашний христиан враг, как между прочими христианами, так между женами и мужами старается любовь и мир отъять и посеять вражду. Удивления или паче сожаления достойная вещь! Где ожидать большей любви, как не между мужем и женой? Естественною любовию любит человек отца и матерь свою, но Писание Святое говорит: Оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут два одна плоть (Быт. 2: 24). По Писанию, муж и жена – одна плоть. Крепкий союз в одной плоти! И кто на свою плоть враждует? Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее (Еф. 5: 29). Но сколько вражды видим и между сими лицами, так тесно связанными! Мало который дом сыскать можно, в котором бы сих плевелов диавольских не было. Так ведь хитрость диавольская возмогает, что, где примечает большую любовь, там он большее старание прилагает разорвать ее и положить вражду свою. Сколько же сия язва как прочим христианам, так особенно браком сочетавшимся вредит, изъяснить невозможно! Сего ради против сего врага должно вооружиться верою и внимать тому, что Бог в слове Своем повелевает друг другу соделывать.
Свт. Тихон Задонский (17, с. 9)

Важен супружеский союз: ему вверено Богом продолжение бытия рода человеческого… Зачатие и рождение совершаются не без Промысла Божия; то и другое есть Божие дело, Божий дар.
Свт. Филарет (Дроздов), митр. Московский (32, с. 4)

Подлинно, немаловажное дело – брак благоустроенный; равно как для тех, которые живут в нем не надлежащим образом, он бывает причиною множества несчастий. Жена, как бывает помощницею, так часто бывает и вредительницею. Брак есть как пристань, так и кораблекрушение, не по своему свойству, но по расположению худо живущих в нем. Кто соблюдает его должным образом, по законам, тот после дел на торжище и всех разнообразных зол находит некоторое утешение и отраду в своем доме и в своей жене; а кто принимает на себя это дело необдуманно и как случилось, тот, хотя бы на торжище наслаждался великим миром, по прибытии домой встречает скалы и подводные камни. Поэтому, так как нам предстоит опасность не в маловажном деле, то необходимо со вниманием слушать сказанное и, кто намеревается вступить в брак, делать это согласно с законами Павла, или – лучше – с законами Христа.
Свт. Иоанн Златоуст (25, с. 5–6)

Супружество не удаляет от Бога, а, напротив, более привязывает, потому что больше имеет побуждений. Как малый корабль и при слабом ветре движется вперед, быстро носимый по водам распростертыми парусами, даже и руки без труда принуждают его к бегу ударами весел, большего же корабля не сдвинет легкое дыхание, напротив того, когда он с грузом выходит на море, только крепкий и попутный ветер может придать ему хода; так и не вступившие в супружество, как не обремененные житейскими заботами, имеют нужду в меньшей помощи великого Бога; а кто обязан быть попечителем милой супруги, имения и чад, кто рассекает обширнейшее море жизни, тому нужна большая помощь Божия, тот взаимно и сам более любит Бога.
Свт. Григорий Богослов (24, с. 288)

Родители и воспитатели! Остерегайте детей своих со всею заботливостью от капризов перед вами, иначе дети скоро забудут цену вашей любви, заразят свое сердце злобой, рано потеряют святую, искреннюю, горячую любовь сердца, а по достижении совершенного возраста горько будут жаловаться на то, что в юности слишком много лелеяли их, потворствовали капризам их сердца. Каприз – зародыш сердечной порчи, ржа сердца, моль любви, семя злобы, мерзость Господу.
Св. праведный Иоанн Кронштадтский (11, с. 48)

Супружество имеет важное значение по отношению к Провидению Божию и к семейству. Бог, сотворив первых человеков, им самим и их потомкам вверил дальнейшее произведение людей на свет, вверил как бы продолжение Своего творческого действия. Какой великий дар! И можно ли думать, что Провидение Божие оставит без внимания злоупотребление сего великого дара и что злоупотребителей не постигнет правосудие Божие? Действие сего правосудия не всегда явно, не всегда скоро, но для внимательно наблюдающих пути Божии – несомненно. Давид имел сильную волю в истинного Бога, ревностно действовал для распространения ее в народе; но и при таких, можно сказать, заслугах пред Богом, когда позволил себе нарушение закона супружества, даже и после покаяния подвержен был тяжким бедствиям не только семейственным, но и государственным.
Свт. Филарет (Дроздов), митр. Московский (32, с. 6–7)

Главная цель брака – целомудрие, особенно теперь, когда вся вселенная наполнилась нашим родом. Вначале желательно было иметь детей, чтобы каждому оставить память и остаток после своей жизни. Когда еще не было надежды на воскресение, но господствовала смерть, и умиравшие думали, что после здешней жизни они погибают, тогда Бог давал утешение в детях, чтобы оставались одушевленные образы отшедших, чтобы сохранился род наш, и умиравшие и близкие к ним имели величайшее утешение в их потомках… Когда же, наконец, воскресение стало при дверях, и нет никакого страха смерти, но мы идем к другой жизни лучшей, нежели настоящая, то и забота о том сделалась излишней… Следовательно, некоторым образом – одна цель брака, чтобы не предаваться блудодеянию, и для этого введено такое врачевство. Если же ты намереваешься и после брака предаваться блудодеянию, то излишне было тебе и вступать в брак, бесполезно и напрасно, и не только напрасно и бесполезно, но и вредно, потому что не одинаковое дело – предаваться блуду, не имея жены, или после брака опять делать то же самое. Последнее уже не блуд, а прелюбодеяние.
Свт. Иоанн Златоуст (25, с. 6–7)

Муж должен любить свою жену такою же любовью, какою Христос возлюбил Церковь, предав Себя за нее, чтобы освятить ее.
Свт. Василий Великий (23, с. 175)

Хотя и должны любить мужья жен своих, но пленяться любовью их и без разума им угождать не должны. Видим, сколь вредно угождать женам без разума. Адам безмерною любовию жены пленился и пал в тяжкий грех и себя и род человеческий погубил (Быт. 3: 17). Соломон премудрый, плененный излишним люблением жен, в грех богоотступства и идолопоклонения пал (3 Цар. 2: 4 и след.). Иезавель нечестивая научила мужа своего Ахава, царя Иерусалимского, беззаконствовать. Ирод беззаконный не устрашился неповинно обезглавить великого Предтечу ради любви женской. То же читаем и в церковной истории. Подобные беды и напасти и ныне бывают от жен, когда им мужья не по разуму угождают. Жена неразумная и страха не имеющая обычая своего не изменяет, ласкательствует и прельщает мужа своего. Муж, как глава жены, не должен ласкательством ее прельщаться, а особенно власть имеющий, чтобы самому не погибнуть и иным много бед не учинить.
Свт. Тихон Задонский (17, с. 9–10)

Бог благословил брак, сначала в раю, а потом и в Кане. В браке два тела становятся в плоть едину, две души «нераздельны и неслияны». Два храма Святого Духа под одним кровом. Зачем Бог соединил два тела воедино? Потому что «двоим в пути легче, чем одному». Потому что благодаря браку обуздывается нечистая телесная похоть, через целесообразное устраняется нецелесообразное. Потому что через умножение рода человеческого дается возможность многим спастись Христовой жертвой. Потому что телесный брак мужа и жены, связанный любовью и благословленный Церковью, есть невыразимый символ духовного брака Христа с Церковью и со всякой душой христианской. И среди первых учеников Господа, апостолов и мироносиц, было много и брачных, и небрачных.
Свт. Николай Сербский (27, с. 115–116)

От супружества – счастие временное и даже спасение вечное. Потому к нему приступать должно не с легкомыслием, но со страхом и осторожностию. Добрым супружеством благословляет Бог. Потому: а) будь благочестив, предан Богу, на Коего уповая, молись, чтоб Сам Он послал другую половину, угодную Ему и спасительную тебе; б) ища супружеского союза, не предполагай дурных целей, или страстное блажничество, или корысть, или тщеславие; но ту одну, какую Бог определил, взаимную помощь во временной жизни ради вечной, во славу Божию и благо других; в) Когда нашел, прими как дар Божий, с благодарностию к Богу, сколько с любовию, столько же и с почтением к сему дару.
Свт. Феофан Затворник (28, с. 648)

Связанные узами супружества, заменяем мы друг другу и руки, и слух, и ноги. Супружество и малосильного делает вдвое сильнее, доставляет великую радость благожелателям и печаль недоброжелателям. Общие заботы супругов облегчают для них скорби; и общие радости для обоих восхитительнее. Для единодушных супругов и богатство делается приятнее; а в скудости самое единодушие приятнее богатства. Для них супружеские узы служат ключом целомудрия и пожеланий, печатию необходимой привязанности. Одно жребя любви (Притч. 5: 18–19) согревает дух скаканиями; у них одно питие из домашнего источника, которого не вкушают посторонние, которое не вытекает никуда и ниоткуда не притекает.
Свт. Григорий Богослов (24, с. 287)

Вот истинное супружество, когда между супругами царствует такое согласие, когда между ними столь тесный союз, когда они соединены взаимно такой любовью. Как тело никогда не может быть в несогласии само с собою, так и мужу с женою должно не разногласить, но жить в единении. Отсюда может произойти для них бесчисленное множество благ. Все блага стекаются там, где такое единодушие, – там мир, там любовь, там душевное веселье; нет там ни ссоры, ни брани, ни вражды, ни сварливости; все это исчезает, потому что корень всех благ, т. е. единомыслие, уничтожает все это.
Свт. Иоанн Златоуст (25, с. 13–14)

Пусть для жены не будет ничего драгоценнее ее мужа, а для мужа ничего вожделеннее его жены. В том состоит крепость жизни всех нас, чтобы жена была единодушна с мужем: этим поддерживается все в мире. Как при потрясении основания ниспровергается все здание, так и при супружеских раздорах разрушается вся наша жизнь. Смотри: мир состоит из городов, города – из домов, дома – из мужей и жен; поэтому, когда настанет вражда между мужьями и женами, то входит война в дома; а когда они мятутся, тогда неспокойны бывают и города; когда же города приходят в смятение, то по необходимости и вся вселенная наполняется смятением, войною и раздорами. Поэтому и Бог особенно промышляет об этом; потому Он и не дозволяет отвергать жену, разве только в случае прелюбодеяния. А что, скажешь, если она сварлива, если небережлива и расточительна, если имеет и множество других недостатков? Переноси все мужественно и не отвергай ее за эти недостатки, но исправляй недостатки. Для того ты и занимаешь место головы, чтобы ты умел врачевать тело. От тела нашего, хотя бы оно имело тысячу ран, мы не отсекаем головы. Так и жены не отделяй от себя, потому что жена у нас занимает место тела. Потому и блаженный Павел говорит: Так должны мужья любить своих жен, как свои тела (Еф. 5: 28). И для жен тот же закон у нас: как любишь ты, жена, свою голову и ценишь ее, так цени и мужа. Мы не напрасно столько говорим об этом предмете. Знаю, сколько благ происходит от того, когда нет раздора у жены с мужем; знаю, скольких зол бывает причиною то, когда они ссорятся между собою. Тогда ни богатство, ни благочадие, ни многочадие, ни власть и могущество, ни слава и честь, ни изобилие, и роскошь, и никакое другое благосостояние не может радовать мужа или жену, если они в раздоре друг с другом.
Свт. Иоанн Златоуст (25, с. 14–15)

Когда выбор [второй половины – С. М.] кончен, должно произойти сочетанию, таинственному от Бога слиянию духовно‑телесному. Естественный союз, по любви, есть союз дикий, мрачный. Здесь он очищается, освящается, отрезвляется, по молитве Церкви, Божественною благодатию. Трудно самому одному устоять в союзе крепком и спасительном. Нити естества рвутся. Благодать непреодолима. Самонадеянность опасна везде, тем более здесь… Потому смиренно, с постом и молитвою, приступи к таинству.
Свт. Феофан Затворник (28, с. 648–649)

Как освященный брак символизирует Христово единство со святой Церковью и духовный брак Христа с душой всякого верного христианина, так, с другой стороны, прелюбодеяние и блуд символизируют сатанизм, измену любви Божией, разрыв единства с Богом. А это все по воле сатаны, который желает, чтобы осуетилась, извратилась Божественная любовь в людях. Для него невыносима чистая небесная любовь, а приятна телесная похоть во всякой нечистоте. «Бесплодны дела тьмы» – это та приманка, которой он заманивает людей во ад (Еф. 5: 11).
Свт. Николай Сербский (27, с. 120–121)

Смысл брака в том, чтобы приносить радость. Подразумевается, что супружеская жизнь – жизнь самая счастливая, полная, чистая, богатая. Это установление Господа о совершенстве. Божественный замысел поэтому в том, чтобы брак приносил счастье, чтобы он делал жизнь и мужа, и жены более полной, чтобы ни один из них не проиграл, а оба выиграли. Если все же брак не становится счастьем и не делает жизнь богаче и полнее, то вина не в самих брачных узах; вина в людях, которые ими соединены.
Св. мц. императрица Александра Федоровна (9, с. 8)

После заключения брака первые и главнейшие обязанности мужа по отношению к его жене, а у жены – по отношению к мужу. Они двое должны жить друг для друга, отдать друг за друга жизнь. Прежде каждый был несовершенен. Брак – это соединение двух половинок в единое целое. Две жизни связаны вместе в такой тесный союз, что это больше уже не две жизни, а одна. Каждый до конца своей жизни несет священную ответственность за счастье и высшее благо другого.
Св. мц. императрица Александра Федоровна (9, с. 8)

Приступая к столь важному таинству, как Брак, должно приготовить себя, очистившись исповедью и приобщением Святых Таин и молитвою, но не балами, и музыкою, и танцами, ибо шаг этот простирается не только на всю здешнюю жизнь, но даже и на вечность.
Прп. Макарий Оптинский (16, с. 93)

N. вам говорит, что развод между супругами запрещен Господом Иисусом Христом. Читаем собственные слова Господа: А Я говорю вам: кто разводится с женою своей, кроме вины любодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать (Мф. 5: 32). Из этого каждый может видеть, что развод запрещен Господом не безусловно. Если супруги соблюдают верность друг к другу, то не должно им разводиться; а в противном случае, связывать супругов неудобно. Этому правилу следует Святая Церковь.
Прп. Амвросий Оптинский (21, с. 36)

Апостол обязывает жену повиноваться мужу образом повиновения Церкви Христу для того, чтобы это повиновение было не телесного, но духовного характера.
Прп. Иоанн Дамаскин (30, с. 542)

Мир семейный хранить – святое Божие повеление. Муж должен, по апостолу Павлу, любить жену, как самого себя; и сравнил апостол жену с Церковью (Еф. 5: 25–33). Вот как высок брак!
Прп. Анатолий Младший Оптинский (16, с. 403)

Молитесь Богу и Его Пречистой Матери, да устроит Господь судьбу Вашу по святой Его воле. Если есть воля Его святая на то, чтобы Вы отдали в настоящее время руку свою предлагающему Вам брачное совокупление, то и всякое препятствие устранится. Вы же совершенно покорите Вашу волю воле Божией; а между тем, надобно узнать о нем: истинный ли он христианин Православной Церкви, доброй ли нравственности и о семействе. Согласны ли Ваши родители на Ваше замужество, и есть ли Ваше собственное полное согласие? При таких условиях и действиях да благословит Вас Господь поступить в новую, семейную жизнь, а что будет впредь – никому неизвестно.
Прп. Макарий Оптинский (22, с. 198–199)

Выходи замуж тогда, когда почувствуешь, что жить без него не можешь. Я знаю случай такой: муж был на войне, его убили. Жена в этот же час и умирает дома. Вот тогда только и выходи.
Прп. Анатолий Младший Оптинский (16, с. 403)

Замужество для женщины есть служение Пресвятой Троице – вот как велика для женщины участь быть женой и матерью.
Прп. Нектарий Оптинский (16, с. 417)

Счастье в брачной жизни дается только тем, кто исполняет заповеди Божии и относится к браку как к Таинству Христианской Церкви.
Прп. Нектарий Оптинский (16, с. 417)

Время прекращено есть прочее, да и имущии жены, якоже не имущии будут – написал апостол, запрещая незаконное сожитие, но возбраняя бесчинное сладострастие, а вместе указуя и на близкое скончание времени. Если, говорит он, жизнь проходит спешно, то не надобно пристращаться к ней, как к постоянной.
Прп. Исидор Пелусиот (17, с. 9)

Если не пришлось выбрать себе мужа по страсти или по плотской любви, то за это должна благодарить Бога, потому что вступающие в брак по влечению страсти чаще всего бывают несчастливы в жизни.
Прп. Иосиф Оптинский (16, с. 355)

Семейные тяготы должно переносить как добровольно избранную нами долю. Задние мысли тут скорее вредны, нежели полезны. Спасительно лишь то, чтобы о себе и о воле Своей святой.
Прп. Амвросий Оптинский (16, с. 238)

Если жена так должна повиноваться мужу, как Церковь – Христу, то между мужем и женою союз должен быть святой, и никогда не должны они работать плотским страстям.
Блж. Иероним Стридонский (30, с. 542)

Подражайте Владычней попечительности и, какую Господь оказал в рассуждении Церкви, такую же и вы имейте в рассуждении живущих с вами в супружестве. Ибо Владыка Христос не отрекся и умереть за Невесту Свою, чтобы ее очистить, сделав славною, сгладить с нее следы прежней старости и явить свободною от всякого порока. Посему и нам надлежит иметь такую же любовь к супругам и прилагать об них попечение, как о собственном своем теле.
Блж. Феодорит Кирский (30, с. 548)

Да греют мужья жен, и души – тела так, чтоб жены преобразовались в мужей и тела – в души, и чтобы престало различие полов. Но как у ангелов несть мужеск пол и женск, так и мы, имеющие быть равными ангелам, уже отныне да начнем быть тем, чем обетовано нам быть на небесах.
Блж. Иероним Стридонский (30, с. 554)

Поелику супружеский закон соделал их [супругов – С. М.] одною плотию, то апостол справедливо тело жены назвал принадлежащим мужу, а также и тело мужа – состоящим под властию жены. Но здесь женам первым изрек закон, потому что у жен большею частию, преимущественно пред мужьями в обычае любить воздержание.
Блж. Феодорит Кирский (31, с. 319)

Как Христос, будучи главою Церкви, промышляет о ней и спасает ее, так и муж – спаситель жены, тела своего. Как же телу сему не повиноваться главе, пекущейся о нем и спасающей его?
Блж. Феофилакт Болгарский (30, с. 540)

Как во всем повиноваться [жене мужу – С. М.]? И тогда будто повиноваться, когда он уклонится в неверие и ее станет склонять к тому же?… У апостола здесь слово не о неверных, а о верных мужах. Христос – глава Церкви – Бог есть, собирает и ведет Церковь Свою к вечной славе. Это она знает и, не колеблясь повинуется Ему во всем, что угодно Ему творить в ней и с нею во внутреннем ее устройстве и во внешней участи. Но о человеке всегда уместно сомнение, а потому и ограничение этого во всем. Оно, впрочем, и в речи апостола очень сильно ограничено словом яко Господу, которое дает и такую мысль: в целях и в видах Господа, как в послании к Колосянам и сказано: Якоже подобает, о Господе (3: 18); и еще более сравнением главенства мужа с главенством Господа, которое исходит из спасения. Что за спаситель муж, если он спасает тело только под условием погубления души?!
Блж. Феофилакт Болгарский (30, с. 541–542)

Приложение 3
Социальная концепция Русской Православной Церкви о браке и семье (Архиерейский Собор, М., 2000)

Различие между полами есть особый дар Творца созданным Им людям. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их (Быт. 1: 27). Будучи в равной степени носителями образа Божия и человеческого достоинства, мужчина и женщина созданы для целостного единения друг с другом в любви: Потому оставит человек отца своего и мать свою, и прилепится к жене своей; и будут два одна плоть (Быт. 2: 24). Воплощая изначальную волю Господа о творении, благословенный Им супружеский союз становится средством продолжения и умножения человеческого рода: И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею (Быт. 1: 28) (Х, 1).

* * *

Христианство восполнило языческие и ветхозаветные представления о браке возвышенным образом союза Христа и Церкви. Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела; но, как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем. Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною, посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего‑либо подобного, но дабы она была свята и непорочна. Так должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя. Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь; потому что мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его. Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви. Так каждый из вас да любит свою жену, как самого себя; а жена да боится своего мужа (Еф. 5: 22–33) (Х, 2).

* * *

Церковь никогда не относилась к браку пренебрежительно и осуждала тех, кто из ложно понятого стремления к чистоте уничижал брачные отношения (Х, 1).

* * *

Изначально христиане запечатлевали брак церковным благословением и совместным участием в Евхаристии, что являлось древнейшей формой совершения Таинства Брака (Х, 2).

* * *

Церковь настаивает на пожизненной верности супругов и нерасторжимости православного брака, основываясь на словах Господа Иисуса Христа: Что Бог сочетал, того человек да не разлучает… Кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, тот прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует (Мф. 19: 6, 9). Развод осуждается Церковью, как грех, ибо он приносит тяжкие душевные страдания и супругам (по меньшей мере, одному из них), и особенно детям. Крайне беспокоит современное положение, при котором расторгается весьма значительная часть браков, особенно среди молодежи. Происходящее становится подлинной трагедией для личности и народа (Х, 3).

* * *

В соответствии с древними каноническими предписаниями, Церковь… не освящает венчанием браки, заключенные между православными и нехристианами, одновременно признавая таковые в качестве законных и не считая пребывающих в них находящимися в блудном сожительстве. Исходя из соображений пастырской икономии, Русская Православная Церковь, как в прошлом, так и сегодня находит возможным совершение браков православных христиан с католиками, членами Древних Восточных Церквей и протестантами, исповедующими веру в Триединого Бога, при условии благословения брака в Православной Церкви и воспитания детей в православной вере. Такой же практики на протяжении последних столетий придерживаются в большинстве Православных Церквей (Х, 2).

* * *

В дохристианском мире бытовало представление о женщине как о существе низшего порядка в сравнении с мужчиной. Церковь Христова во всей полноте раскрыла достоинство и призвание женщины, дав им глубокое религиозное обоснование, вершиной которого является почитание Пресвятой Богородицы. По православному учению, благодатная Мария, благословенная между женами (Лк. 1: 28), явила Собою ту высшую степень нравственной чистоты, духовного совершенства и святости, до которой смогло подняться человечество и которая превосходит достоинство ангельских чинов. В Ее лице освящается материнство и утверждается важность женского начала. При участии Матери Божией совершается тайна Воплощения; тем самым, Она становится причастной к делу спасения и возрождения человечества. Церковь высоко почитает евангельских жен‑мироносиц, а также многочисленные лики христианок, прославленных подвигами мученичества, исповедничества и праведности. С самого начала бытия церковной общины женщина деятельно участвует в ее устроении, в литургической жизни, в трудах миссии, проповедничества, воспитания, благотворительности (Х, 5).

* * *

Единственным допустимым основанием развода Господь назвал прелюбодеяние, которое оскверняет святость брака и разрушает связь супружеской верности. В случаях разнообразных конфликтов между супругами Церковь видит свою пастырскую задачу в том, чтобы всеми присущими ей средствами (научение, молитва, участие в Таинствах) оберегать целостность брака и предотвращать развод. Священнослужители также призваны проводить беседы с желающими вступить в брак, разъясняя им важность и ответственность предпринимаемого шага (Х, 3).

* * *

Общность веры супругов, являющихся членами тела Христова, составляет важнейшее условие подлинно христианского и церковного брака. Только единая в вере семья может стать «домашней Церковью » (Рим. 16: 5; Флм. 1: 2), в которой муж и жена совместно с детьми возрастают в духовном совершенствовании и познании Бога. Отсутствие единомыслия представляет серьезную угрозу целостности супружеского союза. Именно поэтому Церковь считает своим долгом призывать верующих вступать в брак «только в Господе» (1 Кор. 7, 39), то есть с теми, кто разделяет их христианские убеждения (Х, 2).

* * *

Апостол Павел… осуждает «лицемерие лжесловесников, сожженных в совести своей, запрещающих вступать в брак» (1 Тим. 4: 2–3). 51‑е Апостольское правило гласит: «Если кто… удаляется от брака… не ради подвига воздержания, но по причине гнушения, забыв… что Бог, созидая человека, мужа и жену сотворил их , и, таким образом, хуля, клевещет на создание, – или да исправится, или да будет извержен из священного чина и отвержен от Церкви». Его развивают 1‑е, 9‑е и 10‑е правила Гангрского собора: «Если кто порицает брак и гнушается женою верною и благочестивою, с мужем своим совокупляющеюся, или порицает оную, как не могущую войти в Царствие [Божие], да будет под клятвою. Если кто девствует или воздерживается, удаляясь от брака, как гнушающийся им, а не ради самой красоты и святыни девства, да будет под клятвою. Если кто из девствующих ради Господа будет превозноситься над сочетавшимися браком, да будет под клятвою». Священный Синод Русской Православной Церкви в определении от 28 декабря 1998 года, ссылаясь на эти правила, указал на «недопустимость негативного или высокомерного отношения к браку» (Х, 1).

* * *

Манипуляции, связанные с донорством половых клеток, нарушают целостность личности и исключительность брачных отношений, допуская вторжение в них третьей стороны. Кроме того, такая практика поощряет безответственное отцовство или материнство, заведомо освобожденное от всяких обязательств по отношению к тем, кто является «плотью от плоти» анонимных доноров. Использование донорского материала подрывает основы семейных взаимосвязей, поскольку предполагает наличие у ребенка, помимо «социальных», еще и так называемых биологических родителей. «Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейся между матерью и младенцем уже во время беременности (XII, 4).

* * *

Высоко оценивая общественную роль женщин и приветствуя их политическое, культурное и социальное равноправие с мужчинами, Церковь одновременно противостоит тенденции к умалению роли женщины как супруги и матери. Фундаментальное равенство достоинства полов не упраздняет их естественного различия и не означает тождества их призваний, как в семье, так и в обществе. В частности, Церковь не может превратно толковать слова апостола Павла об особой ответственности мужа, который призван быть «главою жены», любящим ее, как Христос любит Свою Церковь, а также о призвании жены повиноваться мужу, как Церковь повинуется Христу (Еф. 5: 22–23; Кол. 3: 18). В этих словах речь идет, конечно же, не о деспотизме мужа или закрепощении жены, но о первенстве в ответственности, заботе и любви; не следует также забывать, что все христиане призваны к взаимному «повиновению друг другу в страхе Божием» (Еф. 5: 21). Поэтому ни муж без жены, ни жена без мужа, в Господе. Ибо, как жена от мужа, так и муж через жену; все же – от Бога (1 Кор. 11: 11–12) (Х, 5).

* * *

Для христиан брак стал не просто юридическим договором, средством продолжения рода и удовлетворения временных природных потребностей, но, по слову святителя Иоанна Златоуста, «таинством любви», вечным единением супругов друг с другом во Христе (Х, 2).

* * *

К сожалению, иногда, по причине греховного несовершенства, супруги могут оказаться неспособными сохранить дар благодати, воспринятой ими в Таинстве Брака, и уберечь единство семьи. Желая спасения грешников, Церковь дает им возможность исправления и готова после покаяния вновь допустить их к Таинствам (Х, 3).

* * *

В период христианизации Римской империи законность браку… сообщала гражданская регистрация. Освящая супружеские союзы молитвой и благословением, Церковь, тем не менее, признавала действительность брака, заключенного в гражданском порядке, в тех случаях, когда церковный брак был невозможен, и не подвергала супругов каноническим прещениям. Такой же практики придерживается в настоящее время Русская Православная Церковь. При этом она не может одобрять и благословлять супружеские союзы, которые заключаются хотя и в соответствии с действующим гражданским законодательством, но с нарушением канонических предписаний (например, четвертый и последующие браки, браки в недозволительных степенях кровного или духовного родства) (Х, 2).

* * *

С древнейших времен Церковь рассматривает намеренное прерывание беременности (аборт) как тяжкий грех. Канонические правила приравнивают аборт к убийству. В основе такой оценки лежит убежденность в том, что зарождение человеческого существа является даром Божиим, поэтому с момента зачатия всякое посягательство на жизнь будущей человеческой личности преступно (XII, 2).

* * *

Церковь… усматривает назначение женщины не в простом подражании мужчине и не в соревновании с ним, а в развитии всех дарованных ей от Господа способностей, в том числе присущих только ее естеству. Не делая акцент лишь на системе распределения общественных функций, христианская антропология отводит женщине гораздо более высокое место, чем современные безрелигиозные представления. Стремление уничтожить или свести к минимуму естественные разделения в общественной сфере не свойственно церковному разуму. Половые различия, подобно различиям социальным и этническим, не затрудняют доступа ко спасению, которое Христос принес для всех людей: Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе (Гал. 3: 28). Однако это сотериологическое утверждение не означает искусственного обеднения человеческого разнообразия и не должно быть механически переносимо на любые общественные отношения (Х, 5).

* * *

Двойственный характер имеют также методы пренатальной (дородовой) диагностики, позволяющие определить наследственный недуг на ранних стадиях внутриутробного развития. Некоторые из этих методов могут представлять угрозу для жизни и целостности тестируемого эмбриона или плода. Выявление неизлечимого или трудноизлечимого генетического заболевания нередко становится побуждением к прерыванию зародившейся жизни; известны случаи, когда на родителей оказывалось соответствующее давление. Пренатальная диагностика может считаться нравственно оправданной, если она нацелена на лечение выявленных недугов на возможно ранних стадиях, а также на подготовку родителей к особому попечению о больном ребенке. Правом на жизнь, любовь и заботу обладает каждый человек, независимо от наличия у него тех или иных заболеваний. Согласно Священному Писанию, Сам Бог является «заступником немощных». Апостол Павел учит поддерживать слабых (Деян. 20: 35; 1 Фес. 5: 14); уподобляя Церковь человеческому телу, он указывает, что члены… которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее , а менее совершенные нуждаются в большем попечении (1 Кор. 12: 22, 24). Совершенно недопустимо применение методов пренатальной диагностики с целью выбора желательного для родителей пола будущего ребенка (XII, 5).

* * *

Указом Святейшего Синода от 23 июня 1721 года было разрешено… совершение браков находящихся в Сибири шведских пленников с православными невестами. 18 августа того же года данное решение Синода получило подробное библейское и богословское обоснование в особом Синодальном Послании. На это послание Святейший Синод ссылался и впоследствии при разрешении вопросов о смешанных браках в губерниях, присоединенных от Польши, а также в Финляндии (указы Святейшего Синода от 1803 и 1811 годов). В этих областях, впрочем, дозволялось более свободное определение конфессиональной принадлежности детей (временно такая практика иногда распространялась и на прибалтийские губернии). Наконец, правила о смешанных браках для всей Российской Империи были окончательно закреплены в Уставе духовных консисторий (1883). Примером смешанных браков являлись многие династические бракосочетания, при совершении которых переход неправославной стороны в Православие не был обязательным (за исключением брака наследника Российского престола). Так, преподобномученица великая княгиня Елисавета вступила в брак с великим князем Сергием Александровичем, оставаясь членом Евангелическо‑Лютеранской Церкви, и лишь позднее, по собственному волеизъявлению, приняла Православие (Х, 2).

* * *

В целях духовного воспитания брачующихся и содействия укреплению супружеских уз священники призываются к тому, чтобы в беседе, предшествующей совершению Таинства Брака, подробно разъяснять жениху и невесте идею нерасторжимости церковного брачного союза, подчеркивая, что развод как крайняя мера может иметь место только в случае совершения супругами деяний, которые определены Церковью как поводы для развода. Согласие на расторжение церковного брака не может даваться ради угождения прихоти или для «подтверждения» гражданского развода. Впрочем, если распад брака является свершившимся фактом – особенно при раздельном проживании супругов, а восстановление семьи не признается возможным, по пастырскому снисхождению, также допускается церковный развод. Церковь отнюдь не поощряет второбрачия. Тем не менее, после законного церковного развода, согласно каноническому праву, второй брак разрешается невиновному супругу. Лицам, первый брак которых распался и был расторгнут по их вине, вступление во второй брак дозволяется лишь при условии покаяния и выполнения епитимии, наложенной в соответствии с каноническими правилами. В тех исключительных случаях, когда допускается третий брак, срок епитимии, согласно правилам святого Василия Великого, увеличивается (Х, 3).

* * *

Православная Церковь исходит из неизменного убеждения, что богоустановленный брачный союз мужчины и женщины не может быть сопоставлен с извращенными проявлениями сексуальности (XII, 9).

* * *

Вопиющей бедой современного общества стало сиротство при живых родителях. Тысячи брошенных детей, которые наполняют приюты, а иногда оказываются на улице, – свидетельствуют о глубоком нездоровье общества. Оказывая таким детям духовную и материальную помощь, заботясь об их вовлечении в духовную и социальную жизнь, Церковь одновременно видит важнейший свой долг в укреплении семьи и в осознании родителями их призвания, что исключило бы трагедию брошенного ребенка (Х, 4).

* * *

Согласно римскому праву, легшему в основу гражданских кодексов большинства современных государств, брак является соглашением между двумя свободными в своем выборе сторонами. Церковь восприняла это определение брака, осмыслив его исходя из свидетельств Священного Писания (Х, 2).

* * *

Добродетель целомудрия, проповедуемая Церковью, является основой внутреннего единства человеческой личности, которая должна пребывать в состоянии согласия душевных и телесных сил. Блуд неизбежно разрушает гармонию и целостность жизни человека, нанося тяжкий урон его духовному здоровью. Распутство притупляет духовное зрение и ожесточает сердце, делая его неспособным к истинной любви. Счастье полнокровной семейной жизни становится недоступным для блудника. Таким образом, грех против целомудрия влечет за собой и негативные социальные последствия. В условиях духовного кризиса человеческого общества средства массовой информации и произведения так называемой массовой культуры нередко становятся орудиями нравственного растления, воспевая и превознося половую разнузданность, всевозможные половые извращения, другие греховные страсти. Порнография, представляющая собой эксплуатацию полового влечения в коммерческих, политических или идеологических целях, способствует подавлению духовного и нравственного начала, низводя, тем самым, человека до уровня животного, руководствующегося лишь инстинктом (Х, 6).

* * *

Римский юрист Модестин (III век) дал следующее определение брака: «Брак есть союз мужчины и женщины, общность всей жизни, соучастие в божеском и человеческом праве». В практически неизменном виде это определение вошло в канонические сборники Православной Церкви, в частности, в «Номоканон» патриарха Фотия (IX век), в «Синтагму» Матфея Властаря (XIV век) и в «Прохирон» Василия Македонянина (IX век), включенный в славянскую «Кормчую книгу». Раннехристианские отцы и учители Церкви также опирались на римские представления о браке. Так, Афинагор в своей Апологии к императору Марку Аврелию (II век) пишет: «Каждый из нас считает своей женой ту женщину, на которой он женат согласно законам». «Апостольские постановления», памятник IV века, увещают христиан «заключать брак в согласии с законом» (Х, 2).

* * *

Человеческое тело является дивным созданием Божиим и предназначено стать храмом Святого Духа (1 Кор. 6: 19–20). Осуждая… блуд, Церковь отнюдь не призывает гнушаться телом или половой близостью как таковыми, ибо телесные отношения мужчины и женщины благословлены Богом в браке, где они становятся источником продолжения человеческого рода и выражают целомудренную любовь, полную общность, «единомыслие душ и телес» супругов, о котором Церковь молится в чине брачного венчания. Напротив, осуждения заслуживает превращение этих чистых и достойных, по замыслу Божию, отношений, а также самого человеческого тела в предмет унизительной эксплуатации и торговли, предназначенный для извлечения эгоистического, безличного, безлюбовного и извращенного удовлетворения. По этой же причине Церковь неизменно осуждает… проповедь так называемой свободной любви, совершенно отделяющей телесную близость от личностной и духовной общности, от жертвенности и всецелой ответственности друг за друга, которые осуществимы лишь в пожизненной брачной верности (Х, 6).

* * *

Ответственность за грех убийства нерожденного ребенка, наряду с матерью, несет и отец, в случае его согласия на производство аборта. Если аборт совершен женой без согласия мужа, это может быть основанием для расторжения брака (XII, 2).

* * *

Введение обязательного бракосочетания по церковному обряду (IX–XI века) обозначало, что решением государственной власти все правовое регулирование брачных отношений передавалось исключительно в юрисдикцию Церкви. Впрочем, повсеместное введение этой практики не следует воспринимать как установление Таинства Брака, которое искони существовало в Церкви (Х, 2).

* * *

«Те, которые женятся и выходят замуж, должны вступать в союз с согласия епископа, чтобы брак был о Господе, а не по похоти», – писал священномученик Игнатий Богоносец. Согласно Тертуллиану, брак, «скрепленный Церковью, подтвержденный жертвоприношением [Евхаристией], запечатлевается благословением и вписывается на небесах Ангелами». «Необходимо призвать священников и молитвами и благословениями утвердить супругов в совместной жизни, чтобы… супруги в радости проводили жизнь, соединяемые помощью Божией», – говорил святитель Иоанн Златоуст. Святитель Амвросий Медиоланский указывал, что «брак должен быть освящаем покровом и благословением священническим» (Х, 2).

* * *

Священный Синод Русской Православной Церкви в Определении от 28 декабря 1998 года осудил действия тех духовников, которые «запрещают своим духовным чадам вступление во второй брак на том основании, что второй брак якобы осуждается Церковью; запрещают супружеским парам развод в том случае, когда в силу тех или иных обстоятельств семейная жизнь становится для супругов невозможной». При этом Священный Синод постановил «напомнить пастырям о том, что в своем отношении ко второму браку Православная Церковь руководствуется словами апостола Павла: «Соединен ли ты с женою? Не ищи развода. Остался ли без жены? Не ищи жены. Впрочем, если и женишься, не согрешишь; и если девица выйдет замуж, не согрешит… Жена связана законом, доколе жив муж ее; если же муж ее умрет, свободна выйти, за кого хочет, только в Господе» (1 Кор. 7: 27–28, 39) (Х, 3).

* * *

Религиозно‑нравственной оценки требует также проблема контрацепции. Некоторые из противозачаточных средств фактически обладают абортивным действием, искусственно прерывая на самых ранних стадиях жизнь эмбриона, а посему к их употреблению применимы суждения, относящиеся к аборту. Другие же средства, которые не связаны с пресечением уже зачавшейся жизни, к аборту ни в какой степени приравнивать нельзя. Определяя отношение к неабортивным средствам контрацепции, христианским супругам следует помнить, что продолжение человеческого рода является одной из основных целей богоустановленного брачного союза… Намеренный отказ от рождения детей из эгоистических побуждений обесценивает брак и является несомненным грехом (XII, 3).

* * *

Священный Синод Русской Православной Церкви 28 декабря 1998 года с сожалением отметил, что «некоторые духовники объявляют незаконным гражданский брак или требуют расторжения брака между супругами, прожившими много лет вместе, но в силу тех или иных обстоятельств не совершившими венчание в храме… Некоторые пастыри‑духовники не допускают к причастию лиц, живущих в «невенчанном» браке, отождествляя таковой брак с блудом». В принятом Синодом определении указано: «Настаивая на необходимости церковного брака, напомнить пастырям о том, что Православная Церковь с уважением относится к гражданскому браку» (Х, 2).

* * *

«Смена пола» посредством гормонального воздействия и проведения хирургической операции во многих случаях приводит не к разрешению психологических проблем, а к их усугублению, порождая глубокий внутренний кризис. Церковь не может одобрить такого рода «бунт против Творца» и признать действительной искусственно измененную половую принадлежность. Рукоположение такого человека в священный сан и вступление его в церковный брак недопустимо (XII, 9).

* * *

Особая внутренняя близость семьи и Церкви видна уже из того, что в Священном Писании Христос говорит о Себе, как о Женихе (Мф. 9: 15; 25: 1–13; Лк. 12: 35–36), а Церковь изображается в качестве Его жены и невесты (Еф. 5: 24; Откр. 21: 9). Климент Александрийский называет семью, как и Церковь, домом Господним, а святитель Иоанн Златоуст именует семью «малой церковью». «Скажу еще и то, – пишет святой отец, – что брак есть таинственное изображение Церкви». Домашнюю церковь образуют любящие друг друга мужчина и женщина, соединенные в браке и устремленные ко Христу. Плодом их любви и общности становятся дети, рождение и воспитание которых, по православному учению, является одной из важнейших целей брака (Х, 4).

* * *

Понимая, что школа, наряду с семьей, должна предоставлять детям и подросткам знания об отношениях полов и о телесной природе человека, Церковь не может поддержать тех программ «полового просвещения», которые признают нормой добрачные связи, а тем более различные извращения. Совершенно неприемлемо навязывание таких программ учащимся. Школа призвана противостоять пороку, разрушающему целостность личности, воспитывать целомудрие, готовить юношество к созданию крепкой семьи, основанной на верности и чистоте (Х, 6).

* * *

…Супруги несут ответственность перед Богом за полноценное воспитание детей. Одним из путей реализации ответственного отношения к их рождению является воздержание от половых отношений на определенное время. Впрочем, необходимо памятовать слова апостола Павла, обращенные к христианским супругам: Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим (1 Кор. 7: 5). Очевидно, что решения в этой области супруги должны принимать по обоюдному согласию, прибегая к совету духовника. Последнему же надлежит с пастырской осмотрительностью принимать во внимание конкретные условия жизни супружеской пары, их возраст, здоровье, степень духовной зрелости и многие другие обстоятельства, различая тех, кто может «вместить» высокие требования воздержания, от тех, кому это не «дано» (Мф. 19: 11), и заботясь, прежде всего, о сохранении и укреплении семьи (XII, 3).

* * *

…Определение Священного Синода… говорит об уважении Церкви «к такому браку, в котором лишь одна из сторон принадлежит к православной вере, в соответствии со словами святого апостола Павла: Неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим (1 Кор. 7: 14)». На этот текст Священного Писания ссылались и отцы Трулльского собора, признавшие действительным союз между лицами, которые, «будучи еще в неверии и не быв причтены к стаду православных, сочетались между собою законным браком», если впоследствии один из супругов обратился к вере (правило 72). Однако в том же правиле и других канонических определениях (IV Вс. Соб. 14; Лаод. 10: 31), равно как и в творениях древних христианских писателей и отцов Церкви (Тертуллиан, святитель Киприан Карфагенский, блаженный Феодорит и блаженный Августин), возбраняется заключение браков между православными и последователями иных религиозных традиций (Х, 2).

* * *

В молитвах чина венчания Православная Церковь выражает веру в то, что чадородие есть желанный плод законного супружества, но вместе с тем не единственная его цель. Наряду с «плодом чрева на пользу» супругам испрашиваются дары непреходящей взаимной любви, целомудрия, «единомыслия душ и телес». Поэтому пути к деторождению, не согласные с замыслом Творца жизни, Церковь не может считать нравственно оправданными. Если муж или жена неспособны к зачатию ребенка, а терапевтические и хирургические методы лечения бесплодия не помогают супругам, им следует со смирением принять свое бесчадие, как особое жизненное призвание. Пастырские рекомендации в подобных случаях должны учитывать возможность усыновления ребенка по обоюдному согласию супругов. К допустимым средствам медицинской помощи может быть отнесено искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений (XII, 4).

* * *

Семья, как домашняя церковь, есть единый организм, члены которого живут и строят свои отношения на основе закона любви. Опыт семейного общения научает человека преодолению греховного эгоизма и закладывает основы здоровой гражданственности. Именно в семье, как в школе благочестия, формируется и крепнет правильное отношение к ближним, а значит, и к своему народу, к обществу в целом. Живая преемственность поколений, начинаясь в семье, обретает свое продолжение в любви к предкам и отечеству, в чувстве сопричастности к истории. Поэтому столь опасно разрушение традиционных связей родителей с детьми, которому, к сожалению, во многом способствует уклад жизни современного общества. Принижение социальной значимости материнства и отцовства сравнительно с успехами мужчин и женщин в профессиональной области приводит к тому, что дети начинают восприниматься как ненужная обуза; оно также способствует отчуждению и развитию антагонизма между поколениями. Роль семьи в становлении личности исключительна, ее не могут подменить иные социальные институты.
Разрушение семейных связей неизбежно сопряжено с нарушением нормального развития детей и накладывает долгий, в известной мере неизгладимый отпечаток на всю их последующую жизнь (Х, 4).

Приложение 4
Высказывания священнослужителей о браке и семейной жизни

Брак – чудо на земле. В мире, где все и всё идет вразброд, брак – место, где два человека, благодаря тому, что они друг друга полюбили, становятся едиными, место, где рознь кончается, где начинается осуществление единой жизни. И в этом самое большое чудо человеческих отношений: двое вдруг делаются одной личностью, два лица вдруг, потому что они полюбили и приняли друг друга до конца, совершенно, оказываются чем‑то большим, чем двоица, чем просто два человека, – оказываются единством.
Митр. Антоний Сурожский (3, с. 5)

Брак… является чудом восстановления единства там, где оно не может быть восстановлено человеческими силами.
Митр. Антоний Сурожский (3, с. 6)

Надо помнить, надо твердо знать, что телесное единство двух любящих друг друга людей – не начало, а полнота и предел их взаимных отношений, что лишь тогда, когда два человека стали едины сердцем, умом, духом, их единство может вырасти, раскрыться в телесном соединении, которое становится тогда уже не жадным обладанием одного другим, не пассивной отдачей одного другому, а таинством, самым настоящим таинством, то есть таким действием, которое прямо исходит от Бога и приводит к Нему.
Митр. Антоний Сурожский (3, с. 10)

Один из отцов Церкви в древности сказал, что мир не может существовать без таинств, то есть без того, чтобы какие‑то состояния, какие‑то взаимоотношения были бы сверхземными, небесными, чудесными; и – продолжает он – брак как, единство двоих в разрозненном мире, является таким таинством, чудом, превосходящим все естественные взаимные отношения, все естественные состояния. И телесный брак тоже, по учению одного из отцов Церкви, предстает таинством, подобным Евхаристии, причащению верующих. В каком смысле? В том смысле, что в Евхаристии силой Божией, чудом соединяющей любви и веры друг во друга, верующий и Христос делаются едиными. И в браке (конечно, на другом уровне и по‑иному) благодаря взаимной вере и взаимной любви два человека перерастают всякую рознь и делаются единым существом, одной личностью в двух лицах. Это является одновременно полнотой брака душевно‑духовно‑телесного и полнотой целомудрия, когда два человека друг ко другу относятся как к святыне все свои отношения, включая и телесные, превращают в таинство, в нечто, превосходящее землю и возносящее в вечность.
Митр. Антоний Сурожский (3, с. 10–11)

В Священном Писании брак предстает выражением предельной радости, предельной полноты. Это полнота не успокоенности, а торжества радости и любви.
Митр. Антоний Сурожский (3, с. 11)

Главное заблуждение относительно семейной жизни ныне состоит в том, что все ищут и ждут от семейной жизни счастия как чего‑то готового, что непременно они должны найти без трудов и усилий. Но такого готового счастия ни в каком роде и нигде нет на нашей земле: все здесь трудом добывается… Земной рай, изображенный в Библии, всеми признается за первообраз земного благополучия… Но не для праздных наслаждений поселил Бог первозданных людей в рай сладости, а дал им упражнения для первого развития их сил, повелев им возделывать рай и хранить его. Итак, если и самый рай для полноты счастия его невинных обитателей имел нужду в возделывании и охранении, то какое земное состояние и какое место на земле может быть всегда готовым для нашего благополучия без возделывания и охранения?.. Очевидно, что и семейная жизнь, и счастие не могут в этом отношении составлять исключения – и их надобно возделывать и охранять.
Архиеп. Амвросий (Клюгарев) (17, с. 15)

О женщине сказано – «немощный сосуд». Эта «немощь» состоит, главным образом, в подвластности женщины природным стихиям в ней самой и вне ее. В силу этого – слабый самоконтроль, безответственность, страстность, слепота в суждениях. Почти ни одна женщина от этого не свободна, она всегда раба своих страстей, своих антипатий, своего «хочется». Только в христианстве женщина становится равной мужчине, подчиняет высшим началам свой темперамент, приобретает благоразумие, терпение, способность рассуждать, мудрость. Только тогда возможна ее дружба с мужем.
Свящ. Александр Елъганинов (11, с. 33–34)

Ни мужчина, ни, тем более, женщина не имеют в браке друг перед другом абсолютной власти. Насилие над волей другого хотя бы во имя любви убивает саму любовь, а тогда вопрос: надо ли подчиняться такому насилию, раз в нем опасность для самого дорогого? Бесконечное количество несчастных браков именно от того, что каждая сторона считает себя собственником того, кого любит. Почти все трудности брака – отсюда. Величайшая мудрость брака – дать полную свободу тому, кого любишь: брак наш земной подобие брака небесного (Христос и Церковь), а там полная свобода.
Свящ. Александр Елъганинов (11, с. 33)

Так дорога в браке только любовь, так страшно ее потерять и от таких пустяков она иногда исчезает, что надо все мысли и усилия направить сюда (и еще на «божественное») – все остальное придет само.
Свящ. Александр Елъганинов (11, с. 34)

Использованные источники

1. Аверкий (Таушев), архиеп. Четвероевангелие. Апостол. Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета. – М.: ПСТБИ, 2003. – 848 с.
2. Азимов А. Путеводитель по Библии. Ветхий Завет. – М.: Центрполиграф, 2005. – 639 с.
3. Антоний Сурожский, митр. Таинство любви. Беседы о христианском браке. – СПб: Сатис, 2010. – 56 с.
4. Блж. Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Иоанна. – М.: Лепта: Атлас‑Пресс, 2004. – 512 с.
5. Блж. Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Луки. – М.: Лепта: Атлас‑Пресс, 2004. – 448 с.
6. Блж. Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Марка. – М.: Лепта: Атлас‑Пресс, 2004. – 192 с.
7. Блж. Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Матфея. – М.: Лепта: Атлас‑Пресс, 2004. – 400 с.
8. Васильев С, Гайдук Д., Нугатов В., сост. Энциклопедия мистических терминов. – М.: Астрель: МИФ, 2001. – 576 с.
9. Государыня Императрица Александра Федоровна Романова. О браке и семейной жизни. – М. – Платина, Калифорния: Братство преподобного Германа Аляскинского: Издательский дом «Русский паломник»: Валаамское общество Америки, 2005. – 31 с.
10. Джеймс Д. Фрэзер. Золотая ветвь. – М.: ООО «Издательство АСТ», 2006. – 781 с.
11. Зеленцов А., Исакова Л., сост. Христианская семья и брак. Сборник. – М.: Воскресение, 1992. – 80 с.
12. Кассиан (Безобразов), еп. Водою и кровию и духом. Толкование на Евангелие от Иоанна. – М. – Париж: Centre D’etudes Russes Saint‑Georges, 2004. – 252 с.
13. Малиновский Н., прот. Очерк православного догматического богословия. В 2 кн.: Кн. II. – М.: ПСТБИ, 2003. – 485 с.
14. Меч духовный. Основы Православной веры в толкованиях Нового Завета. Книга против сектантов. В помощь заблуждающимся. – М.: Ковчег, 2005. – 640 с.
15. Нефедов Г., прот. Таинства и обряды Православной Церкви. – М.: Русский Хронограф: Паломник, 2004. – 320 с.
16. Оптинский цветник. Изречения преподобных старцев Оптинских. М.: Спасское братство, 2010. – 494 с.
17. Отечник № 3. Христианский брак. – М.: Сестричество во имя преподобномученицы великой княгини Елизаветы, 1997. – 21 с.
18. Паисий Святогорец. Слова. Т. IV. Семейная жизнь. – М., 2003. – 121 с.
19. Полное собрание творений святителя Иоанна Златоуста в двенадцати томах. Т. 1–3. – Минск: Харвест, 2005. – 1488 с.
20. Помазанский М., протопр. Православное догматическое богословие. – М.: Дар, 2005. – 464 с.
21. Прп. Амвросий Оптинский. Между страхом и надеждой. Житие. Наставления. – М.: Приход храма Святаго Духа сошествия, 2009. – 224 с.
22. Прп. Макарий Оптинский. Слово на пользу вашу. – М.: Изд‑во Сретенского монастыря, 2007. – 336 с.
23. Свт. Василий Великий. Нравственные правила. – М.: Сибирская благозвонница, 2011. – 208 с.
24. Свт. Григорий Богослов. Песнопения таинственные. – М.: Правило веры, 2004. – 672 с.
25. Свт. Иоанн Златоуст. О браке, семье и воспитании детей. – М.: Артос‑Медиа, 2010. – 64 с.
26. Свт. Лука Крымский (Войно‑Ясенецкий). Евангельское злато. Беседы на Евангелие. – М.: Приход храма Святаго Духа сошествия, 2007. – 336 с.
27. Свт. Николай Сербский (Велемирович). Кассиана. Повесть о христианской любви. Статьи. Проповеди. – СПб: Искусство России, 2010. – 192 с.
28. Свт. Феофан Затворник. Начертание христианского нравоучения. – М.: Правило веры, 2005. – 688 с.
29. Свт. Феофан Затворник. Спасение в семейной жизни. Поучения. – М.: Трифонов‑Печенгский мон‑рь: Церковь Рождества Пресвятой Богородицы, с. Льялово, 2004. – 96 с.
30. Свт. Феофан Затворник. Толкование послания апостола Павла. К Ефесянам. – М.: Правило веры, 2004. – 648 с.
31. Свт. Феофан Затворник. Толкование послания апостола Павла. К Коринфянам первого. М.: Правило веры, 2006. – 808 с.
32. Свт. Филарет (Дроздов). Как создать православную семью. – М.: Сибирская благозвонница, 2010. – 46 с.
33. Свт. Филарет, митр. Московский. Православный катехизис. – М.: Изд‑во Сретенского мон‑ря, 2002. – 224 с.
34. Симфония по творениям святого праведного Иоанна Кронштадтского. М.: Дар, 2007. – 768 с.
35. Слободской С, прот. Закон Божий. – Типография прп. Иова Почаевского. Репринтное издание, 1990. – 724 с.
36. Смолин И., диак., сост. Миссионерский путеводитель по Библии. Нижний Новгород: Изд‑во братства во имя святого князя Александра Невского, 1997. – 304 с.
37. Требник. – М.: Изд‑во Сретенского мон‑ря, 2002. – 752 с.
38. Уоллис Бадж. Древний Египет: духи, идолы, боги. – М.: Центрполиграф, 2009. – 478 с.
39. Учение о семейной жизни святителя Филарета Московского. – М.: Свято‑Троицкий Ионинский мон‑рь, 2010. – 64 с.